Потом придёшь в литературу,
Где ждут тебя без громких слов:
Есенин, Гоголь и Рубцов!
 
Юрий Кириенко-Малюгин (октябрь 2004 года).

Сайт 2006 года


ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА
 

Новое на сайте:

04.07.2017
Юрий Кириенко-Малюгин. Какая абсолютизация творчества Рубцова? 
Юрий Кириенко-Малюгин. О статье Е.Митарчук о спектакле «Николай Рубцов» в театре «Глас»
Юрий Кириенко-Малюгин. Тезисы из статьи Владимира Жириновского: «ЛДПР: дети – это не товар! Никаких «налогов на бездетность»! 
Юрий Кириенко-Малюгин. Демография, запрет абортов, рождаемость.
Юрий Кириенко-Малюгин. Демография, госбюджет, запрет абортов и прогрессивный налог (в порядке дискуссии) 
Юрий Кириенко-Малюгин. О вкусах редакторов и пиаре.
Юрий Кириенко-Малюгин. Раздел 1. «Всё проясняется Россией»

10.05.2017
Ко дню Победы над фашистской Германией и её союзниками 
К юбилейному Всеславянскому съезду в мае 2017 года
Юрий Кириенко-Малюгин. Николай Рубцов и Православие (2002 г.)
Ю.Кириенко-Малюгин. Базовые публикации о жизни и творчестве Н.М.Рубцова и по литературоведению с 2001 года (май 2017)
Ю.Кириенко-Малюгин. Чужая слава не нужна.
Юрий Кириенко-Малюгин. Перечень авторских научных публикаций

18.04.2017
Награждение лауреатов конкурсов «Звезда полей» в Рязани
Награждение лауреатов конкурсов «Звезда полей» в Москве и по России
Литературно-музыкальная программа в Егорьевске
Юрий Кириенко-Малюгин. Пародии № 11, январь 2017
Библиография базовых публикаций Ю.Кириенко-Малюгина с 2001 года
Юрий Кириенко-Малюгин. О «завещании», посмертной маске и прижизненном портрете Рубцова
Юрий Кириенко-Малюгин. Пишущим о творчестве Н.М.Рубцова. Ссылайтесь на предшественников и не попадайте в компиляторы.
Юрий Кириенко-Малюгин. Творческая мастерская Н.М.Рубцова («В минуты музыки»)
Юрий Кириенко-Малюгин. Женщина – это не топ-модель, не секс-товар, не бизнес-леди, а мать, жена, продолжатель рода, носитель морали и Родины
Издания НКО «Рубцовский творческий союз» и Творческого центра имени Н.М.Рубцова
Юрий Кириенко-Малюгин. «Мистический реализм» Юрия Дюжева или народная философия в поэзии Рубцова? Игнорирование или точечная компиляция современных исследований?
Юрий Кириенко-Малюгин. Авторская подборка «Среди мирской ненужной суеты…»
Неучтённые публикации Ю.Кириенко-Малюгина о жизни и творчестве Н.М.Рубцова с 2001 года.

31.03.2017
Лауреаты 2-го поэтического Интернет-конкурса «Звезда полей»
Лауреаты Всероссийского конкурса «Звезда полей-2017»
Альманах «Звезда полей» 2017. Послесловие (от редактора-составителя) 
Альманах «Звезда полей» 2017. Содержание
Альманах «Звезда полей» 2017 (выходные данные)
Юрий Кириенко-Малюгин. Ещё раз о фильтрации информации в диссертации Анастасии Е.Черновой
Юрий Кириенко-Малюгин. А где «академическая наука» по Рубцову была раньше?
Юрий Кириенко-Малюгин. Новое о Рубцове – это незаслуженно забытое старое (статья от 2005 года)

20.03.2017
Юрий Кириенко-Малюгин (текст и музыка). Мой старый город 
Юрий Кириенко-Малюгин. Авторские афоризмы 
Юрий Кириенко-Малюгин. Классификация поэтов (к ноябрю 2016 г.) 
Ю.Кириенко-Малюгин. Памяти Лады Васильевны Одинцовой.
Лада Одинцова. О трёх книгах Ю.Кириенко-Малюгина и не только
Лада V. Одинцова. Стихотворная графика Николая Рубцова
Лада V. Одинцова. Могучая кучка в русско-советской литературе ХХ столетья
Сергей Порохин. Власть и Слово. 
Награждение лауреатов конкурсов «Звезда полей» 2017
Демография, запрет абортов и экономика 

28.02.2017
Блок № 5. Второй поэтический Интернет-конкурс «Звезда полей-2017»

Лауреаты Всероссийского конкурса «Звезда полей-2017»
Юрий Кириенко-Малюгин. Маяковский – поэт или стихотворец на базе «рыбицы»?
Вячеслав Макеев. Моряки
Нина Полуполтинных. НАГРАДА «Николай Рубцов»
Елена Митарчук. Заметки на полях программки спектакля «Николай Рубцов» в Духовном театре «Глас»
Юрий Кириенко-Малюгин. Свидетельство о рождении Елены Николаевны Рубцовой
Владислав Киреенков. О музыкальности поэзии Николая Рубцова.
Татьяна Избенникова. ВМЕСТЕ
Алексей Башилов. Центростремительная тенденция любить Россию в поэзии Н.Рубцова
Юрий Кириенко-Малюгин. Кто есть кто в рубцововедении? Ответ педагогу В.Баракову.
Елена Митарчук. «Звезда полей» над Москвой и «неистовый Юрий»
Александр Избенников. Корни ведического мировоззрения в сознании Русского народа
Александр Обухов. Золотая энергетика

08.02.2017
2-ой ИНТЕРНЕТ-КОНКУРС «ЗВЕЗДА ПОЛЕЙ»
Юрий Кириенко-Малюгин. Премия сайта www.rubcow.ru «Звезда полей»

30.01.2017
Юрий Кириенко-Малюгин. Кто есть кто в Московском рубцовском движении?
Литературно-музыкальная встреча «Звезда Николая Рубцова»
12-я Московская научно-практическая конференция «Рубцовские чтения» и литературно-музыкальный вечер «Звезда Николая Рубцова»
Блок № 4. 2-ой  поэтический Интернет-конкурс «Звезда полей-2017»
Александр Обухов. Золотая энергетика
Юрий Кириенко-Малюгин. «Есть Божий суд…»(М. Изд. НКО «Рубцовский творческий союз»; фрагменты из повести-предупреждения).
Юрий Кириенко-Малюгин. Уточнение в тексте статьи
Юрий Кириенко-Малюгин. Славянские поэты народного направления

26.12.2016
Юрий Кириенко-Малюгин. О Московском Кремле» Николая Рубцова.
Юрий Кириенко-Малюгин. Подборка «Пойдём петь во славу Руси!»
Юрий Кириенко-Малюгин. Премия сайта www.rubcow.ru «Звезда полей»
Юрий Кириенко-Малюгин. О премиях и наградах к 80-летию Н.М.Рубцов
12-ая Московская научно-практическая конференция «Рубцовские чтения»
Блок № 3. 2-ой поэтический Интернет-конкурс «Звезда полей-2017»
Юрий Кириенко-Малюгин. Классификация поэтов (к ноябрю 2016 г.)
Литературно-музыкальный вечер «Пусть меня ещё любят и ищут…»
Юрий Кириенко-Малюгин. Программа «Наша встреча впереди»
Юрий Кириенко-Малюгин. Кто есть кто в рубцововедении? Ответ филологу В.Баракову.
Юрий Кириенко-Малюгин. Глава 8 из авторской книги «Методика оценки и критерии народного стихосложения» (М. Изд. «Рубцовский творческий союз», 2014).
Юрий Кириенко-Малюгин. Глава 9. «Звезда полей» - луч Света в русской поэзии.

26.11.2016
Юрий Кириенко-Малюгин. О пропаганде творчества Н.М.Рубцова в год 80-летия
Блок № 2. Второй поэтический Интернет-конкурс «Звезда полей-2017»
2-ой ИНТЕРНЕТ-КОНКУРС «ЗВЕЗДА ПОЛЕЙ»
12-ая Московская научно-практическая конференция «Рубцовские чтения»
Юрий Кириенко-Малюгин. Пародии № 10, ноябрь 2016 
Юрий Кириенко-Малюгин. Русские песни и романсы для эстрадных исполнителей. 
Календарь на 2017 год под девизом «Пусть меня ещё любят и ищут» памяти Н.М.Рубцова
Программа «Наша встреча впереди».
Юрий Кириенко-Малюгин. Встреча в ЦСО «Покровское-Стрешнево»
Программа в рамках 12-го Московского фестиваля «Рубцовская весна»
Юрий Кириенко-Малюгин. Дороги войны (тест песни и музыка)
Конкурс «Мастер» журнала «Москва» по роману «Мастер и Маргарита»
Юрий Кириенко-Малюгин. «Есть Божий суд…». Демография или ползучий геноцид.
Юрий Кириенко-Малюгин. Сборник Веры Степановой «Для Вас, читатели родные!»

30.10.2016
Юрий Кириенко-Малюгин. Национальная идея России – дети!
Юрий Кириенко-Малюгин. Программа встреч с группой ЛМС «Родник», (Тушино г. Москвы).
Юрий Кириенко-Малюгин. Духовно-смысловая оценка народности поэзии.
Ю.И.Кириенко. Библиография базовых публикаций с 2002 года
Блок № 1. Второй поэтический Интернет-конкурс «Звезда полей-2017»
17-й Всероссийский творческий конкурс «Звезда полей»
Юрий Кириенко-Малюгин. Встреча в ЦСО «Южное Тушино» 
Юрий Кириенко-Малюгин. Фестиваль «Есенинская осень» 
Юрий Кириенко-Малюгин. Конкурс-фестиваль «Русская тройка» 2016 
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ПАРОДИИ № 9, ОКТЯБРЬ 2016
 

29.09.2016
2- ой интернет-конкурс "Звезда полей"
12-ая Московская научно-практическая конференция «Рубцовские чтения»
Юрий Кириенко-Малюгин. Запрет абортов в России и повесть «Есть Божий суд…».
Фестиваль «Есенинская осень» 2016 
Юрий Кириенко-Малюгин. «Рубцовская осень» 2016 в Вологде 
Юрий Кириенко-Малюгин. «Рубцовская осень» 2016 в Биряково, Тотьме и Никольском
Юрий Кириенко-Малюгин. Пародии №8, сентябрь 2016
Юрий Кириенко-Малюгин. Авторские песни для эстрадных исполнителей.
Юрий Кириенко-Малюгин. Авторская подборка № 10 «Неравный бой в эпоху перестройки» (1987-1991г.г.)
 

31.08.2016
Фестиваль «Есенинская осень» 2016
Владимир Андреев. О методике и критериях поэзии Ю.Кириенко-Малюгина
Юрий Кириенко-Малюгин. Пародии № 7, август 2016
Юрий Кириенко-Малюгин. Авторская подборка № 9 «А небо в синеву хмельную…»
Юрий Кириенко-Малюгин. Реанимация (рассказ) 

11.08.2016
Николай Рубцов. Стихотворение «Гоголь»
Юрий Кириенко-Малюгин. Стихотворение «Детство»
Юрий Кириенко-Малюгин. Пародии № 6, июль-август 2016
Юрий Кириенко-Малюгин. Подборка стихов и песен № 8. «Пишите белыми стихами»
Юрий Кириенко-Малюгин. Николай Рубцов: «Звезда полей горит, не угасая…» (редакция 2016 года), главы 5 и 6.

25.07.2016
На музыкальной странице представлены 3 песни на стихи Сергея Есенина (музыка Юрия Кириенко-Малюгина), 4 песни на стихи Юрия Кириенко-Малюгина, 4 песни на стихи Николая Рубцова. Исполнение песен ЛМС "Родник" (Вера Степанова и Юрий Кириенко-Малюгин) и авторское исполнение Ю. Кириенко-Малюгина. Записи 2003-2015 г.г.
Юрий Кириенко-Малюгин. Альманах «Звезда полей» 2016

Юрий Кириенко-Малюгин. Уточнение в тексте статьи

В статье «Русские поэты народного (рубцовского) направления…», помещённой на сайте допущена техническая ошибка.  Стихотворение «Мати Русь» принадлежит Любови Усовой (г. Темиртау, Республика Казахстан), а стихотворение «Мне б вернуться туда, где Бергуль…» принадлежит  Любови Феофановой  (г. Усть-Каменогорск, Республика Казахстан).
           Приношу извинения авторам. Вношу корректировку в текст статьи корректировку  названия. 
 

Юрий Кириенко-Малюгин. «Есть Божий суд…»(М. Изд. НКО «Рубцовский творческий союз»; фрагменты из повести-предупреждения).

Поводом для написания этой повести явились реальные события, которые случились просто потому, что в стране с 1991 года возникли условия для не контролируемого Моралью поведения личностей и групп по интересам.
     Национальная идея для России лежит на поверхности – это ДЕТИ – наследники Великороссии, объединявшей три базовые ветви славянской Истории – Россию, Украину и Белоруссию. 
    До октябрьского переворота 1917 года в России был всплеск рождаемости. После прихода к власти ленинцев-троцкистов  разрушена Мораль православной семьи. В условиях резкого роста  абортов и сокращения рождаемости Постановлением ЦИК и СНК СССР в 1936 году аборты были запрещены и созданы условия для поддержки семьи и детей. В 1955 году при Н.С.Хрущёве был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР о разрешении абортов. Ежегодно в России стало производиться более 4 миллионов детоубийств, подсчитайте, сколько за 50 лет. С 1991 г.  в условиях вседозволенности  расцветает мужеложество и лезбиянство, которые блокируют рождаемость, продолжение каждого рода в России и ведут к разложению молодёжи. 
   «Есть Божий суд, наперсники разврата…» - М.Ю.Лермонтов
«Змея ползёт, глазами завлекая…» – строка  народного поэта Н.М.Рубцова, символизирует опасность для нормальной Личности.    
Георгий Победоносец олицетворяет Спасителя от Дьявола. 
   «А братик меня защитит…»  – надежда девочки (из эпилога). 
    Книга предназначена всем, кто не равнодушен к проблемам Возрождения коренных народов России и Семьи –  как основы существования и развития общества. 
ISBN   978-5-903862-17-7
НО «Рубцовский творческий союз» 
 Ю.Кириенко-Малюгин (текст и концепция книги), 2012
      При перепечатке фрагментов ссылка на издание обязательна.
 
Глава 6.  Проветривание мозгов при помощи Интернета.
 
Из интернета Владимир Михайлович стал выделять тексты: 
«В большинстве мировых религий мужеложество считается грехом. В Ветхом завете используется понятие содомии, означающее также совокупление с животным. В Новое время во многих странах, в том числе и европейских, мужеложество также квалифицировалось как уголовное преступление. В конце XIX в. и в XX в. странах Европы проходил процесс декриминализации мужеложества, завершившийся отменой соответствующих статей в Уголовных кодексах России (1993) и Кипра (2001). 
В США термин содомия используется для обозначения анального секса [1]. В настоящее время в странах европейской цивилизации мужеложество уголовным преступлением не считается, хотя в ряде стран продолжает считаться отклонением от нормы или половым извращением…
 
    «Уголовная ответственность за мужеложество в России.
 
