Юрий Кириенко-Малюгин. Стихи эпохи перестройки (1987 — 1991 г.г.). Блок № 3.
Страдания в эпоху перестройки
Я в Подмосковье душу промотал.
Там перелески, всюду перелески.
Питьё освоил, закусь испытал
Под Алкин зов и песни Вески.
Ребята, хорошо там под сосной.
Лежишь довольный, душу в небе вперив.
Из «Маяка» летит протяжный вой
И хочется подпеть от счастья зверем.
Я подвываю тихо с русским чувством.
Понятье есть, но не хватает мочи.
Под боком пёс своим искусством
Мне помогает, друг, колбаски хочет.
Смотрю из фешенебельных кустов
Меня в бинокль изучает харя.
Ищу булыжник, не хватает слов,
Желанье есть, но нечем вдарить.
Товарищ мой в слиянии с природой,
Обнял берёзу, с Маней перепутав.
Он в телогрейке по последней моде
Пристроился к успехам, как приблуда.
Там хорошо, где нас пока что нету.
Мы не спешим и ждём наверняка,
Когда же рай придёт по Новому Завету,
Иль мы друг другу перемнём пока бока.
И мы ещё с трудом определяем,
Как Лидера по стойкости найти.
То на работу, то за водкой стаей
Летим и на ларьке все сходятся пути.
Сент. 1988 г.
Пантомима
Пантомима! Пантомима!
Ну, какой же я чудак!
Я в чертей стреляю. Мимо!
Что-то делаю не так.
Что за черти? Что за черти
Супротив меня стоят?
Вы, ребятушки, поверьте:
То не теневой парад!
Чёрт один мне строит глазки.
Хитро вкривь другой ведёт.
Третий ублажает лаской.
А четвёртый ложь поёт.
Находясь, как будто, с краю
Я попал в сплошной туман,
Потихоньку подпеваю:
Видно, по-чертовски пьян!
Это что за наважденье?
Мне от чёрта благодать?
Вместо споров и горенья
Стали в чёртиков играть!
Он играет. Я играю.
Он мне нолик. А я крест.
Он мне: Вас я уважаю!
Я ему в ответ протест.
Очень трудно разобраться:
Кто из нас последним прав?
Стали мы опять играться.
Он мне гонор. А я нрав.
Всё играемся, ребята!
Он по центру. Я в краю.
Люди жаждут результата:
Кто окажется в раю?
10 дек. 1987 г.
Пародия «Ну, сколько ждать!»
Я жду от Вас обычные слова,
Что Вы ещё воспоминаньем живы,
Что кружится от счастья голова,
Хотя нужны на службе перспективы.
А Вы храните сильный интерес
К общенью с перспективнейшим поэтом?
А сбросили восторженную спесь,
Навешенную дядями с приветом?
Я жду от Вас надёжные слова,
Что Вы прозрели от любых ошибок,
От мишуры освободилась голова,
И можете прислать букет улыбок.
Что не таитесь в размалёванной квартире
И не придумали для лени оправданья,
Что Вы распутали проблемы в мире,
И разобрались, в чём Ваши желанья.
Я жду от Вас красивого совета.
Ну хватит о любви молчать!
Искать в пленэрах милого ответа,
Где всяких радостей ни дать, ни взять.
Пусть говорят: пора прибиться к месту
И разорвать обманчивую даль,
Поймать за хвост реальную невесту,
А Вам принять по Кодексу мораль.
Сентябрь 1987г.
Сон - беседа с лжепророком
Встал я как-то поутру
Не с того, что ль, бока.
Глаза тру – не разотру:
Что ль я у пророка?
Рядом, кажется, барьер
И грозит расплата.
Вижу странный интерьер,
Тронул – это ж вата!
И спросил пророка я:
Как здесь оказался?
Где весёлые друзья,
С кем я разгулялся?
И пророк ответил мне:
Хватит, недотрога!
Нагулялся ты вполне –
Кончилась дорога!
О гулянке не тужи,
Помни, между прочим.
Скольким женщинам скажи
Голову морочил?
И ответил я ему,
Знать с вина иль гриля,
Что грехов так не приму –
Я же простофиля!
Не испытывал судьбу –
Меня дурью били,
Никогда не лез в гульбу,
Если не просили.
Рад я женщинам вполне,
Все морально сыты.
В нашей дружной стороне
Мы, наверно, квиты.
Недоволен стал пророк:
«Как, мол, с уваженьем?
Ты сударыням урок
Дай по достиженьям!
