Алексей Евдонов. Эссе о Есенине
«ВЕРИЛ, НЕ ВЕРИЛ... – ДА КАКАЯ РАЗНИЦА!»
Сладкоголосый певун Александр Малинин самозабвенно исполняет романс на стихи как бы Сергея Есенина: «Стыдно мне, что я в Бога не верил...» и т. д. Вся штука в том, что Есенин таких стихов никогда не сочинял. Их выдумал... сам Малинин!
Да, есть замечательные стихи Сергея Есенина:
Ах! какая смешная потеря!
Много в жизни смешных потерь.
Стыдно мне, что я в Бога верил.
Горько мне, что не верю теперь.
«Стыдно мне, что я в Бога верил» – заявляет Есенин. Только вот... правда ли стыдно ему, или стыдно потому, что должно было «быть стыдно», ибо время такое было – революционное, богоборческое... Большевики боролись с «пережитками тёмного прошлого», объявили религию «опиумом народа», разрушали храмы, жгли иконы, репрессировали священнослужителей... Есенин вначале был целиком на стороне большевиков, принял революцию, с гордостью говорил: «Моя революция!», «Мать моя родина, я большевик!» Да, был грешен, сочинял похабные, богоборческие стихи, «снимал с Христа штаны» и т. п... Потом, видя все перегибы, видя, куда большевики заводят Россию, Есенин стал понимать, что ему с ними не по пути, начал каяться, обвинять коммунистов в жестокости, называл их проходимцами: «Пришли те же жулики, те же воры, и именем революции всех взяли в плен...», «Соколы, мои соколы! В плену вы, в плену!..», «Не расстреливал несчастных по темницам...» (за что с ним и расправились!) Понял он, как много потерял на этом пути... оттого и больно, и горько ему было...
Малинин переделал стихи Есенина по собственному разумению. У Малинина Есенин в Бога не верит и никогда не верил. Где же здесь трагедия? Почему же «стыдно» ему, отчего же «горько»? «Не верил и не верю», какая же тут «потеря»?.. Дело в том, что ни во что не верит сам Малинин. Это для Малинина нет ничего святого! Из-за простонародной фамилии (Выгузов) он отрёкся от родного отца (чтобы фамилию эту не вспоминали) и придумал себе безвкусный, слащавый псевдоним, но как был лохом необразованным, так им и остался... Изуродовал стихи великого поэта и, с о з н а т е л ь н о кощунствуя, несёт со сцены состряпанную им самим ахинею... «Что же ты творишь, Саша?!..» – «А мне так больше нравится! Верил, не верил... – да какая разница!..» Шурик, сочинял бы сам, и пел свои песенки... Но для этого хоть какие-то мозги нужны! Да и вкус у Малинина явно отсутствует, иначе не исполнял бы он на концертах подлинные шедевры русского романса вперемешку с жалкими поделками Рубальской и ей подобных «современных авторов», не мешал бы всё в одну кучу! Но тут ему, правда, с авторами не повезло... Большинство слушателей в состоянии это понять и оценить. А вот молодёжь, неопытные души... Так, вслед за поклонниками Рубальской, появляются фанаты... Ольги Бузовой! И вот уже гуляет по кабакам да по весёлым компаниям залихватская композиция на стихи Есенина «Я обманывать себя не стану...», убогая халтура, извращающая самую суть, потаённую грусть и исповедальность есенинских стихов... Но довольно об этом.
«Горько мне, что не верю теперь»... Вернулся бы Есенин к Христу? Конечно вернулся бы! Уже возвращался... Уже написал гневную отповедь безголосому «певцу революции», ярому богоборцу Демьяну Бедному (Ефиму Придворову): «Я не чета каким-то там
Демьянам!», «Ты только хрюкнул на Христа, Ефим Лакеевич Придворов...»
Уже возвращался... Потому и заканчивает стихотворение «Мне осталась одна забава...» покаянными строками:
Что б за все за грехи мои тяжкие,
За неверие в благодать
Положили меня в русской рубашке
Под иконами умирать.
Конечно вернулся бы! Не успел... Не дали ему, убили его! Но Господь принял заблудшую, покаянную душу поэта, как библейский отец принял блудного сына своего... – с радостью и всепрощающей отцовской любовью!
ЕСЕНИН И ВЫСОЦКИЙ
Известно, как страстно, мощно играл Высоцкий Хлопушу в спектакле, поставленном Юрием Любимовым на сцене «Театра на Таганке» по поэме Сергея Есенина «Пугачёв». Все знают стихотворение (авторскую песню) Владимира Высоцкого «Охота на волков» и совершенно справедливо восхищаются и стихами и исполнением... А ведь сначала были стихи Есенина, в которых он предсказал свою гибель!
…Так охотники травят волка,
Зажимая в тиски облав.
Зверь припал… и из пасмурных недр
Кто-то спустит сейчас курки…
Вдруг прыжок… и двуного недруга
Раздирают на части клыки.
О, привет тебе, зверь мой любимый!
Ты не даром даёшься ножу!
Как и ты, я, отвсюду гонимый,
Средь железных врагов прохожу.
Как и ты, я всегда наготове,
И хоть слышу победный рожок,
Но отпробует вражеской крови
Мой последний, смертельный прыжок.
И пускай я на рыхлую выбель
Упаду и зароюсь в снегу…
Всё же песню отмщенья за гибель
Пропоют мне на том берегу.