     В традиционном русском законодательстве («Русская правда», различные Судебники и т. п.) упоминание о мужеложестве отсутствовало. Первые карательные меры против гомосексуальных сношений были введены в 1706 г. в воинском уставе Петра I (списанном с немецких образцов) и распрост-ранялись только на военнослужащих. 
В 1832 г. параграф 995, карающий за мужеложество, был введён Николаем I и в уголовное законодательство Российской империи: наказание составляло до 5 лет ссылки в Сибирь; к этому времени во многих странах Европы соответствующие уголовные статьи уже были отменены (впервые это было сделано во Франции благодаря новому уголовному законодательству,
принятому в 1810 г. Наполеоном), однако в законах большинства германских стран, на которые ориентировался в идейном и политическом отношении Николай I, уголовное преследование за мужеложество сохранялось. 
    «Cчитается, что параграф 995 использовался достаточно редко, хотя архивные публикации свидетельствуют о наличии разветвлённого полицейского наблюдения за лицами, подозреваемыми в педерастии...
 
56
      Начиная с 1890-х гг. в России обсуждался вопрос об отмене уголовного преследования за мужеложество в связи с распространившейся точкой зрения на гомосексуальность как психическое заболевание. В 1902 г. с развёрнутой аргументацией декриминализации мужеложества выступил выдающийся русский юрист Владимир Набоков…»
«…параграф 995 действовал вплоть до 1917 г., когда законы Российской империи в целом прекратили свое действие».
 
     «Уголовная ответственность».
Уголовная ответственность за мужеложество была введена в советском уголовном праве в 1934 г. 
«Известные люди, осуждённые по 121 и 154а статьям Уголовного Кодекса РСФСР: 
Ежов, Николай Иванович — Нарком Внутренних дел СССР[14][15][16][17].
Штаркман, Наум Львович — российский пианист и музыкальный педагог, профессор Московской консерватории (1987), Заслуженный артист РСФСР (1990), Народный артист Российской Федерации (1996)[1]
Козин, Вадим Алексеевич — российский эстрадный певец (лирический тенор), композитор, поэт, автор нескольких сотен песен.[18][19]
Корогодский, Зиновий Яковлевич — театральный режиссер, профессор, народный артист РСФСР[2].
Трифонов, Геннадий Николаевич — писатель, поэт, автор романа «Сетка»[3].
Клейн, Лев Самуилович — известный советский и российский учёный, историк, антрополог, археолог, филолог, доктор исторических наук.[4]
Панченко, Николай Дмитриевич — общественный деятель, один из основателей «Общества ВИЧ-инфицированных и больных СПИДом».
 
Из интернета(информация на поиск «лесбиянка»):
«лес-би-я́н-ка»
Существительное, одушевлённое, женский род, 1-е склонение (тип склонения 3*a по классификации А. Зализняка).
 
57      
      Значение
лицо женского пола, предпочитающее сексуальные связи с женщинами.  Для этого значения не указан пример употребления. Вы можете оказать помощь проекту, добавив пример употребления из литературного произведения или повседневного общения.
   Термина «лезбиянка» (как характеристики сексуальнопадшей женщины) в России практически не было до социального переворота в 1991 году. Был термин «мужеложество» – половое  сношение мужчины с мужчиной.
     В 1993 году после исчезновения соответствующей статьи из Уголовного кодекса ответственность за мужеложество как таковое в России была снята, хотя понятие и сохранилось в статьях о насильственных действиях сексуального характера: 
Статья 132.
Насильственные действия сексуального характера.
1. Мужеложество, лесбиянство или иные действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей), - наказываются лишением свободы на срок от трёх до шести лет. 
Статья 133.
Понуждение к действиям сексуального характера.
Понуждение лица к половому сношению, мужеложеству, лесбиянству или совершение иных действий сексуального характера путём шантажа, угрозы уничтожением, повреждением, или изъятием имущества либо с использованием материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей) - наказываются штрафом…, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на срок до одного года».
 
Из интернета:(поиск – апрель 2012 г.)
    «Как говорится, дожили. В России начала пропагандироваться
легализация педофилии. Педофильское лобби, которое еще недавно действовало скрытно, действовало в коридорах некоторых органов власти, действовало, оказывая влияние на обсуждение законопроектов, которые вводили более жёсткое наказание за
 
58
педофилию, теперь вышло в открытое общественное пространство, начало пропагандировать педофилию как явление и призывать к её легализации».
      «Ещё два–три года назад об этом вряд ли кто бы смог даже помыслить – в стране, в которой совершенно однозначно общество настроено против педофилов и настаивает на крайне жёстком наказании для них…»
     «Однако некоторое время назад Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл предупредил о том, что легализация и пропаганда гомосексуализма и иных половых извращений очень быстро может привести к началу разговоров о легализации педофилии и пропаганды педофилии…»
 «Хорошо известно, что гомосексуалисты часто мечтают о половых связях именно с несовершеннолетними. Известно, что пропаганда гомосексуализма направлена в значительной степени на подростков – юношей, а иногда и детей. Известно, что гомосексуалисты жёстко реагируют на любые попытки убрать их пропаганду из любого общественного пространства – улиц, площадей и других общественных мест, где могут оказаться дети и подростки, на которых в значительной степени, как я уже сказал, рассчитана эта пропаганда» (курсив Вл. Мих.).
     «Итак, так называемое ЛГБТ-сообщество – сообщество лесбиянок (Л), геев (Г), бисексуалов (Б) и транссексуалов (Т) – показало свое настоящее лицо. Некоторые представители этого сообщества открыто призывают легализовать педофилию. Сначала на сайте, связанном с группой так называемых ЛГБТ-христиан, появился манифест…»
    28 апреля 2012 года по каналу ТВ-3 во время показа нормального советского фильма прошла реклама под девизом «А надо ли препятствовать пропаганде гомосексуализма?» Кто заказал такую рекламу и кто конкретно автор такой провокационной строки?
 
Из интернета:
«Автор книги: Сад М д;
Название книги: Сто двадцать дней содома;
Перевод с французского. Руководитель группы научного перевода проф. А.Н.Никифоров
  Редактор художественного перевода П.Ф.Траннуа
 
59
  Рисунки в тексте художника Я. Бунина
  Оформление книги Р. Бушуева
    Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым "проклятыми". 
Нынешнее издание – первое издание романа маркиза де Сада на русском языке. Роман публикуется без купюр.
Перевод с издания: "Lescentvingtjournees de Sodome". Oluvresompletesdu MarquisdeSade, tomepremier.1986, Paris. Pauvert
«Главныйредакторсерии "ИНТИМ-БИБЛИОТЕКА" –  А.Н. Щуплов
Редакционныйсовет: Н.Т.Ивасенко;А.А.Илюшин,докторфилологическихнаук; Ю.Н.Гладченко;Р.Ф.Казакова;Ю.М.Нагибин;А.А.Саакянц;А.Н.Сенкевич, доктор филологических наук; А.Н.Щуплов
Издание подготовлено по заказу кооператива ЖИВОЕ СЛОВО
фирмами БИНОМ и МИКАП ISBN 5-85959-003-2..
  Состав  Перевод. Живое слово. 1992.
     «Многочисленные войны, которые вел Людовик XIV в период своего царствования, опустошили казну Франции и высосали из народа последние соки. К казне, однако, сумели присосаться пияв-ки, всегда появляющиеся в моменты социальных бедствий, кото-рые быстро открыли секрет обогащения за счёт других. Особенно много сомнительных состояний, поражающих роскошью и отме-ченных пороками, скрываемыми столь же тщательно, как и тайны обогащения хозяев, возникло в конце правления Людовика XIV…
Герцог Бланжи и его брат Епископ из..., оба баснословно разбо-гатевшие на налогах, являются неоспоримым доказательством того, что благородное происхождение подчас совсем не мешает обогащению подобными средствами. Оба этих знаменитых персонажа, тесно связанные деловыми отношениями и погоней за удовольствиями с неким Дюрсе и Председателем Кюрвалем, стали актерами одной пьесы с ужасными оргиями, занавес которой мы здесь и приоткроем.
    В течение шести лет четыре распутника, объединённые богатством, знатностью ивысоким положением в обществе, укрепляли свои связи браками, целью которых былпрежде всего порок. Именно он был основой этих союзов. И вот как это происходило».
 
60
    «Герцог Бланжи, вдовец трёх жен, от одной из которых у него осталось две дочери,узнав о том, что Председатель Кюрваль хочет жениться настаршей из них, несмотря на вольности, которые, как он знал, её отец допускал по отношению к ней, Герцог, повторяю, сразу же согласился на этот тройной союз. "Вы хотите жениться на Юлии,  – сказал он Кюрвалю.  – Я вам отдаю её без колебаний, но с одним условием: вы не будете ревновать её, если она уже будучи
вашей женой, будет поддерживать со мной те же отношения, что и до вашего брака. Кроме того, вы поможете мне убедить … Дюрсе выдать за меня его дочь Констанс, к которой япитаю чувства, весьма похожие на те, которые вы испытываете к Юлии.
   – Но, – заметил Кюрваль,  – вы, конечно, не можете не знать, что Дюрсе не меньший распутник, чем вы...
   – Я знаю все, что нужно знать, – отрезал Герцог. – Да разве в нашем возрасте и снашими взглядами на вещи подобная деталь может меня остановить? Вы думаете, я ищу в жене только любовницу? Она нужна мне для удовлетворения моих капризов, моих тайных желаний и пороков, которые покров Гименея окутает самым надёжным образом. Короче, я желаю её, как вы желаете мою дочь. Вы думаете, я не знаю о ваших целях и желаниях?
Мы, сластолюбцы, порабощаем женщину. Статус жены обязывает её быть покорной нашим желаниям, а уж вам ли не знать, какую роль в наслаждении играет деспотизм!"
    Между тем появился Дюрсе. Друзья поведали ему о содержании их беседы и былирады услышать, что и он питает нежные чувства к Аделаиде, дочери Председателя. Дюрсе согласился принять Герцога в качестве своего зятя при условии, что сам он станет зятем Кюрваля...»
     «Уже был составлен текст договора, когда появился Епископ из... хорошо знакомый сдвумя друзьями своего брата по общему времяпровождению, который предложилдобавить в договоре еще один пункт, поскольку он тоже хотел бы в нем принять участие.
Речь зашла о второй дочери Герцога и племяннице Епископа из.... У которого была связь с ее матерью, причем оба брата знали, что именно Епископу из... обязана была своим появлением на свет юная Алина. С колыбели Епископ из... заботился об Алине и не мог упустить случая сорвать бутон как раз в тот момент, когда ему пришло время раскрыться.
 
61
Как видим, предложение Епископа из... ни в чем не противоречило намерениям трех его собратьев. И ими тоже двигали корысть и похоть. Что же касается красоты и молодости особы, о которой зашла речь, то именно по этой причине никто
не усомнился в выгодности предложения Епископа из... Он, как и трое других, тоже пошел на определённые уступки, чтобы сохранить некоторые права; таким образом, каждый из четырёх мужчин оказался мужем всех четырёх женщин...
Счастливые свадьбы состоялись в Бурбоннэ, великолепном имении Герцога, и я оставлю читателям возможность вообразить себе все те оргии, которые происходили там...»
      «Огромные суммы расходовались на самые сомнительные вещи,…два миллиона франков в год было израсходовано только на удовольствия и услаждения похоти четырех развратников.
Четыре владелицы публичных домов и четыре сводника, вербующие мужчин, незнали иных забот в Париже и провинции кроме удовлетворения потребностей их плоти. В четырех загородных домах под Парижем регулярно организовывались четыре ужина в неделю.
На первых из них, целью которого были удовольствия в духе Содома, приглашались только мужчины. Туда постоянно приезжали шестнадцать молодых людей в возрасте от двадцати до тридцати лет для совокупления с нашими четырьмя героями,
которые играли роли женщин...Чтобы испить все удовольствия разом, к шестнадцати молодым мужчинам добавлялось такое же число более молодых юношей, которые выполняли роль женщин, в возрасте от двенадцати до восемнадцати лет.
Второй ужин был посвящен девушкам из хороших семей, которые из-за больших денег вынуждены были согласиться выставить себя напоказ и позволять обращаться с собой самым недостойным образом, отдаваться причудливым капризам развратников и даже терпеть от них оскорбления. Девушек обычно
приглашали по двенадцать, и так как Париж не всегда мог поставить нужное число благородных жертв, на вечера иногда приглашались дамы из другого сословия, жены прокуроров и офицеров. В Париже насчитывается от четырех до пяти тысяч женщин из этих двух сословий, которых нужда или страсть к роскоши заставляют предаваться подобным занятиям… 
 
62  
Третий ужин был посвящен созданиям с самого дна общества, наиболее низким инепристойным, каких только можно встретить. Тем, кто знаком с прихотями разврата, эта утонченность покажется естественной. Порок обожает валяние в грязи, погружение в нечистоты с самыми грязными шлюхами. 
Четвертый вечер касался девственниц. Их отбирали в возрасте от семи до пятнадцати лет. Условия были те же. Обязательным
было очаровательное личико и гарантия девственности. Она должна была быть подлинной. В этом заключалась невероятная утонченность разврата. Впрочем, они не стремились сорвать все цветы, да и как бы они это сделали, если девочек всегда было двадцать? Из четырех развратников только два участвовали в этом акте…Тем не менее число всегда оставалось двадцать, и те девочки, которых не смогли лишить невинности наши герои, становились добычей слуг, таких же развратных, как их господа».
 
     «Отношение религии к мужеложеству.
Священные книги многих религий определяют мужеложество как грех. 
«Если кто ляжет с мужчиною как с женщиною, то оба они сделали мерзость; да будут преданы смерти, кровь их на них».
Лев. 20,12. 
Они заменили истину Божию ложью, и поклонялись, и служили твари вместо Творца, Который благословен во веки, аминь. 
Послание к римлянам. 1.25—1.27. 
Папа Римский Иоанн Павел II в одной из своих последних книг «Память и идентичность: беседы на стыке тысячелетий» сравнивал мужеложцев с сатанистами.
Известные люди, осуждённые за мужеложество 
Оскар Уайльд (1854—1900) — англо-ирландский поэт и писатель. Осуждён за мужеложество в 1895 году. 
Алан Тьюринг (1912—1954) — английский математик. Осуждён в 1952 году, тюремное заключение заменено принудительным лечением (гормонотерапия), направленным на подавление потенции; вскоре после завершения курса лечения покончил жизнь самоубийством (есть версия, что был убит спецслужбами). 
Лев Самуилович Клейн — профессор, доктор исторических наук, антрополог и филолог. 
 