Девки больно хороши
Спереди и сзади».
Я ответил: «Подскажи –
Мы всем миром сладим!
Эх, пророк, держи слова!
А я позже внемлю,
Брось интимные дела,
Падаем на землю!
Там у нас переворот
Или искупленье.
Будет дел невпроворот,
Наберись терпенья!
Только в душу к нам не лезь!
На Руси всё свято!
Брось пророческую спесь!
Будь как все ребята!»
Январь 1988 г.
Берёза
Берёзки бродят по России,
По рекам, берегам, садам.
Рассвет встречают в небе синем
И прибегают в гости к нам.
Для тех, кто в жизни был поруган,
Кто ищет от врагов навет,
Стоит берёза старым другом,
Спасает, как родной завет.
Берёза шлёт поклоны дому
И пишет в небе красоту.
Девчонка другу дорогому
Спешит отдать свою мечту.
Качается моя берёза!
Ей в ветви бьют холодные ветра.
Берёза! Символ мой — берёза!
Не трогайте берёзу, господа!
Июль 1988 г.
В гостях
В раздумьях не пойму, что с нами сталось,
С понятиями, душами, сердцами.
Наверно копится моя усталость...
Здороваюсь улыбкой с подлецами.
Смотрите: Что-то изменилось в мире!
Кто был глупец, тот ныне почитаем.
Он числится на северной Пальмире
Маячным столбиком с заветным раем.
В беседах и делах, как разберёшься,
Хозяин кто: проныра иль счастливый?
Интрига для него простого проще:
Обставить на ходу тебя, Учтивый.
Хозяин лихо вертит обороты
Словесной чепухи и комплиментов,
Пиарит очень «грамотно» работу,
Где можно хапнуть нужных дивидендов.
Хозяйка силится подать улыбку,
В моей оценке максимум на тройку,
И утопает в разговорах зыбких
О пользе очень нужной перестройки.
Таким друзьям для будущих творений
Дарю на память пару фраз дежурных:
Девиз «Хватай» витает без сомнений,
В народе прозывается, как шкурный.
Сент. 1987 г.
Посвящается афганцам 1988 года
Сводила, сводила дорога с ума.
Кружила, играла судьба не сама.
Вы гнали машины по курсу вперёд
И зубы сжимали, входя в поворот.
Сводила, сводила вас память с ума.
Вам снились в садах у речушки дома.
И мать на прощанье махала рукой
И шла по деревне к судьбе на покой.
Сводила, сводила подруга с ума.
И в письмах пылало: стареют дома.
И дома родные всё весточку ждут.
Солдата вернуться скорее зовут.
Сводила, сводила дорога с ума.
Стреляла в вас пулями смерть не сама...
И вера в отчизну дорогу вела.
И пела дорога родные слова.
Сводила, сводила вас песня с ума.
Вы рвались за правду играть не в слова.
И друг брал гитару и звал за собой.
И шёл на эстраду, как в яростный бой.
Июль 1988 г.
Частушечки из Тушино
Мы из Тушино ребята,
Счастья просто так не ждём.
И не с краю наша хата,
Вам частушки пропоём.
Как в деревне надо жить,
Показал редактор теле.
Он корову от быка
Отличает еле-еле.
В телевизоре, ребята,
Десять лет тому назад
Видели в последний раз
Наш славянский перепляс.
Милый в танце колыхался,
Он от рока обалдел.
А потом как ни старался
Ничего не захотел.
Мы годами роки пляшем,
Хочешь верь, а хошь не верь.
Стали шейки танцы наши,
Не пойму, кто я теперь.
Есть писатели пока,
Что лепят с Вани дурака.
Ваня тоже не молчит,
Им частушечки строчит.
Есть редактор, есть поэт –
В голове один привет.
Знайте, люди, их халтуру
Не берут в макулатуру.
Всем известна знаменитость,
В песнях исстрадалась вся.
И поёт по заграницам
Всяку глупость про себя.
Мы частушечки пропели,
Ох, старались, в самом деле.
Отрицательным – урок ,
Положительным – намёк.
Февраль 1987 г.
Вы поехали, дружочки?
Я стою на бережочке
И машу платочком вслед.
Вы поехали, дружочки, -
А куда во цвете лет?
Путь-дороженька простая,
На воде не виден след.
Скроет рощица густая
Как погас в домишке свет.
А сторонушка не верит,
Что простились навсегда.
И грустят берёза с вербой –
В никуда плывут года.
Постарела деревушка,
Речке слёзы подарив.