63
Анвар Ибрагим — заместитель премьер-министра Малайзии. В 2000 году он был осуждён за мужеложество и получил 9 лет тюрьмы. 
Руслан Шарипов — узбекский независимый журналист. Осуждён за мужеложество в 2003 году. 
Махмуд Асгари и Айаз Мархони — арабские подростки из Ирана, приговорённые в 2005 году к повешению за мужеложство. Их
казнь вызвала большой общественный резонанс и привлеклавнимание международной общественности к положению сексуальных меньшинств в Иране». 
 
Из интернета:«Республика Казахстан,  из Закона от 16 июля 1997 года № 168-1,  введён с 1 января 1998 года
Статья 114. Ненадлежащее выполнение профессиональных обязанностей медицинским и фармацевтическим работниками
Статья 115. Заражение венерической болезнью
Статья 116. Заражение вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ/СПИД)
Статья 117. Незаконное производство аборта
Статья 118. Неоказание помощи больному
Статья 120. Изнасилование
Статья 121. Насильственные действия сексуального характера
Статья 122. Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста
Статья 123. Понуждение к половому сношению, мужеложству, лесбиянству или иным действиям сексуального характера
Статья 124. Развращение малолетних
    Глава 2. Преступления против семьи и несовершеннолетних
Статья 131. Вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность
Статья 132-1. Вовлечение несовершеннолетнего в занятие проституцией
Статья 133. Торговля несовершеннолетними
Статья 134. Подмена ребенка
Статья138. Ненадлежащее исполнение обязанностей по обеспечению безопасности жизни и здоровья детей
Глава 3. Преступления против конституционных и иных прав и свобод человека и гражданина
Статья 141. Нарушение равноправия граждан
Статья 141-1. Пытки
Статья 142. Нарушение неприкосновенности частной жизни
Статья 143. Незаконное нарушение тайны переписки, телефонных
 
64
переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений
Статья 144. Разглашение врачебной тайны
Статья 160. Геноцид
Статья 162. Наемничество
Статья 164. Возбуждение социальной, национальной, родовой, расовой или религиозной вражды».
 
Из интернета:
    «Страны, в которых предусмотрено уголовное наказание за мужеложество.
Файл:HS is a crime map.gif 
 
Алжир,   Ангола,   АнтигуаиБарбуда,  Афганистан[1],  Бангладеш,      Барбадос, Бахрейн,  Белиз,  Бенин, Ботсвана, Бруней, Бурунди,      Бутан, Гамбия, ГайанаГана, Гвинея, Гвинея-Бисау, Гренада,    Джибути, Доминика, Египет[2], Замбия, ЗападнаяСахара,   ЗападноеСамоа, Зимбабве,   Индия[3], Иран (шариат), Йемен,   Камерун, Катар, Кения, Кирибати, Кувейт, Лесото, Либерия, Ливан, Ливия (шариат),  Маврикий,  Мавритания (шариат), Малави,  Малайзия, Мальдивы, Марокко, Маршалловыострова, Мозамбик, Мьянма, Науру,  Непал, Нигерия,  Никарагуа, Ниуэ, ОбъединённыеАрабскиеЭмираты, Оман, ОстроваКука, Пакистан, Палау, Палестинскаяавтономия, ПапуаНоваяГвинея, Сан-ТомеиПринсипи, СаудовскаяАравия (шариат), Свазиленд, Сейшельскиеострова, Сенегал,  Сент-ВинсентиГренадины,  Сент-КитсиНевис,Сент-Люсия,   Сингапур,   Сирия,    Соломоновыострова, Сомали, Судан (шариат), Сьерра-Леоне, Танзания,  Того,   Токелау,    Тонга,      ТринидадиТобаго,    Тувалу,   Тунис,   Туркменистан, Уганда,  Узбекистан,   ШриЛанка,  Эритрея,  Эфиопия,   Ямайка». 
Владимир Михайлович записал в дневник, что большинство стран с запретом педерастии – мусульманские страны! А где «цивилизаторы» из Европы? Или у них цель Россия без русских? 
     Известный русофоб Збигнев Бжезинский (поляк по националь-ности, западник по мировоззрению и теоретик идеологических диверсий против России и СССР) недавно заявил: «После разгрома коммунизма у нас остался один противник – Православие».
    Известный патриот-гуманитарий Николай Зиновьев, автор антисоветских статей на Западе, увидев результаты разгрома промышленного потенциала России в результате политической  и экономической диверсии против СССР, каялся: «Мы целились в коммунизм, а попали в Россию». 
 
65
Глава 7. В кругу  непрерывных проблем. 
 
     Ещё раз перечитав сведения из интернета, Владимир Михайлович сказал себе:  «Проблема непроста. Обдумывать нет ни физических, ни моральных сил». Он решил ещё раз помочь дочери, написал смс:
 
    05.08.2010  08.35
   Разорви связи с гуру. Мы поможем тебе. Жду ответ. 
 
  Ответ пришёл почти сразу:
05.08.2010 08.40
Не надо ничего.
 
     Владлена просто не понимала, в какую историю она вляпалась.  
     Жара не отступала. С утра каждый час Владимир Михайлович  заходил  в душ и обливался холодной водой. Становилось легче. На пол по всей  квартире прямо на линолеум он разбрызгивал по двухлитровой бутылке холодной воды. Через два часа вода испарялась. Пол опять становился  сухим и горячим. Окна пришлось закрывать, так как с улицы надвигался горячий воздух, насыщенный дымовыми газами. После нескольких циклов разбрызгивания воды  в комнате образовывалась  «водяная баня». Из-за влажности было тяжело дышать. Два раза в день Владимир Михайлович ходил в универсам, чтобы проветрить легкие прохладой, нагнетаемой из системы кондиционирования.
    Надо было искать выход из газовой камеры квартиры.  
    Утром  7-го  августа Владимир Михайлович почувствовал, что больше не выдержит. Дышать практически невозможно. Сердце может отказать. И время уходит. По поданным заявлениям никакого ответа и никаких звонков нет.  Он собрал все документы, сделал копии.  Написал заявление в ФСБ. В конце концов, дело не только в личном вопросе, как ему сначала представлялось. 
    Днём 7-го августа Владимир Михайлович поехал на Лубянку. Нашёл приёмную ФСБ и спросил, куда надо передать документы. Капитан вежливо поинтересовался, с каким вопросом обращается  посетитель. Владимир Михайлович передал составленное заявление. 
 
66   
    Руководителю миграционного отдела ФСБ по г.Москве, 
от Родимова Владимира Михайловича, проживающего по адресу: г. Москва, ул. Морская, д.11, кв. 18
 
З А Я В Л Е Н И Е
 
Я, сообщаю о необходимости срочной проверки целей заезда в Москву гр. Владимировой А.В. из г. Одессы и размещения её в однокомнатной квартире моей дочери Глаховой (Родимовой) Владлены Владимировны и моей 4-летней внучки Анны Николаевны Глаховой.
При этом в заявлениях на регистрацию были указаны заведомо ложные сведения, а именно:
Гр. Владимирова А.В. указана как сестра нашей дочери, Глаховой Н.Н.
     Глахова В.В. указана как тетя Даниэлы Систер и Габриэля Владимирова.
Всё это является полной дезинформацией паспортного стола, руководителей ТСЖ «Заболоченная» и органов паспортного режима Подгорного района г. Москвы с целью незаконной регистрации этих лиц.
Никаких документов с обратным адресом у А.В.Владимировой не имеется, что позволяет ей провести любые безнаказанные, в том числе психологические  действия в отношении Ани Глаховой и моей дочери.
По имеющейся информации у Владимировой А.В. нет паспорта гражданки Украины и гражданского паспорта РФ. Никаких документов по своей жилищной регистрации Владимирова не представила.
Мы, Родимова Мария Александровна и Родимов Владимир Михайлович, подали заявления в ОВД Подгорного района г.Москвы 02.08.2010 г., 03.08.2010г. и 04.08.2010г. о ситуации с проживанием незарегистрированной Владимировой А.В. и её детей.
Прошу срочно проверить личность Владимировой А.В., заселившейся в квартиру № 13, по адресу: ул. Заболоченная, д.6, кор. 6. Дочь В.В.Глахова постоянно находится на работе и квартира находится в распоряжении посторонних лиц.
 
67
   Документы заявлений в ОВД Подгорного района г. Москвы и в паспортный стол ТСЖ «Заболоченная» прилагаю.
07 августа 2010 г.
Родимов Владимир Михайлович (отец В.В.Глаховой)
 Сот.тел 8-916-………….
      Владимир Михайлович кратко обрисовал ситуацию дежурному: 
   – Вот приложены все заявления. Никакой ответной информации нет. Никто не вызывает ни из милиции, ни из органов опеки, ни из паспортного стола. Прошу помощи. 
  – Спасибо за информацию. Передайте папку в блок приёма документов. 
    Владимир Михайлович отдал папку и, удовлетворенный сделанной за неделю работой, поехал домой.  Хватит терпеть   сорокоградусную жару, дымовую атмосферу и водяную баню в квартире. Открыл ноутбук. Зашёл в интернет в поисках близлежащих городов с нормальным климатом. 
     Вокруг Москвы в радиусе  до 400 км нашёл и оценил погоду в Ярославле, Твери, Рязани, Туле, Костроме, Калуге, Серпухове, Владимире. Везде  температура была свыше 40 градусов. И уже три  недели подряд. Снижения жары не ожидалось. По ТВ показывают горящие леса, вертолёты с подвешенными водяными ёмкостями, борющихся с огнём пожарных и добровольцев.  
    Выйдя из душа, Владимир Михайлович позвонил в Петербург двоюродной сестре с просьбой принять его на несколько дней. Сестра сразу ответила: – Приезжай, конечно! У нас, правда, 30 градусов. Но не 40 и дыма пока немного.
   – Хорошо, что не сорок. Плюс вода с Невы рядом. Выживу.
    Владимир Михайлович достал походную сумку,  кинул туда поесть молочка, хлеб чёрный, кусок ветчины, бутылку воды, полотенце, пару рубашек, трусов и маек. Нашёл паспорт, взял деньги, позвонил жене о срочном отъезде. 
   – Поехал спасаться.
   – А может тебе сходить в соцбыт по району. Выделят путевку. Говорят, дают пенсионерам срочно и вывозят на юг. 
  – Завтра будет некому её получать. Лучше бы вывозили детей из Москвы и на восток. Всё!
    В 19 часов приехал на Ленинградский вокзал. Там было хуже, чем  обычное  столпотворение.  Билетов  нет.  Кроме   люкс-вагона,
 
68
место в котором стоит 4 тысячи рублей. Это полпенсии сразу.  Владимир Михайлович решил, что возьмёт этот люкс, если через пару часов не достанет дешевле. После часа стояния в очереди он  понял:   надо уезжать любым поездом за любые деньги. 
    В кассах возврата – билетов не было.
    Владимир Михайлович спасался от жары, попивая аква-фреш. Вдруг кассирша крикнула для очередников, что есть билет на верхнюю полку, поезд в три часа ночи. 
    Владимир Михайлович сразу рванулся к окошку: – Можно мне?
   – Паспорт и деньги – 900 рублей. Только на верхней полке. 
   – Хорошо. 
      Купил билет и дал смс-сообщение жене, что поехал.
       Утром в  Петербурге позвонил сестре и направился к ней.
    В Питере была сносная температура воздуха. Дыма почти не было.  Нева  поглощала жару. 
     Перед приходом к сестре, закупил в магазине всякие продукты.       
     Сестра, пенсионерка Людмила Александровна встретила опусом с приколами: 
   – Вместо супа с севрюгой, кавказского шашлыка и вина Абрау-Дюрсо угощаю тебя  народным борщом вегетарианским, котлетами рыбными и компотом из сухофруктов. Красную икру не едим, она – искусственная, не вкусная.
   – Спасибо на этом.  Чай, не в ресторане. Ем всё, что предлагают. 
   Владимир Михайлович не стал расстраивать сестру своими проблемами. О въезде нежданных гостей решил промолчать. Неясно было, как это скажется на здоровье сестры.  Та пережила один  инфаркт, делали операцию на сердце в прошлом году.
  – Ожидается следующая операция на бесплатной основе. Потому что я – блокадница.
    Поговорили о расходах на квартиру, на продукты, о питерских проблемах. Сестра рассказала, как развёртывается борьба жителей города против возведения 400-метрового бизнес-центра на морской набережной. Стало известно, что будто ЮНЕСКО в случае появ-ления монстра снимет с Петербурга статус исторического центра.
    Владимир Михайлович сообщил, что в Питере он продолжит своё ознакомление с музеями. И после обеда поехал по городу.
    В Эрмитаже его интересовали не царские экспонаты, а древняя история России. Он  спустился  в очередной раз  в подвал, где были
 
69
представлены экспонаты раскопок скифской цивилизации на южно-славянских просторах. Это свидетельствовало о наличии поселений городского типа полторы тысячи лет назад, то есть ещё до официально объявленной даты создания России в Великом Новгороде в 862 году (приглашение варягов – западных славян). 
     Но больше всего Владимира Михайловича потрясли экспонаты Алтая, этой Восточной Скифии, одной из прародин России. В алтайском зале стоял гробница, датированная двумя с половиной тысячами лет до новой эры и выполненная в виде сруба из лиственницы. Длина сруба составляла примерно 6 метров, ширина – 3 метра. Угол соединения брёвен выполнен методом стыковки в «угол», именно так, как и сейчас рубят срубы-дома  в сельской местности по России. Интересен был способ сборки и разборки сруба. На каждом бревне стояла метка-засечка с цифрами-нарезами от первого до седьмого:I,II, III,IIII,IIIII,IIIIII,  IIIIIII. То есть засечки делались предметом типа топора. Была представлена также колесница, изготовленная более трёх тысяч лет назад. Колёса со спицами имели диаметр примерно полтора метра. Обод выполнен составным из двух половин выгнутых древесных полос. Основные части колесницы (ступицы, оси, рама, рессоры, каркас кареты)  изготовлены из древесины. Тут же в залебыли представлены частично истлевшие ковры.
     В других залах подвала были выставлены металлические котлы, датированные двумя-тремя тысячелетиями назад. Всё это говорило о том, что изделия могли быть  изготовлены только в общинных селениях городского типа с системами защиты ремесленников от нападений и  внешних врагов в ведические времена.     
    Через два дня пребывания в Петербурге, Владимир Михайлович 
решил переговорить с дочерью, дал смс-сообщение Владлене. Запросил, не уехала ли Алла с  квартиры, предложил переговорить.
     Дочь ответила смс-кой:
10.08.2010  10.46
Я не хочу. Мне нечего с тобой обсуждать.
     Владимир Михайлович понял, что заявления стали известны дочери. И милиция или представители органов опеки приходили на квартиру. Но видно, что Владлена зазомбирована капитально. Вспомнилось, сколько сил он вкладывал, чтобы дочь вывести в люди, чтобы она выросла грамотной и доброй. И вот результат.
 
70
 Послал ей в сердцах смс:
    10.08.2010.  11.05  
Неблагодарная!
    Ничего не стал добавлять.
    Несколько раз  встречался с друзьями по Питеру. Проблемы у всех были одни и те же. Квартплата, инфляция, разгул чернухи по ряду программ ТВ, взаимный подхалимаж лицедеев.
    12 августа Владимир Михайлович вернулся в Москву, рассчитывая на прекращение  жары и исчезновение дымовой завесы. Оказалось – поторопился с возвращением.
    На следующий день к вечеру поехал на дачу. Надо поливать кабачки, помидоры, свёклу, морковь. 
    В городе за 110 км от Москвы  жара немного спала и дымка стала меньше. Сел в последний автобус.  По мере приближения к даче запах гари и дыма усиливался. Вышел на остановке. Вдали на бревне сидели три знакомых мужика. И первый вопрос:
    – Куда ты приехал? Сидел бы лучше в Москве. 
 – Но у нас в городе не лучше.
     Перекинувшись несколькими фразами, Владимир Михайлович почувствовал, что дышать совсем плохо.  В ста метрах даже не видно было дач. Стояла зловещая тишина. 
     Решил срочно ехать обратно. Автобус с конечной остановки не стал ждать.  Он бы опоздал к электричке на Москву.
     По шоссе летела частная машина. Владимир Михайлович встал, голосуя,  поперёк дороги.  Машина остановилась. Парень запросил до вокзала 500 рублей. Пришлось, не торгуясь отдать. Машину водитель гнал быстро. За 15 мин доехал до вокзала. И Владимир Михайлович успел на электричку на 21ч 15м.
     В Москве, в метро ребята и интеллигенты среднего возраста говорили и спорили о космической климатической диверсии. Почему именно над центром Европейской части России, прямо над Москвой установилась на месяц невыносимая жара? Это губи-тельно для многомиллионного города, для детей и пенсионеров. Заговорили, что над Московским регионом образовалась озоновая дыра, в которую хлынул солнечный испепеляющий поток.
    Через неделю жара начала спадать и 20-го августа Владимир Михайлович поехал на дачу.
    На участке ничего  особенно  нового  не случилось. Проделав все
 
71
текущие работы по запуску насоса, заливу воды из скважины в ванну, по поливу огорода прямо из шланга, Владимир Михайлович позвал соседей на ужин, приготовил картошку с тушонкой, салат из  помидор, лука и свежих огурцов. Выставил бутылку коньяка. Алексей и Катя пришли с восемнадцатилетней дочкой Верой. Принесли  жаренные кабачки, солёные огурцы и патиссоны, ветчину. Стол зазеленел и зажелтел от набора еды и закусок.   
 Разговор крутился вокруг пожаров в округе, горящих торфяниках, о работе пожарных. Многие местные участвовали в тушении огня. Потом, как обычно, перешли на социально-политические темы и проблемы. Сравнили стоимости  оплаты квартир в Москве и в Московской области, о приёмных экзаменах в институты.
    Катя, жена Алексея, возмущалась, обращаясь к соседу: – Ты знаешь о пресловутом ЕГЭ. Это был тихий ужас.  Это лотерея без нормальных знаний предмета. Наша дочь едва сдала экзамены. Откуда этот министр? Всех на рога поставил. А ещё числится кандидатом физико-математических наук.   
    – Ну, пусть сам попробует ответить на вопросы  его ЕГЭ,  – вошла в разговор Вера. – Так ему президент в шутку предложил рискнуть, поскольку даже дипломированные родители решить эти ребусы не могут и  волком воют. Другие ищут и находят обходные пути сдачи ЕГЭ.  А к чему  ведёт приём в Вузы по отметкам ЕГЭ?
   – Так эти оценки можно купить? – Владимиру Михайловичу эта тема напомнила о студенческих временах.  
   – На юге многое продаётся и покупается.  Я помню, как ещё в советское время в 60-годы у нас в группе было два грузина. Оба с медалями, правда, один с золотой, а другой с серебряной.  Оба поступали вне конкурса. Один – Стасов, кажется, был  с золотой медалью. Учился он, как все мы. А другой, кажется, Цилашвили, перебивался с двойки на тройку. Мы ему помогали понимать технические дисциплины: сопромат, теоретическую механику, высшую математику, металловедение, теорию машин и механизмов, машиноведение. Ему кто-то диплом написал. А защищался он с огромным трудом. В комиссии удивлялись таким знаниям. Его ещё раньше хотели отчислить. Но вмешались, поддержали друзья:  – Он нам нужен как национальный кадр. Вот у кого надо учиться этнической поддержке. 
 
72
 – А что русские не поддерживали друг друга?  – спросила Владимира Михайловича Вера.
    – Никто из нас не думал тогда о национальных вопросах. Одна наша сокурсница Соколова из общежития на четвёртом курсе в 1961 году сдала экзамены на тройки и ей не дали стипендию. Так все четырнадцать студентов, кто получил стипендию, по 25 рублей тогда, сдавали полгода по два рубля старосте. Соколова продержа-лась на эти  28 рублей в месяц. Обед в столовой стоил 30 копеек.  
     – Сколько же тогда стоили продукты?  – заинтересовалась Вера.  
– Свинина, говядина – по 2 руб. за кг, крупа по 30-40 копеек за кг, батон белого хлеба – 15 копеек, буханка чёрного хлеба – 10  копеек, картофель, морковь, свёкла – по 6-10 копеек за кг,  масло сливочное – 3 рубля за кг,  бутылка пива – 37 копеек.
    – А какая же средняя зарплата была у инженера? – Вера задавала вопросы один за другим.
   – Инженер при  поступлении на работу имел 80-90 руб в зависимости  от типа предприятия. Через два-три года, как правило, зарплата инженера, технолога составляла 110-120 рублей. У рабочих зарплата была ещё выше. По мере роста квалификации росла зарплата.
      Вера никак не могла успокоиться.
    –  А сколько получали медики, учителя, экономисты?
    – Примерно также. Везде требовались кадры.
    – А как же квартира, жильё?
    – Вера, ты спроси у своих родителей, откуда у них квартира. Владимир Михайлович перевёл ответы на родителей Веры. 
    – Ах, да. Отец получил в новом доме от предприятия как очередник. В городе строили и построили микрорайоны. 
     – Да ещё нам дали садовый участок в 1988 году, – включился  в разговор Алексей. – Где мы сейчас летом и живём. Но голодали в начале 90-х. Жили на копеечную зарплату жены-учительницы и картошку с огорода. Пока я не устроился охранником в фирму. Работаю по системе «два-два»: двое суток работаю, двое отдыхаю. Отпуск – две недели, а было четыре недели при Советах.
     Вера тоже решила получить ответ на свою проблему: 
   – Вы знаете, что очень многие выпускники с отличными ЕГЭ не знают русский язык. Не понимают, о чём их спрашивают.
   – Ну  и что! Купят  они  сдачу  экзаменов в   институте,   получат 
 
73
дипломы и  должности в учреждениях. Ну и пусть!  – Владимир Михайлович поддевал собеседников.
   – Как это ну и пусть? Эта, например, медичка как будет наших детей и нас лечить? Вы что не понимаете? – возмутился Алексей. – В Москве и городах прошёл приём в институты по ЕГЭ. Да каждый выпускник мог подать и подавал документы сразу в несколько вузов. Большинство рвётся в юридические и экономические. 
Владимир  Михайлович решил прояснить ситуацию:
   – Конечно, в технические вузы не рвутся. Во-первых, чтобы поступить туда, надо быть достаточно умным по математике, физике, химии, хорошо знать русский – предметы и книги на русском. Во-вторых, зарплата после получения диплома у инженера 4-5 тыс., в десять раз ниже, чем у среднего специалиста в управе или муниципалитете. В-третьих, на инженерах ездят все, кому не лень. Сделай это, разработай то, не знаю что. Если руководитель поглупее специалиста – это труба. 
   – А зачем тогда идут учиться в технические институты.
   – А затем, что по диплому престижных МВТУ, МЭИ, МФТИ инофирмы берут специалиста и сразу дают зарплату 40-50 тыс. рублей. Это же  готовились высшие кадры для нашей оборонки. 
  Алексей возмутился. – Откуда только возникают проблемы?
    – Их, видно, придумывают дилетанты, – развивал свои мысли Владимир Михайлович. – Просвещают пятнадцатилетних приёмам предохранения, свели любовь к сексу, превратили девушек в товар, ведут на аборты и бесплодие. Департаменты образования и здравоохранения  молчат. Ведётся тотальный разврат. 
     – Сейчас готовят закон о защите детей от нападок взрослых,  как будто родители враги своим детям, –  возмутилась Катя.
    – По-моему это ещё один метод перевода стрелок с больной головы на здоровую,  – поддержал жену Андрей.  – Мы  защищаем, например,  дочь, как будущую мать от глупостей и бесплодия. А нам предлагают фактически не вмешиваться. Еще осталось совратить подростков, молодёжь. Увести их от создания семьи, рождения детей. О плане Даллеса ты, Владимир Михайлович, слышал? Не печатают! Найди, в интернете. Реализация диверсии идёт. Например, захоронение ядерных отходов. Дали деньги и наш-лись желающие. По принципу Людовика: «После нас хоть потоп!»
     – А ты посмотри,  сколько мигрантов в Москве, этих строителей 
 
  74
бизнес-небоскрёбов, –  Катя подняла другую тему. –  И что они паиньки? Сообщили, что каждое второе преступление совершается приезжими. Ты видел по ТВ сколько несчастных женщин по московским лесопаркам и по вечерам  изнасиловали? Сколько в результате вынужденных абортов этих женщин. 
    – Это – проблема приезжих людей, – посочувствовалаВера.
    – Нет, эти насильники –нелюди. Андрей возмутился. –  Привезли бы своих подруг и насиловали! Им бы свои показали!  
    – У них по корану жёсткий закон,  – сказала Вера. 
    – А у нас  какой закон? – поинтересовался Андрей. – От Православия русских отвадили демагоги после 1917 года. Теперь борются с сектами Иеговистов, геев, лезбиянок. Вы слышали сенсацию. Некто Елена Колядина написала порнуху на Православие семнадцатого века?
     – Она – русская, судя по фамилии?  – спросила Катя. 
     – Наполовину. Отец – русский. Мать – татарка.  
     – Опозорила обе нации. Какое название? – Владимир Михай-лович решил быть в курсе нового издания.
    – Называется «Цветочный крест». Там – Содомские грехи.   
      ……………………………………………………………………
     Наступила середина октября. Пришла неожиданно смс от Владлены: «Уехала. Добились». Владимир Михайлович понял, что Даниэллу устроили в школу, а Габика в детсад. Он  сел за ноутбук и послал письмо дочери:
     «Эгоцентризм – последняя стадия деградации Личности! Запомни! Так ты и не поняла, зачем мы и я сражались с залётной гуру? Мы спасали психику Ани и её нормальную жизнь, нашу наследницу. Кто за ней, за тобой и за нами?  Кому достанутся наши дача, квартира на будущее? Мы годами работали на тебя и себя. Тебе – 35 лет. Осталось 4-5 лет, чтобы найти мужа, завести одного-двух детей, твоих и наших  наследников. Тебе надо полностью разорвать с гуру. Только скажи, и мы с  роднёй поможем. Напиши, получила ли письмо? Я положил его в почтовый ящик». 
    Ответ пришёл 15.11.2010  12.33:
     –  Да. И отвечать не намерена. Я уже всё сказала.  
     ……………………………………………………………..
    Владимир Михайлович зашёл в Интернет. Посмотрел отзывы на «роман-катавасию», перекопировал.  Дал волю эмоциям.  
 
P.S. 1. Повесть-предупреждение «Есть Божий суд…» (2012) вошла в длинный список Бунинской премии за 2015 год и отмечена грамотой Московской городской организации Союза писателей РФ за 2014 год.
P.S. 2. Главы 8, 9, 10 и 11 повести опубликованы в ноябрьском выпуске сайта «Звезда полей» (см. «Новости» меню). 
 

Александр Обухов. Золотая энергетика

                                           Электрон также неисчерпаем, как и атом
                                                                                             Ленин
 
По свидетельству современников, «Он (Есенин. ‒А.О.)  …знал на память почти всё «Слово о полку Игореве» (1.330). Евгений Осетров: «Автор «Марфы Посадницы» страстно увлекался «Словом», глубоко чувствовал его народный характер, знал его, как и Пушкин, наизусть…» (2, 197). 
Относительно этого древнерусского Памятника академик Дмитрий Лихачёв заключил:  «В повторяемости один из секретов завораживающей силы «Слова о полку Игореве»…Она идёт в самых неуловимых и трудно осознаваемых сферах ‒ от чисто звуковых до чисто смысловых, от коротких повторов внутри одного предложения до повторов,  разделённых большими расстояниями» (3.276).
Надо полагать, что «Слово» нашло  отражение  в «Ключах Марии»,   и в магически-обворожительных стихах Есенина, также насыщенных  повторами и строк и образов, ассонансами и аллитерациями.  
 
1. Повторы в «Слове» и в произведениях Есенина
 
Рассмотрим  один из ярких поэтических моментов «Слова» (4).
«Вступите же, господа, в золотые стремена за обиду сего времени, заземлю русскую, за раны Игоревы, буйного Святославича!
Галицкий Осмомысл Ярослав! Высоко сидишь на своём златокованом престоле, подпёр горы Венгерские своими железными полками, заступив королю путь, затворив Дунаю ворота... Грозы твои по землям текут, отворяешь Киеву ворота, стреляешь с отчего золотого престола салтанов за землями. Стреляй же, господин, в Кончака поганого раба, заземлю Русскую, за раны Игоревы!..
…Ингварь и Всеволод, и все три Мстиславича, не худого гнезда соколы!.. Где же ваши золотые шлемы и копья польские и щиты? Загородите полю ворота  своими острыми стрелами за землю Русскую, за раны Игоревы!..». 
Обращает на себя внимание предлог за и  з. Наблюдаемая в «Слове»  буквенная  особенность имеет тесную связь с произведениями Есенина (5), в которых  очень  часты за и з. Текст «Слова» также изобилует округлыми буквами (о,а,е,с,в).
…Для дальнейшего понимания излагаемого сделаем отступление. В одном из номеров «Звезды полей» была опубликована статья, в которой излагалась оценка стихов по торсионной (энергетической) методике. В связи с этим были опубликованы статьи  других авторов, излагающих другие способы анализа стихов,  по иным многочисленным  характеристикам. Смеем заметить, что  моментов имеется неисчислимое множество, и они не обязательно противоречат друг другу, а способствуют  более глубокому пониманию  стихов.
Напомним суть энергетической методики. Учёные физики Шилов и Шкатов (6, 7) замерили энергетику букв азбуки  (Рис.1), что позволяет количественно сравнивать (по этому параметру) литературные произведения. Из рисунка 1 видно, что округлые буквы обладают более высокой энергетикой‒ ТК, чем прямолинейные, и потому  положительно  воздействуют на психику читателя, слушателя. Эти-то  буквы изобилуют в «Слове». В данной статье никакие вычисления не производятся, но при этом предполагается, что читатель видит абрис букв и связует их с энергетикой.
 