Ждёт ещё твоя подружка
От зари и до зари.
А забор свалился набок
И колодец подзарос.
Что, дружочки, город сладок
И решён в любви вопрос?
Разгулялися дружочки –
Хороши, видать, дела.
Мы работаем до ночки,
Ну а с ночки до бела.
Похоронит всех соседка,
А соседку старый дед.
На земле поставят метку –
Приезжайте ждём совет.
Что проснётся деревушка
После стольких горьких лет?
И благословит старушка –
На земле оставить след?
Декабрь 1987 г.
Больничная эпопея
Я лёг в больницу, на всякий случай,
Чтоб Им статистику сломать.
Меня тогда надпочечник замучил,
Я вспоминал «ядрёну мать».
Меня тут начали гонять по кабинетам,
Кишечник изучали через призму.
Стучали молоточком по скелету,
И для начала одарили клизмой.
Кричу врачу: Смотри кетостероид!
Тот сразу вам покажет отклонизм!
А эскулап, больной от геммороя,
Старался доконать мой организм.
Чтоб выдать на консилиум анализ,
Подняли лаборантский штат.
Определяли кальций, магний, калий.
Я знал, что алкоголь не виноват.
Смотрю в моче моей (по бирке),
Подняли сверх всего процент.
Лизнуть, понюхать, что в пробирке,
Взялись профессор и доцент.
Мои не медицинские советы
Смущали медицинский персонал.
Я гранулы и порошки-приветы
Обратно фармацевтам отсылал.
В конце квартала главный врач пристал
С согласием аппендицит отрезать.
Подписку дал, чтоб он отстал,
Где разрешил себя зарезать.
От любопытных стало очень тесно.
Ещё б! Не каждый скажет, что пора,
Чтобы хирургам стало интересно
В кишках копаться вдоволь до утра.
Сбежал я от больничной канители.
Хирургов удовлетворил наверняка.
Отрезали они, чего хотели.
Но я доволен. Жив пока!
Июнь 1987 г.
Детская песенка
Ходят, ходят в детский сад
Маши, Коли, Севочки.
На всех снизу вверх глядят
Мальчики и девочки.
Подождите, подрастут
Гордые припевочки,
Спросят нас: «Как жили тут
Мальчики и девочки?»
Тёти там и дяди тут
Лижут сверху пеночки.
Их за шкирочку возьмут
Мальчики и девочки.
Из народа слышен глас:
Поломать бы стеночки.
Мы надеемся на вас
Мальчики и девочки.
1988 г.
Монолог супертренера по баскетболу
Скажу я про игру, ребята.
Кому-то впрямь не по нутру:
Вы носитесь, ну чисто жеребята,
Завидев кобылицу поутру.
Вот, например: Куда летишь, Васёк?
Ты же не кот, нормальный парень,
Мяч захватил и сразу наутёк,
Ты что с ночи наскипидарен?
А ты, Кузьма, неправильно фолишь!
Что на удары не хватает сил?
Меня наводишь вдруг на мысль:
Ты что калориев недовкусил?
Вот с Марика бери пример.
Он хоть играть толково не умеет,
Но учит как пенсионер,
К концу игры бросок созреет?
Колян, готовь издалека,
Броски, глазуки навострив.
Попасть старайся. А пока
Бросай ближайшего в прорыв.
1988 г.
* * *
Зачем опять ищу случайной встречи?
Зачем сомнения унять хочу?
Зачем мечтаю снова каждый вечер
Найти звезду, к которой полечу?
Когда усталый мир придёт к Надежде,
А злость и корысть встанут на покой,
Я подойду к тебе такой, как прежде,
И ты поймёшь, что нет судьбы иной.
Возьму твои я волосы в ладони,
И окунусь в ласкающий прибой.
Пускай моя мечта в волне утонет,
Я знаю, не одна, а лишь с тобой.
Август 1990 г.
Я долго ждал
Я долго ждал, когда настанет утро,
И речка счастьем заблестит вдали.
Я радуюсь российским перламутрам –
Что образ твой желанный принесли.
Ты подожди, я прилечу к рассвету
Любви, надежды, новых встреч с тобой,
И принесу российские заветы
От наших трав, завещанных судьбой.
Пускай враги злословят, как им надо,
А я хочу тебе ещё сказать,
Что вижу я твою улыбку рядом,
А незабудки встретим мы опять.
Ты не спеши искать себя в печали
И говорить: – Виновен человек.
Я прилечу, чтоб наши души стали,
Обвенчанными Родиной навек.
Май 1989 г.