ТК 
                                                               Рис.1
 
 
2. Наличие  конкретной буквенной связи
текстов Есенина и «Слова»
 
В текстах Есенина обнаруживается глубочайшая  связь буквенного состава  со «Словом», выраженного, в частности, в многократных повторах  з и за.
 
 *   *   *
Занеслися залётною пташкой
Панихидные вести к нам.
Родина, чёрная монашка,
Читает псалмы по сынам.
…………………………………
В церквушке за тихой обедней
Выну за тебя просфору,
Помолюся за вздох последний
И слезу со щеки утру.
 
А ты из светлого рая,
В ризах белее дня,
Покрестися, как умирая,
За то, что не любила меня.  (т.1,157)
 
Такие же повторы и анафоры  рассыпаны по другим стихам  Есенина.
 
«Заглушила засуха засевки…».
 
Запою я тебе втихомолку,
Как живу я царевной тоскую,
Заману я тебя, заколдую,
Уведу коня в струи за холку.
                      Русалка под новый год
 
«Зашумели над затоном тростники…».
 
Задремали звёзды золотые,
Задрожало зеркало затона,
Брезжит свет на заводи речные
И румянит сетку небосклона.
С добрым утром
 
Наблюдаемая   перекличка  стихов  со «Словом» не единственное проявление  общности, ‒ она присутствует и в прозе.
В повести «Яр» Есенин пишет: «Сказав, она почувствовала, как груди её защемили снова, глаза затуманились. Она забыла, зачем ходила в церковь…» (т.4, 147.). «Несколько раз она приближалась к Корнею, но, глядя на его спокойно закрытые глаза, вздрагивала и, заложив руки за голову, начинала ходить по избе».(153, там же). 
Можно утверждать, что ни Автор «Слова», ни Есенин, ни ниже приведённый Лермонтов не сидели и не думали, как бы это побольше написать з и за. Такая звукопись, такое видимое проявление буквенного состава происходит естественно, как дыхание.
Вспомним:
За всё, за всё тебя благодарю я,
За тайные мучения страстей,
За  горечь слёз…  Лермонтов
 
3. Золото в «Слове» и стихах Есенина
 
У Автора «Слова» насчитывается 24 слова, имеющих основой золото. «Золотое стремя, златым шлемом, пересел из седла золотого, в моём тереме златоверхом, изронил золотое слово, злачёные стрелы, золотой стол» и т.д.
Есенин тоже одарил  золотом многие стихи. Так, в первом томе 44 золотых слова. «И горят снежинки /В золотом огне. Задремали звёзды золотые. На подвесках из лёгкого золота. Хвойной  позолотой /Взвенивает лес. Золотое ожерелье. Где златятся рогожи в ряд. Золотые снопы…» и т.д.
По золотым стихам второго тома  щедрой  горстью Есенина рассыпано золото  64 раза. «Ревёт златозубая высь. С златою крышей кров. Золотой примял песок. Звени, звени, златая Русь. Разломлю, как златой калач. Здравствуй, златое затишье. Золотою лягушкой луна. Закружилась листва золотая. Куст волос золотистых вянет. Золото овса давать кобылам…».  Третий том содержит 24 золотых слова. 
Приведённые ранее  золотые  слова «Слова» и стихов Есенина содержат  высокую энергетику: среднее значение энергетики на букву равно 2,6! 
 
4. Традиция и новаторство Николая Рубцова
 
Пространный экскурс  в  буквенный  состав  произведений  гениальных  авторов  даёт возможность показать, что стихи Николая Рубцова впитали эту лучшую традицию, лучшую энергетику стихов предшественников. Читаем.
С улыбкой на лице и со слезами…
Я зарываюсь в бурю, как баклан…
За вечный стон, за вечное рыданье
Я полюбил жестокий океан…
За то, что он испытывает холод,
За то, что он испытывает грусть,
 
За то, что он наполнен голосами,
За то, что там к печали добру
С улыбкой на лице и со слезами
Ты с кораблём прощалась на ветру.
Ты с кораблём прощалась
 
Соловьи, соловьи заливались, а ты
Заливалась слезами в ту ночь;
Закатился закат ‒закричал паровоз,
Это он на меня закричал!
………………………………….
Закатился закат. Задремало село.
Ты пришла и сказала: «Прости».
                                             Соловьи
 
Закатилось солнце за вагоны.
Вот ещё один безвестный день,
Торопливый, радостный, зелёный,
Отошёл в таинственную сень…
За старинный плеск её паромный.
За её пустынные стога…
                                   На вокзале
 
Перечисленные  з и за бесчисленно наполняют стихи Рубцова, что может увидеть и почувствовать каждый читатель. Часто за начинает стихотворение ‒  по- лермонтовски, по-есененски…
 
За морями полными задора.
Ось
 
За мыслью мысль ‒ какой-то бред,
За тенью тень ‒ воспоминанья.
Бессонница
 
И в заснеженной русской избе
Зазимую с весёлой вдовой.
Зазимую без всяких забот,
Как зимует у пристани флот…
             «По холодной осенней реке…»
 
5. От золота к болоту
 
Нет необходимости аргументировать, что каждый поэт взрастает от чего-то, от кого-то, а в основном ‒ от родной земли. «С каждой избою и тучею, //С громом, готовым упасть, //Чувствую самую жгучую, //Самую смертную связь».
Не было у Рубцова многих моментов, присущих Есенину, потому у Рубцова и другие образы. Нет  у Рубцова слова золото,  как  присуще Есенину:  «Куст волос золотистых вянет. Эх ты, златоглавый. Отдам, как розу золотую. В волосах есть золото и медь. Золото овса давать кобылам.  Где златятся рогожи в ряд». Никто Рубцову приветливо не восклицал, как Есенину: «Сергунь! Золотой! Послушай!..».
И вместе с тем! Рубцов в своей невзрачной, серенькой северной стороне нашёл есенинскому слову золото  аналог ‒болото! Болото, как зримый образ, как местность с чахлыми, кривыми, чёрными стволами  низкорослых берёзок не вызывает представления о прекрасном.Но ‒  всего одной буквой разнятся эти слова!  Их энергетическая составляющая  одинакова! Именно этим, незримым энергетическим моментом, воздействуют на нас  и прекрасное  золото и чахлое болото! Если бы это было не так, разве ‒ чуткий к чему-то в слове  ‒ Рубцов столь часто повторял болото, болото? 
Безусловно, что пишущий эти строки зашорен в какой-то мере на энергетике букв, слов. Но и другие тоже на чём-то своём зашорены. И, пытаясь снять шоры, следует написать, что знаменитое «Меж болотных стволов красовался восток огнеликий», сияет не только  болотом, в котором  все энергетически богатые буквы,  но и последующей  мощной энергетикой слов «стволов, восток»,  которые имеют по одной отрицательной букве, а в  «красовался» ‒ две.
Но ‒ вернёмся к болоту. Оно звучит не только в «Журавлях», но и в других  стихотворениях.  Например, Тихая моя родина. Ночь на перевозе. Песня (Отцветёт да поспеет…). «И вот среди осеннего безлюдья…». Острова свои обогреваем. «Ветер всхлипывал, словно дитя…». «Ах, вот  ‒ колодина…». «В осеннем лесу». «Цветок и нива». «Слёз не лей».
В заключение следует заметить, что описанные особенности  стихов Рубцова и способы их оценки, вскрывают только две стороны его творчества и ни в коей мере не претендуют на полноценное исследование. 
Эпиграфом не случайно взяты строки гениального Ленина, некогда этой строкой вытащившего из тупика существовавшую до него науку о материи.  
 
Цитируемая литература.
 
1. Юрий Прокушев. Дума о России. Избранное. Москва, «Советская Россия», 1988
2. Евгений Осетров. «Мир Игоревой песни». Этюды. М., «Современник», 1976
3. Лихачёв Д.С. Великий путь: Становление русской литературы Х1‒ ХУП веков. ‒ М., Современник, 1987
4. Слово о полку Игореве. Издательство «Книга». Москва, 1988
5. Есенин С.А. Собрание сочинений, т.1-5. Издательство «Художественная литература», Москва,1966
6. Каленикин Сергей. Мы ‒ как часть Высшей Реальности. Интервью с академиком Г.И.Шиповым. Журнал «Наука и религия», №8,1999
7. Каленикин Сергей. Крестная сила круга…Интервью с академиком Г.И.Шиповым. Журнал «Наука и религия», №1, 2000
 

12-я Московская научно-практическая конференция «Рубцовские чтения» и литературно-музыкальный вечер «Звезда Николая Рубцова»

12-я Московская научно-практическая конференция «Рубцовские чтения» состоялась 17 января 2017 года в библиотеке им. М.Ю.Лермонтова.  С сообщениями-докладами о творчестве Н.М. Рубцова, стихосложении и русско-славянской истории и литературе  выступили члены Союза писателей  В.Макеев, Е.Клюзов, А.Башилов, Л.Салтыкова (г. Рязань), Е.Митарчук, М.Иванов, Ю.Кириенко-Малюгин. Е. Пажитовым была представлена родословная семьи Рубцова. 
 
     Премиями «Престиж» руководителя сайта «Звезда полей» (Ю.Кириенко-Малюгин)  в номинации «литературоведение» отмечена член Союза писателей России Л.Салтыкова за литературоведческие исследования поэтики и  композитор Владислав Киреенков за ряд принципиальных статей о песенности поэзии Н.М.Рубцова в альманахах «Звезда полей», а также в номинации «песни на стихи Н.Рубцова» автор-исполнитель Евгений Фокин.
 
    Премия Гран-при «Звезда полей» по литературоведению  присуждена члену Союза писателей России и физику Обухову Александру Ивановичу, автору торсионной методики оценки уровня поэзии и книги «Слово о букве» и ряда  литературоведческих статей, опубликованный в альманахе «Звезда полей».
 

Литературно-музыкальная встреча «Звезда Николая Рубцова»

6 января 2017 г. в ЦСО «Покровское-Стрешнево» группой ЛМС «Родник»  Творческого центра имени Рубцова проведена литературно-музыкальная встреча «Звезда Николая Рубцова».  Были исполнены несколько песен на стихи Николая Рубцова и авторские песни Ю.Кириенко-Малюгина. В мероприятии участвовала вокалистка и поэт Вера Степанова.

Юрий Кириенко-Малюгин. Кто есть кто в Московском рубцовском движении?

    В газете «Русский вестник» №1, 2017 опубликованы статьи Анатолия Яковенко «За всё Добро расплатимся Добром» и студентки филологического факультета А.Барабановой «И поныне бездомный Рубцов».
 
    В который раз приходится опровергать практически дилетантские посылы авторов статей. А.Яковенко мог бы обратиться ко мне за информацией по проблеме пропаганды творчества Н.М.Рубцова в Москве (поскольку мы знакомы).
 
    Первый в Москве Рубцовский центр был создан в сентябре 2001 года в юношеской библиотеке № 199 Северо-Западного административного округа на основе просветительской деятельности  литмузстудии «Родник» и актива писателей и поэтов. В открытии экспозиции на базе цветных фотоматериалов, отснятых по рубцовским вологодским  достопримечательностям, участвовали от Вологодского московского землячества Полина Рожнова и представители управления культуры СЗАО. Был организован  по нескольким номинациям творческий конкурс «Звезда полей», который  продолжается и по сегодняшний день, насчитывает более 800 лауреатов. На основе материалов конкурсов выпускается с 2002 года ежегодный альманах «Звезда полей». В 2006 году создано НКО «Рубцовский творческий союз» (НКО РТС), который в 2007 и 2008 годах получил гранты на просветительскую работу. В дальнейшем  гранты для НКО РТС не предоставлялись. В 2008 году закрыта экспозиция в библиотеке № 199. С 2009 году учредители вели работу на собственные средства и частично на пожертвования, мероприятия вели по библиотекам г. Москвы, творческий конкурс продолжался. НКО РТС без личного предупреждения учредителей ликвидирован в 2015 году. В 2013 году в колледже № 20 был открыт читальный зал имени Н.М.Рубцова с экспозицией НКО РТС, включая созданную литературную карту-баннер «По дорогам Рубцова». В настоящее время работа ведётся активом Творческого центра имени Н.М.Рубцова при сайте www.rubcow.ru «Звезда полей». Николай Михайлович Рубцов и народное творчество», который был создан в марте 2006 года и который насчитывает более 800 тысяч посетителей и неслучайных, в том числе ежемесячно из 24-45 стран Ближнего и Дальнего Зарубежья.
 
     Второй рубцовский центр был организован в сентябре 2002 года в библиотеке Академии наук РФ и позднее был назван музеем Рубцова. Однако музей организуется в месте бывшего проживания Личности и на базе его личных вещей. К месту организации (в библиотеке № 95 Академии наук РФ) так называемый музей никакого отношения не имел и не имеет. Всякий музей должен быть лицензирован и поэтому он был юридически не обоснован. Вся работа, в основном, строилась на приглашении известных артистов и писателей.    
 
   Между тем в юбилейном 2016 году Творческий центр имени Н.М.Рубцова провёл очередную 11-ую Московскую научно-практическую конференцию в Центральном доме литераторов, на которой  как и на всех предыдущих кроме поэта Вал. Вас. Сорокина не присутствовали писатели, подписавшие обращение о восстановлении нелицензированного музея. К сожалению наблюдается непонимание таких простых юридических истин. В январе 2016 года действующий Творческий центр провёл юбилейный вечер-концерт памяти Рубцова в конференц-зале Ленинской публичной библиотеки. В январе текущего 2017 года в библиотеке им. М.Ю.Лермонтова проведена очередная 12-ая Московская научно-практическая конференция «Рубцовские чтения» и вечер-концерт памяти Н.М.Рубцова.  Конкурс «Звезда полей» по 5-и номинациям продолжается. Информация о всех планируемых и проведённых мероприятиях публикуется ежемесячно на сайте «Звезда полей», что при желании  можно найти в Интернете.
 
   К сожалению, А.Яковенко, как, вероятно, активист по сбору подписей под обращением в высокие организации,  не знает всей  этой информации и всё строится на эмоциях, а подписавшие обращение писатели введены в заблуждение и не знакомы с  общей ситуацией и работой первого Московского рубцовского Центра (Творческого центра имени Н.М.Рубцова). К тому же юбилейный год (2016) уже прошёл и надо было действовать год назад и ранее. Об официальной  системной (ежемесячной например) просветительской деятельности активистов бывшего музея, закрытого ещё в 2012 году, информации не имеется. 
 
    Между тем актив Творческого центра им. Рубцова ещё с конца 2015 года неоднократными письменными обращениями в адрес Министерства культуры и в мэрию г.Москвы просил и настаивал на выделении помещения для полно- масштабной экспозиции НКО «Рубцовский творческий союз». Последнее совещание состоялось 31 июля 2016 г. в Департаменте культуры г. Москвы, где были подтверждены наши предложения по выделению площади одной из библиотек СЗАО г. Москвы под экспозицию  и финансирования  просветительской деятельности Творческого центра. Ответной информации не имеется. 
 

Юрий Кириенко-Малюгин. Глава 9. «Звезда полей» - луч Света в русской поэзии.

«И счастлив я, пока на свете белом…»
(сентябрь 1966 года – июнь  1969 года)
 
      По Вологодчине, по Московии, по издательствам. «Звезда полей» – луч Света в русской поэзии 20-го века. Жилищная проблема решена. А семейно-бытовая? 
 
      Пока Николай Рубцов был на Алтае в журнале «Сельская молодежь», № 8, 1966 были опубликованы его стихи  «Приезд Тютчева»  и  «Жар-птица». Одно дело, когда твои стихи публикуют в областной печати, в «Вологодском комсомольце».), а другое – во  всесоюзном журнале. Рубцов продолжает в «Жар-птице» (как и раньше)  неторопливо размышлять о сельской жизни, об ушедших временах, о том, а что на горизонте. Как бытовая исповедь перед читателем, звучат признания поэта о непредсказуемых путях-дорогах. (курсив Ю.К.-М.)
 
А дальше за лесом – большая деревня,
Вороны на ёлках, старухи в домах,
Деревни, деревни вдали на холмах,
Меж ними село 
                         с колокольнею древней…
 
В деревне виднее природа и люди.
Конечно, за всех говорить не берусь!
Виднее над полем при звёздном салюте,
На чём поднималась великая Русь.
………………………………………..
Мотало меня и на сейнере в трюме,
И так, на пирушках, во дни торжества,
И долго на ветках дорожных раздумий,
Как плод, созревала моя голова.
 
Не  раз ко дворцу, где сиял карнавал,
Я ветреным франтом в машине катился,
Ну, словом, как Бог, я везде побывал
И всё же, и всё же домой воротился…  (курсив Ю.К.-М.)
 
195
     Далее следует вопрос прохожего и диалог со стариком-пастухом: 
 
– Так что же нам делать, узнать интересно…
– А ты,  – говорит,  – полюби и жалей,
И помни хотя бы родную окрестность,
Вот этот десяток холмов и полей…  (курсив Ю.К.-М.)
– Ну ладно! Я рыжиков вам принесу…
 
     Интересный поворот делает Рубцов в этом диалоге. Он не даёт прямого комментария к философии пастуха, благодарность за Совет по жизни проявляется дежурным «Ну ладно!» и обещанием принести подарок в виде рыжиков из леса.
    Опять, как в беседах с хозяйкой избы в «Русском огоньке», с кочегаром (вручившим матросу лопату, как награду), со старухой о хлебе (который сам себя несёт), с бригадиром в Сибири (о гибели радужного мира от чьей-то руки), проявляется высшая народная мудрость – народная философия случайных собеседников. Недаром русский литературный критик М.П.Лобанов в статье «Слово и дело»  писал: «Становится понятным, почему Л. Толстой так ценил Монтеня, когда читаешь в тех же «Опытах»: «Нравы и рассуждения крестьян я нахожу обычно более соответствующими наставлениям подлинной философии, чем нравы и рассуждения наших философов»  (курсив Ю.К.-М.).  
       О совместной поездке с поэтессой Н. Груздевой в Москву в конце лета 1966 г. пишет Н. Старичкова  (62):
      «Москва. Улица Добролюбова, 9/11. Общежитие института. Помню  сердитую   дежурную, которая  бросила  мой   паспорт   в ящик стола. Нина завела меня в комнату…
      Комната просторная, но неуютная. Стойкий табачный запах. Железные, похожие на арестантские кровати. Окно с мутными стёклами двойных рам на одну треть заполнена пачками из-под сигарет.
      Группа молодых людей о чём-то спорит между собой.
      «Куда я попала?».
      И тут как ветром распахивается дверь, не входит, а влетает Рубцов в расстёгнутом пальто и вскинутыми вверх руками. С возгласами бросаются  к нему студенты,  хватают  в  свои  объятия.
 
196
Рубцов смеётся и тоже с жестами, как обычно, читает стихи, объясняет, что за ним была погоня…
       Вскоре пришла Нина, но не одна, а с Сергеем Чухиным. Он поздоровался со мной. Мы знали друг друга по литературным семинарам. Это был юноша с добрым сердцем и открытой душой. Один из близких друзей Рубцова. Погиб Чухин тоже трагически в самом расцвете поэтического таланта. А тогда, тёмным осенним вечером, он был в Москве моим ангелом-хранителем».
       Как пишет Н. Старичкова, Рубцов в этот вечер пел под гитару «Прощальную песню». И сказал, что поедет в Ленинград.  
      Вспоминает Василий Макеев (58):
      «В 1966 году соплезвонистым хуторским казачком сразу после одиннадцатилетки, на удивление всей родне, я поступил в литературный институт. Познания мои в поэзии были чертополошны и беспорядочны: я довольно хорошо знал Блока и Есенина, взахлёб упивался только что открытыми Пастернаком и Цветаевой, в то же время бережно хранил вырванные из «Юности» подборки стихов Евтушенко с Вознесенским и с удовольствием читал расхожие книжки какого-нибудь Волгина или Гредева. Хотя внутри уже шелохнулось некое слабое подозрение в шарлатанстве тогдашних поэтических кумиров, но честно признаться в этом я не смел даже самому себе.
      По давней традиции первокурсники литинститута в начале учебного года проводят поэтический вечер, показывая преподавателям и старшим товарищам товар лицом. На вечере я продишканил   нечто    распевно-казачье с  густым самогонным духманом,…а потому неожиданно сорвал толику аплодисментов от скептических слушателей.  И тут бесшумно и властно меня взял под локоть кудрявый, грубовато-красивый парень (это был Саша Петров, поэт с Урала, его уже нет с нами), сказал торжественно: «Пойдём! Тебя зовёт Коля!»  – и потянул к выходу. Никакого Колю я не знал ни во сне, ни вживе, но почему-то понял – идти надо…  
     …Мужичок (Рубцов) ещё некоторое время почти с ненавистью вглядывался в меня, а потом вдруг заморгал часто-часто и почти закричал:  «У тебя нет России! Есенин пел про Русь уходящую, я пою про Русь ушедшую, а у тебя никакой нет!»…
      В тот же вечер я услышал стихи Рубцова, многие из которых он
исполнял   своим  особенным   речитативом   под  гитару. И пел,   и
 
197
просто читал он очень ясно и отчётливо, неуловимо подчёркивая музыку каждого слова, в такт помахивая от груди вверх маленькой крепкой рукой…
     Мой сосед по комнате снимал квартиру в городе, и Николай часто ночевал у меня на свободной койке, половые матрасы ему изрядно поднадоели, хотя в быту он вёл себя более чем непритязательно».        
      В конце сентября 1966 года из общежития Николай едет к брату в Невскую Дубровку под Ленинград и живёт там почти два месяца. Рубцов готовит уточнённую подборку стихотворений для своей книжки «Звезда полей». В письме в издательство «Советский писатель» предлагает заменить «Отправляясь в дорогу» и «Доволен я буквально всем!», включить  «Ветер всхлипывал, словно дитя». Посылает «Зимним вечерком», предлагает добавить  «Весна на берегу Бии», в вёрстку стихотворения «Звезда полей» вносит новое четверостишие (27). 
      Валентина Рубцова вспоминает о Николае: «Приедет – уедет. С братом поговорят. Про стихи говорят. А Николай тоже играл на гармошке, «классно» играл, хочется слушать, чтоб не мешать, настолько тонко музыку чувствовал. Уж не хочется ни подпеть, ничего, хочется просто слушать. На гармошке причём. Песню всё время пел: «Меж высоких хлебов затерялося небогатое наше село…». Альберт-то  пел  всё, частушки играл…Ну  уж   если    братья   сошлись – совершенно  трезвые, никакой выпивки – у них до утра всё стихи, стихи, стихи…» (39). 
       Николай Рубцов уезжает из Невской Дубровки и Ленинграда. А куда въезжать? Общежитие в Москве для него открыто только на период сдачи сессий. В чужых углах долго не проживёшь. Рубцов едет в Вологду.   
       В состоянии человека, плывущего по течению, увидел Рубцова в Вологде журналист Александр Рачков, сам – гармонист и тоже     бывший моряк. Ехал А. Рачков с журналистом Александром Анфимовым на редакционной машине для покупки подарка Гурию Ивановичу Прусакову, редактору  газеты «Сокольская правда». Интересны для понимания характера и музыкальности Рубцова эта случайная встреча за два дня до 7 ноября 1966 года в городе, уже празднично разукрашенном. Об ответе поэта на вопрос о том, куда же он  направляется, А. Рачков сообщает (27): 
 
198
     « – Иду-плыву навстречу людям. Хочу заразиться их здоровьем и жизнерадостностью,– без улыбки ответил Николай и пытливо сощурился на нас».
      И Рачков пригласил Рубцова  на новоселье Г. И. Прусакова. По предложению Рубцова в качестве подарка была куплена гитара и по ходу поездки Николай Рубцов настроил гитару. Вот что пишет А. Рачков о том, что запомнилось на новоселье у Прусакова (27):
      «..Рубцов не играл на гитаре в общепринятом понимании, не аккомпанировал даже – он пел свои стихи с гитарой дуэтом. Струны звенели, ревели, дребезжали, вздрагивали  и  затихали в
унисон движениям и голосу певца. Душа и пальцы работали в удивительном  согласии….Иногда казалось, что он никого вокруг себя не замечает, настолько отрешённый вдруг становился взгляд, устремлённый  в ему одному видимую даль».
      Об игре Рубцова на гармони А. Рачков сообщает (27): 
      «В этот миг, кроме нас, никого нет: он играет – я пляшу. Глаза в глаза. Потом Николай, как по команде, поворачивает голову влево (так некоторым гармонистам легче играть), и я увидел на шее вздувшуюся от напряжения вену. По душе, как кнутом, стегнуло: человек из всех сил выкладывается, а я дурацкой ревностью   мучаюсь. Подобрал  дробь  под  не   совсем  чёткий перебор и спел частушку. Чувствую, музыка легла ровно, и меня, как на плавной качели, без рывков и ускорений повела рубцовская мелодия дальше – от частушки к частушке». 
       А затем гармонь взял А. Рачков. Вот его воспоминания: «Никогда мне Рубцову играть плясовую не приходилось, но чувство подсказывало, что частые переборы тут не подойдут. Я заиграл «Барыню». И под плавный выход вывел Николая на середину пола. И не ошибся. Он больше  дирижировал   руками,   вскидывая   их   вверх,  чем перебирал ногами. А при каждом присоединении всхохатывал, словно окунался в холодную воду. Потом он остановился против меня, и, покачиваясь из стороны в сторону, спел частушку, услышанную от меня…».
      В ноябре-декабре 1966 года  Рубцов готовит курсовые работы для сдачи зимней сессии. Поэт занят работой с редакциями, корректировкой «сибирских» и других стихов. С января  1967 года Рубцов часто бывает в редакции  «Вологодского комсомольца», как пишет   Сергей Чухин,  который   перешёл  на    заочное   отделение
 
199
литинститута и начал работать в этой газете (27).  Ночует Рубцов, где придётся. Денег хватает только на прожиточный минимум. 
      Вспоминает Анатолий Чечетин (27):
     «Кто издавался, тот знает, как много хлопот и забот на пути печатания любого труда. И именно на одном из таких «зигзагов» Коля пришёл ко мне с просьбой найти ему машинистку для срочной перепечатки рукописи (это было, вероятно, в декабре 1966 года, прим. Ю.К.-М.).
      – Через два дня нужно сдать в издательство, иначе «выпадет» из плана,  – пояснил он. 
      Я понёс рукопись нашей студентке-заочнице, неподалёку работавшей в машбюро. Она согласилась напечатать быстро, зная полную неплатёжеспособность поэта и глубоко чтя и любя его стихи. Она буквально с благоговением перебирала каждую страничку, написанную его рукой.
      Утром в назначенный день Коля пришёл ко мне  на работу за рукописью. На лице его были печаль и озабоченность. Я указал глазами на аккуратно разложенные три экземпляра текста, лежащие на столе. Он тут же весь просиял, обрадовался. Застеснялся насчёт оплаты, но я сказал, что Зоя всё равно денег не возьмёт.. Он пообещал потом отблагодарить её…». Так вот помогали поэту во время сдать в издательство профессионально отпечатанную рукопись.
      Николай Рубцов ответственно подошёл к отбору стихотворений сборника «Звезда полей». Задержка в сроках издания позволила углубить содержательность и эмоциональность отдельных стихов,   в одной из строф  задать философский вопрос Читателю и себе:  
 
Я брожу… Я слышу пенье…
И в покуренной груди
Снова слышу я волненье:
Что же, что же впереди?
 
        По свидетельству Н. Шантаренкова в издательстве «Искусство»  в феврале 1967 года готовился  репертуарный сборник «Стихи, стихи…» 
      Н. Шантаренков подметил то обстоятельство, что оба сборника:  «Звезда полей»  и «Стихи, стихи…»  в   один  и  тот  же  день  были 
 
200
подписаны к печати – 9 февраля 1967 г.». Значит, Рубцов в январе-феврале 1967 года был в Москве для работы с редакциями.
     После сдачи рукописей  Рубцов опять возвращается в Вологду. Как вспоминает Н. Старичкова, 8 марта 1967 года в Вологде Нина Груздева пригласила её к себе. В гостях был Рубцов и Чухин.  Было чтение стихов. Груздева попросила Старичкову, чтобы  Николай Рубцов переночевал в её семье. Утром Рубцов был погружён в чтение письма (как следует из смысла дальнейшего текста, письмо 
было от Г. М. Меньшиковой (62).
       В начале апреля 1967 года Рубцов приезжает в Бабаево. По сообщению В. Лукошникова (63) поэт «в редакцию ворвался, как 
метеор, какой-то возбуждённый, радостный. Его как будто что-то распирало изнутри, готовое вот-вот вылиться наружу». В это время в Москве печатался тираж «Звезды полей», о чём знал поэт. Причём, в сборник вошли такие исповедальные стихи, как «Осенние этюды», «Душа хранит», «Журавли»», а также «сибирские» стихи «Старая дорога», «В горной долине», «Весна на берегу Бии», «В минуты музыки», «Прекрасно небо голубое…». 
      По воспоминаниям В. Лукошникова (63), Рубцов  работал в редакции в течение двух недель беспрерывно, иногда засыпая за столом. Очевидно, поэт брал стихи из памяти,  перерабатывал их на ходу перед сдачей на публикации, что было присуще стилю его работы. 8 апреля 1967 года в газете  «Ленинский путь», №43 было впервые опубликовано стихотворение «Шумит Катунь» (первый вариант).  22 апреля 1967 года газета публикует стихи  «Ворона», «Медведь», «Море», «Высокий дуб. Глубокая вода» (63).
      По воспоминаниям тележурналиста Леонида Беляева , 28 апреля 1967 года Рубцов в Череповце дарит ему «Звезду полей» (26). Вероятно, это был один из сигнальных экземпляров (прим. Ю.К.-М.). Два раза Рубцов был у Беляева в Белозерске. Беляев записывал поэта в Череповце на радиопередачи в альманах «Северяне», но редакторы не пропускали в эфир: «уж больно много у  него  церквей  и  крестов  в  стихах» (26,  стр. 132). В   Череповце  Рубцов передал  в газету  «Коммунист»  подборку стихотворений.  
Благодаря заместителю редактора В. В. Викулову гонорар поэту был выплачен досрочно. 21 мая 1967 года на «Странице выходного дня» в рубрике любителям поэзии газета опубликовала «Ночь на родине»,  «Звезда полей»,   «Утро»,   «Сапоги мои…»   и  «Шумит
 
201
Катунь» в первой редакции. Подборку готовила зав. отделом культуры  газеты   Р.  С. Минина (26). «Русский огонёк» и «Осен-ние этюды» были отклонены редакторами. Минина приводит вариант стихотворения «Русский огонёк» (26).   
    Светлая картина фактически села Никольского от центральной улицы к реке Толшма нарисована Рубцовым в стихотворении «Утро»:
 
Когда, смеясь на дворике глухом
Встречают солнце взрослые и дети,  – 
Воспрянув духом, выбегу на холм
И всё увижу в самом лучшем свете.
 
Деревья, избы, лошадь на мосту,
Цветущий луг – везде о них тоскую.
И, разлюбив всю эту красоту,
Я не создам, наверное, другую.
 
      Весной 1967 года  Николай Рубцов приезжает  в Сергиев Посад, 
Православную столицу России. Обсуждает стихи участников городского литературного объединения. Имеется фотография встречи  московских поэтов и Рубцова с местными литераторами.       
     Вспоминает Анатолий Чечетин (27):
    «И вот, когда пришли с экземплярами уже вышедшей книги ко мне домой и пока собирали на стол, он без просьбы и напоминания не забыл надписать Зое (машинистке – прим. Ю.К.-М.) и мне, сердечнейшие и памятные, на всю жизнь, автографы.
    Началось обычное экспромтное застолье…  Когда   наговорились 
и  устали друг друга слушать, включили радиолу. Через какое-то время Коля вдруг спросил:
       – У тебя есть «Дорога жизни»?
      – Моцарт? Пламенная симфония?
      – Да.
      – Есть.
      – Поставь, пожалуйста.
      – С удовольствием.   
      Я действительно ставил эту пластинку с удовольствием. И потому, что помнил, как слушал Моцарта Коля на улице Герцена…
 
202
     И вот, будто по мановению волшебной палочки, в квартире мощно зазвучал оркестр. Я слушал и время от времени наблюдал, как снова он весь ушёл туда, куда позвала – увела его поистине божественная музыка. Приятель Коли что-то пытался говорить, но он резким жестом прервал его и до самого конца дослушал творение Моцарта» (27). 
      Ещё одно свидетельство  Анатолия Чечетина:
      «А 8 мая 1967 г. я записал в дневнике следующее: «Два дня назад встретил Колю Рубцова. Он надписал мне свою книгу». «Толе, Анатолию Чечетину с вечной любовью. 6 мая 1967 г.  Н.Рубцов». 
     15 мая 1967 г. Николай Рубцов дарит руководителю семинара Н.Н.Сидоренко «Звезду полей» с надписью: «Николаю Николаевичу с редкой любовью и благодарностью от ученика».
      С мая 1967 года жизнь Николая Рубцова поплыла под знаком «Звезды полей».  Обратимся   к    свидетельствам современников Николая Рубцова.
     Вспоминает Анатолий Азовский  (69):
    «Беру с полки заветную книжицу…«Звезда полей». Дейст-вительно – звезда. И не только – полей! На титульном листе надпись: «Дорогому другу Толе Азовскому от Николая Рубцова». И дата – 2 июня 1967 года…
      На наших литературных четвергах за огромным круглым столом библиотеки свердловского Дома работников искусств спорили до хрипоты, а то и чуть ли не до кулаков дело доходило: каждый отстаивал свою точку зрения, каждый с пророческой убеждённостью указывал, как писать надо. Одни, их, конечно, большинство, – евтушенко-вознесенско-рождественского направ-ления жаркими сторонниками были, другие – винокуро-тарковскуюпоэзию  на щит поднимали, третьи пели в кулуарах что-то книжно-романтическое из Новеллы Матвеевой…
      А вот после публикации в «Октябре» (август 1964 года и октябрь 1965 года – прим. Ю.К.-М.) имя Николая Рубцова уже твёрдо вошло в наши горячечные споры. Тогда открыли мы и Вла-димира Соколова, и Бориса Примерова, и Анатолия Передреева, и многих других поэтов, на которых и внимания не обращали.
      Лично же с Николаем Рубцовым я познакомился года через два в буйных   стенах   общежития   литинститута.  Случилось  так,  что
 
203
сессии нашего второго курса заочного отделения и четвёртого, на котором учился Николай, проходили в одно и то же время…» (это было в конце мая - начале июня 1967 года,  – прим. Ю.К.-М.) . 
      Друг Рубцова, Александр Петров, пригласил А. Азовского на картошечку в мундире и  предложил земляку познакомиться с Рубцовым. На что Азовский ответил (69): «На готовенькое я не согласен. Ты пока доваривай картошку, а я мигом в магазин сбегаю. Знакомиться, так уж по-русски…». 
      При знакомстве с Рубцовым у А. Азовского в кармане пиджака оказалась «Звезда полей». Далее Азовский пишет (69):
      «А ну-ка дай,  – заметил Рубцов мой жест. В голосе его прозвучало резковатое нетерпение. Я с недоумением протянул ему «Звезду  полей»    и … просто   опешил.   Николай   резко,     одним
движением, вытряхнул книгу из суперобложки и довольно злобно  разорвал  последнюю   на    мелкие  кусочки.  Я  выхватил   у    него оголённую книгу и быстро засунул обратно в карман. Подумал, что и её та же участь ждала. В литинституте всё бывает!
     – Не бойся, не изорву,  – успокаивающе усмехнулся Рубцов, видя, с какой торопливостью я застёгиваю карман на пуговицу.  – Рисунок на обложке-то просто ужас. Вот я по мере сил и борюсь с ним.  – И Николай стал смеяться, да до того звонко, что не поддержать   его  было  просто   невозможно. А   рисунок-то,   и  действительно, был, как говорится, не блеск. Своим кубизмо-абстрактным нагромождением деталей он ну никак не выражал сути такой простой русской книжки…
      И можно бы сказать, что ужин проходил вполне задушевно, если бы я, увлекаясь иногда своей болтовнёй, не замечал на себе его   серьёзный  оценивающий  взгляд. Как   я    убедился  потом, болтунов,  особливо  «дюже учёных», он  терпеть  не мог. Помню при одном застолье, довольно обширном и вширь, и ввысь, у нас такой «научный» разговор о нашей родной литературе шёл, такие мудрёные словечки блистали в нём, что без толкового словаря не сразу всё поймёшь. (курсив Ю.К.-М.). Особенно один наглаженный товарищ старался. Уж так он своей эрудицией сыпал, что никому и слова сказать не давал. Да и где ещё он мог высказать свои умные мысли? Печатать его интеллектуальную поэзию почему-то не спешили, а выразиться, просветить кого-то (хоть нас, тёмных) ему очень хотелось. Не зря же он до литинститута ещё один вуз кончал!
 
204
Вот и распускал перед нами пёрышки всех цветов. А Николай, хмурясь, слушал, слушал (наверно, час молчал), да вдруг как выдаст какой-то монолог минут на пять, состоящий из одних философских терминов, да так выдал, что отглаженный товарищ аж привял у нас на глазах, совсем серым стал (курсив Ю.К.-М.).
      Летели годы… И был он совсем не таким (по крайней мере, для меня), каким представляют его сейчас во многих статьях-воспоминаниях: он-де и мрачный, и сложный был…Мне кажется, более простого человека в общежитии и не было тогда. Случалось, конечно, при нашей-то шумной жизни, и с ним иногда, ну да с кем не бывает… А вообще, с людьми малознакомыми он держался осторожно, а чаще всего замкнуто. Но уж если принимал кого засвоего, то у этого «своего» и мысли о какой-то «загадочной личности» возникнуть не могло». 
      Вспоминает Василий Макеев (58):
     «За ним (Рубцовым) стойко стояла слава первого поэта литинститута, а первому по штату полагается свита, поэтому в одиночестве Рубцов в Москве практически не бывал, никогда и стихов не писал. Родиной его стихов почти всегда были Вологда, райцентровские городки и старинные сёла около них. (курсив Ю.К.-М.) Мы в Москве, падкой испокон веков на всякую всесветную  сволочь, спорили  о новаторстве, верлибре, «евтушенковской» рифме, а тут из очередного побега на родину возвращался посвежевший, поопрятневший Николай и напевал нам по простоте душевной про эту тихую родину, про русский огонёк, доброго Филю, какое-нибудь Ферапонтово, «или про чью-то  горькую   чужбину, или  о чём-то русском вообще». И всё становилось на свои места. «Антимиры» и «Братская ГЭС» так и шли дружно по разряду эксперимента и «новаторства»,  а  «Добрый Филя» нечаянно становился классикой русской поэзии…(курсив Ю.К.-М.).
А носить маску этакого мужичка-хитрована из дремучего леса он умел, бродя по вечно слякотной Москве в рябых подшитых валенках или наигрывая на гармошке в богемном застолье незатейливые «страдания».По институту ходила восхищённая – знай наших! – история про знакомство Рубцова с Евтушенко. Побрёл-де наш Коля за гонораром в журнал «Юность», зашёл в отдел поэзии, сидит  себе  в уголке, покуривает. И тут  в комнату во
 
205
всём своём блеске, «рыжине и славе» врывается Евтушенко с журналом в руках и кричит: «Кто такой Рубцов? Познакомьте, я хочу обнять его!» А ему Дрофенко или Чухонцев и показывают – вон, мол, он покуривает. И подошёл журавлино Евтушенко к Коле, протянул торжественно руку, продекламировал: «Евгений Евтушенко!» Поглядел на него прищуристо Коля, поморгал мохнатыми ресничками, почесал в затылке и ответил: «Навроде что-то слыхал про такого…».         
      7 июня 1967 года Николай Рубцов подарил «Звезду полей» рано погибшему талантливому русскому драматургу, автору пьесы «Иркутская история»,  А. В. Вампилову: «По-настоящему доро-гому человеку на земле без слов о твоём творчестве, которое будет судить классическая критика». 
     В июне-июле 1967 года поэт дарит сборники Н. Силкину, Н. Груздевой, Н. Старичковой. 
      А находясь  в  Москве,  Николай Рубцов  опять  оказывается  в
затруднительном материальном положении. Имеется его записка к С. Н. Шмитько, лето 1967 года (19):
      «Серёжа!
      Завтра, часа в два-три я получу в издательстве деньги, но сегодня мне нехорошо перед товарищем: недостаёт у меня одного рубля.  Займи, пожалуйста, до завтра».
      Сборник «Звезда полей» принёс  автору широкую известность  и должен был материально обеспечить поэта  на длительный  период времени. С маститыми писателями, которые прекрасно знали друг друга, неизвестный пока ещё Рубцов стоял в очереди в кассу издательства «Советский писатель». Получив изрядную сумму, Рубцов встретился с В. Кожиновым и они отправились «отмечать» историческое событие в буфет ресторана ЦДЛ. 
      Как сообщает В. Кожинов, они сидели за столиком и спокойно беседовали. Однако, Рубцова узнал один из посетителей, кавказский поэт, и захотел присоединиться. Рубцов возразил, сославшись на важность разговора с Кожиновым. Но кавказский поэт напомнил Рубцову о том, что не раз угощал его. В ответ Рубцов достал из кармана пачку только что полученных в большом количестве купюр и бросил их в лицо назойливому «приятелю». Деньги рассыпались по полу вокруг стола. Опять возник инцидент. Темпераментного   кавказского  поэта   вернули  на  его  место. А
 
206
деньги остались на полу. Кто-то был бы рад немедленному уходу поэта из ЦДЛ. А Рубцов не мог бросить деньги, заработанные за годы тягот и лишений. И поднимать их надо было на глазах у любознательной публики. Кланяться деньгам Рубцов не стал. Он потихоньку сполз со стула под стол, собрал купюры  и вернулся на стул. Интересно, что на этот раз администрация ресторана не стала 
вызывать милицию. Или совесть заговорила, или информация о таланте Рубцова дошла до буфетов и кабинетов.
      Вспоминает поэт Николай Шишов:
     «С Николаем Рубцовым мне довелось познакомиться летом 1967 года на квартире вологодского поэта Бориса Чулкова.
      Однажды я без предупреждения зашёл к нему. Он сидел за столом в окружении книг, многие из которых были довольно объёмистыми и напоминали энциклопедические издания.
     – Видишь,  какие  книги   я  читаю? – сказал   Рубцов,  но   я    уже  заметил его недовольство. Он не любил, когда ему мешали работать, нервничал, становился резким. Я сам обругал себя мысленно и ушёл. А на другое утро при встрече сказал ему шутливо:  
    –  Видел, как ты работаешь…
         Он улыбнулся и ответил:
      – Моя работа начинается с утра. Я не могу подняться с кровати, пока не придумаю какую-нибудь хохму-шутку.
      Рубцов не раз говорил, что любит старинные песни. Как-то мы слушали у меня пластинки давних лет. Но вдруг поэт поставил на проигрыватель «Полонез Огинского» и о других пластинках забыл. Он прокрутил «Полонез» десятки раз, слушал его до самой ночи. Видимо, много созвучного своей душе нашёл он в этой музыке».
      15 июля 1967 года Николай Рубцов направляет заявление в Вологодский обком КПСС  с просьбой о предоставлении жилой площади в Вологде. Рубцов, в частности, пишет:
      «Поскольку я являюсь студентом Литературного института им. Горького (студент-заочник последнего курса), то бываю в Москве, но возможность проживать там имею только во время экзаменационных сессий, т.е. 1-2 месяца в год.
      Всё это значит, что у меня нет ни нормальных бытовых условий, ни нормальных условий для творческой работы…
      В заключение хочется сказать, что меня вполне бы устраивала и
 
207
радовала жизнь и работа в г. Вологде».
      Нужно сказать, что подобные заявления пишут в органы административной власти, то есть в исполком. Но неформальное решение давали партийные органы. Справедливости ради надо сказать, что уже это заявление Рубцова не осталось без внимания. 
      В своих «воспоминаниях» воспылавшая «дружбой» к «деревенскому» поэту Л. Дербина пишет, что она открыла для себя Рубцова, увидев в Воронеже в 1968 году книжку «Звезда полей». Явно лукавит «поэтесса».  Дело в том, что она работала всё время библиотекарем, в Воронеже участвовала в литературном объединении. Любая библиотека в те годы выписывала все литературные издания. И она не могла не читать ведущие журналы «Октябрь», «Юность», «Знамя», «Молодая гвардия», в которых в 60-е годы 20 века публиковались целые подборки стихов Николая Рубцова. Она сама выдавала читателям эти журналы в пользование. 
Тем более, что она сама писала стихи и  публиковалась, готовила сборник стихов. И уже в 1967 году Дербина вторично «вычислила» Рубцова по уровню мастерства. Вспомним, что ещё в апреле 1964 года  она вышла на контакт с неизвестным тогда по публикациям Рубцовым. 
      Как сообщила литератор, поэт, специалист лесного хозяйства  Татьяна Гогулина в период её учёбы в лесотехнической академии в Ленинграде  была  её  случайная  встреча  с  Н. Рубцовым и   Дербиной. (70) Факт встречи явно не понравился Дербиной. То есть уже летом 1967 года Дербина знала о выходе сборника Рубцова «Звезда полей». Тогда же летом 1967 года Т. Гогулина выполнила просьбу Николая Рубцова об участии в приобретении куклы и засвидетельствовала: «Вот эту куклу-блондинку с голубыми мигающими глазами в голубом сарафане я – Татьяна Васильевна Гогулина – выбирала вместе с Николаем Рубцовым летом 1967 года в магазине на 1-ом Муромском проспекте в Ленинграде для Татьяны Рубцовой – жене его сводного брата. Эта кукла мой подарок Рубцовскому центру Северо-Запада г. Москвы. 28 марта 2004 года» (71).
       Во время летних каникул в литинституте в 1967 году Сергей Чухин встретился с Николаем Рубцовым в Вологде.  Чухин пишет, что стоял конец июля.
     «Хочу поехать в Тотьму, к дочке, но, сам понимаешь…
 
208
Да, я знал о хроническом безденежье, которое буквально преследовало Рубцова, приковывало его к городу, к случайным гонорарам и случайным компаниям. (курсив Ю.К.-М.).
       – Поедем со мной в Новленское, – предложил я, – шестьдесят километров отсюда. Там у меня тётя и бабушка. Изба большая – зимняя и летняя. Они – в летней, а мы в зимней будем. Лес, речка, озеро – всё рядом!     
      –  Неудобно…Ты там свой, а я что?» (27). 
      Так вспоминает С. Чухин разговор с Рубцовым. И уговорил  его поехать в деревню. Друзья-поэты часто ходили на речку. На рыбалке Рубцову не везло. С. Чухин пишет: «…посидев час-полтора на реке, он  уходил домой   и слушал бесконечные бабушкины рассказы о былом, о её молодости, прежнем хозяйстве, она его расспрашивала – откуда родом,  где  семья,  сколько  лет  дочке, где  сам  служит…» . То есть Рубцов везде старался получить новые знания. А по  дороге в лес за грибами Николай сочинял на ходу экспромты, из которых Чухин запомнил такой:
 
Забыл приказы ректора,
На всё поставил крест.
Глаза, как два прожектора,
Обшаривают лес.  
 
      И далее С. Чухин сообщает (27):
      «Мы вошли во вкус деревенской жизни и от бабушки поехали в Погорелово, к моим родителям. Походы в лес и на реку продолжались, но всё чаще Рубцов оставался дома писать. Впрочем, писать – не то слово. Ему не требовались ручка и бумага. Он укладывался поверх одеяла, закинув ноги на спинку кровати, и так лежал, бывало, по нескольку часов (курсив Ю.К.-М.). Иногда он окликал меня и читал вслух особенно удачные, по его мнению строки, причём требовал оценить: «Ну как?» Я обычно отвечал уклончиво, мол, строка сама по себе звучит, но как она ляжет в контекст…»  (27).
      С. Чухин показывает Рубцову остатки барского парка, зарос-шийбузиною фундамент особняка, огромный, с тремя островами, пруд, вырытый крепостными в форме двуглавого орла, аллею столетних лип и сосен.  И поэт рисует  картины  «В старом парке»:
 
209                   
Здесь барин жил,
И, может быть, сейчас,
Как старый лев,
Дряхлея на чужбине,
Об этой сладкой,
Вспомнил он малине,
И долго слёзы
Катятся из глаз… 
 
      Да! Николай Рубцов уже на другом уровне. Поэт идёт по дороге, видит запущенный парк, подходит к старому особняку, раз-мышляет о судьбе хозяина, старается понять его переживания о Родине  и таинственная тревога охватывает читателя. 17 августа 1967 года  «Новый путь», Белозерск печатает «В старом парке».
      Почти месяц прожил Николай Рубцов в компании с Сергеем Чухиным на природе. Отдохнул и обогатился новыми впечатлениями в русской глубинке.  Рубцов  передаёт  новые стихи
 в «Вологодский комсомолец» и 3 сентября 1967 года газета публикует стихи-песни  «Зелёные цветы», «Купавы», «Синенький платочек» и «Отплытие». 
      Поэт не просто пишет картины проплывающей жизни, а сам,  как на публичной исповеди, обнажает свои сокровенные мысли и чувства, тревожит души русских братьев и сестёр. 
      В стихотворении «Купавы» Рубцов так расставляет обще-известные слова, что  задевает душу читателя даже без создания какого-либо оригинального образа:
 
И обступают бурную реку
Всё те ж цветы…но девушки другие,
И говорить не надо им, какие
Мы знали дни на этом берегу.
 
Бегут себе, играя и дразня,
Я им кричу: – Куда же вы? Куда вы?
Взгляните ж вы, какие здесь купавы! – 
Но разве кто послушает меня…
 
       Можно  представить  себе,  что  Рубцов  отражает   психологию
 
210
человека, который чувствует, что время  уходит. Но когда поэт просит беззаботных девушек посмотреть на окружающий мир, полюбоваться красотой купав, то он просит оглянуться на прошлое, на Историю, а значит – посмотреть  на своё Будущее. 
      В ностальгической песне «Синенький платочек» поэт (лирический герой) как на исповеди: 
 
Я вспоминаю, сердцем посветлев,
Какой я был взволнованный  и юный!
И пусть стихов серебряные струны
Продолжат свой тоскующий напев
 
О том, какие это были дни!
О том, какие это были ночи!
Издалека, как синенький платочек,
Всю жизнь со мной прощаются они…
 
      И, наконец, в песне-мечте «Зелёные цветы» поэт говорит об окружающем его и всех нас мире:
 
За нами шум и пыльные хвосты –  
Всё улеглось! Одно осталось ясно – 
Что мир устроен грозно и прекрасно,
Что легче там, где поле и цветы.
 
      В этих стихах-песнях (осень 1967 года) Николай Рубцов обращается к людям: « Проснитесь! Оглянитесь! Вспомните – кто  вы и от каких красот и чудес вы отъехали в поисках призрачного счастья и комфорта». Такие  стихи не  могли  не задеть  струны  русской  души.  На вологодской земле редакторы газет сразу признали образность, содержательность, глубину народной по сути поэзии Рубцова. Руководители среднего и высшего звена Вологодской области, сами выходцы из крестьянской и рабочей среды, хорошо понимали жизненные и бытовые проблемы народа.
     В августе 1967 года Николай Рубцов поехал в командировку в Липин Бор. В аэропорту встретил Старичкову,  которая приехала на отдых к родственникам. Вспоминает Василий Елесин, который работал тогда в этом посёлке редактором газеты «Волна» (72):
 
211
      «Памятна первая встреча с ним в этом далёком посёлке. Пришлась она на грибную августовскую пору. В одни из воскресных дней мы с женой, набродившись по роскошным липинборским лесам, возвращались домой с полными корзинками белых грибов. Идти бором было необычайно легко. Когда до посёлка оставалось километра два, вдали, меж вековых сосен, показалась фигурка человека.
      – До чего же похож на Рубцова!  – удивился я.
       – Не может быть, – возразила жена.  – Откуда Коле взяться здесь, за триста километров от Вологды, в незнакомом лесу!   
      И, тем не менее, это был он. Объяснилось всё просто.
     – Зашёл к тебе на квартиру, мать сказала, что ты в лесу. Попросил ведро и пошёл, куда глаза глядят. Здесь у вас прямо прелесть! А вон – белый гриб! А вон – ещё! 
       Рубцов радовался как ребёнок. А грибы позднее оказались в стихах». 
      Николай Рубцов часто бывал в редакции газеты «Волна». Очевидно, что при встрече друзей были беседы о местных легендах. И вот 21 сентября 1967 года «Волна» публикует стихо-творение «Гуляевская горка», в котором есть такие строфы:
 
Простых преданий добрые уста
Ещё о том гласят, что каждодневно
Гуляла здесь прекрасная царевна, – 
Она любила здешние места.
Да! Но и я вполне счастливый тип,
Когда о ней тоскую втихомолку
Или смотрю бессмысленно на ёлку
И вдруг в тени увижу белый гриб!
 
      Потрясает умение Рубцова на подсознательном уровне «увязать» белый гриб с прекрасной царевной. Разнообразные сведения, получаемые поэтом в ходе разговоров с друзьями и случайными попутчиками, перетекают в новые стихи. И складывается  впечатление, что Николай Рубцов непрерывно зачёрпывает из колодезя народных памяти и знаний родниковую воду легенд, местных  говоров-выражений  и образов. Поэт  перемещается  туда, куда гонит ветер судьбы. Вероятно, он считал,
 
212
что всё в руках Божьих и все его радости и невзгоды в этой бездом-ной жизни только будут давать ему бесчисленные впечатления, темы, образы и конкретные знания  для новых стихотворений.
     В селе Липин Бор Николай Рубцов  сообщил, что хочет написать поэму об Александре Невском. Однажды в саду Н. Старичкова нашла маленькую иконку, которую Рубцов забрал категорически со словами: «Это мне». В последний день жизни в селе на машине Михаила и Лиды Ферапонтовых (Лида – школьная  подруга Старичковой)  поехали в лес и набрали множество рыжиков и груздей. На самолёте с мешком грибов вернулись в Вологду (62).   
     В августе 1967 года Вологодский обком КПСС запланировал и организовал агитационную поездку вологодских писателей по Волго-Балтийскому каналу. 24 августа от причала судострои-тельного завода Череповца  отправился теплоход по маршруту Череповец-Вытегра.. . В поездке  участвовали А. Яшин, В. Белов, А. Романов,   В .Коротаев,  Б. Чулков,    Н. Рубцов,   Д. Голубков, Н. Кутов, Л .Беляев, С. Чухин и другие. Во время остановок в речных портах (городках и сёлах) в Кириллове, Белозерске, Липином бору, Вытегре и Оште писатели и поэты выступали на литературных вечерах в местных Домах культуры. 
        По свидетельству учителя городской школы В. Гостинщиковой,  писатели,  в  том  числе Н. Рубцов, выступали 25 августа 1967 г. на конференции преподавателей литературы в ДК г. Кириллова, давали автографы (31). Наблюдаемые во время поездки картины нарисованы поэтом в стихотворении «Последний пароход» о А.Я.Яшине:
 
Он, написавший столько мудрых книжек,  – 
Смотрел туда, где свет зари и грязь
Меж потонувших в зелени домишек…
 
      И снова Рубцов на подсознательном уровне направляет  взгляд читателя на Свет и Тень Бытия: «свет зари и грязь…». 
      На  короткой  кинозаписи  поездки  можно увидеть А. Яшина, Н. Рубцова, В. Белова, В. Коротаева и других. Рубцов оберегал от лишних контактов очень больного в то время Яшина, хотя тот старался не показывать виду. Однако не просто было обмануть такого   проницательного   человека,  как    Рубцов.  Под   Вытегрой
 
213
(дальняя точка поездки по каналу) Рубцов  даже отчитал Чухина, считая, что тот отнимает время у Яшина никчемными разговорами.
       Во время этой поездки, 27 августа 1967 года Рубцов подарил «Звезду полей» А. Я. Яшину  с надписью: «Александру Яковлевичу Яшину с вечной любовью и благодарностью».  
      4 сентября 1967 года в городском Доме культуры в Вологде состоялся литературный вечер. Виктор Коротаев прочитал стихи из цикла «Липовица». Василий Белов – отрывок  из новой повести «Плотницкие рассказы», Сергей Чухин – стихи «Шуршат сухие ивняки» и «Горлинка», Александр Романов – «Серьёзный разговор», Александр Яшин – стихи из книги «День творения». 
     Вспоминает А. Рачков (27):
    «Самой яркой и впечатляющей фигурой, безусловно, был Александр Яшин. Никто не знал и не мог даже предполагать, что это последнее выступление поэта на своей родине. Быть может, только он сам, терзаемый болезнью, тревожно вслушивался в себя и невольно подводил итог своей суровой жизни. Потому так чутко и внимательно он вглядывался в младших братьев по перу, и всего пристальнее следил за Рубцовым…
      В тот вечер Николай Рубцов был в коричневом в тёмную полоску костюме, с аккуратно отточенными (по-флотски) стрелками на брюках, голубой рубашке без галстука и простых чёрных ботинках с блеском на носках.
       Заметно было его волнение. И не потому, что перед ним переполненный зал …, а чувствовал на себе пристальный взгляд Александра Яшина, к которому питал особое отношение. Рубцов прочитал своё любимое «В минуты музыки». Вдохновенно, отбивая правой рукой в воздухе такт и чуть склонив голову набок, словно вслушивался в музыку своего стиха…
       В конце вечера лицо его просветлело. Не любитель давать автографы, в  ту  встречу  Рубцов  охотно  подписывал  «Звезду полей». Его радовала не столько церемония подписания, сколько сами люди, в руках которых он видел свою книжку.
       И вдруг к нему подошла девушка с первой его книжечкой «Лирика». Пальцы Рубцова нервно вздрогнули. Он внимательно посмотрел на девушку, а та смутилась и скороговоркой ответила: «А мне «Звезды полей» не досталось. Всё разобрали уже. И вот только теперь эта…».
 
214
      После встречи в городском Доме культуры состоялся ужин в малом зале  ресторана  «Вологда». В застолье  Николай Рубцов оказался рядом с Яшиным. В этой компании очутился и наш земляк, известный скульптор, академик Сергей Михайлович Орлов, автор памятника Юрию Долгорукому в Москве…
      И вдруг Александр Яшин повернулся к Николаю Рубцову и так проникновенно попросил:
      –  Коля, твой тост. Давай экспромтом что-нибудь! А? 
    Николай взглянул на Яшина, заметно вспыхнул лицом и тихо ответил:
–  Хорошо, Александр Яковлевич… Попробую…
     Волнение с лица постепенно спадало, и оно становилось уверенно-спокойным и даже властным, плотно сжатые губы, жёстко очерченные скулы, прищуренные глаза – всё выражало упорную мысль. Взгляды были устремлены на Рубцова. И он это не столько видел, сколько чувствовал. И вот словно прояснение озарило его лицо. Оно стало спокойным и сдержанно-ликующим.
     Пальцы, до этого нервно перебиравшие ножку бокала, замерли, цепко облегли нагретое стекло, и рука вынесла бокал на середину стола, вздрагивая под такт чтения:
 
За Вологду, землю родную,
Я снова стакан подниму!
И снова тебя поцелую,
И снова отправлюсь во тьму,
И вновь будет дождичек литься…
Пусть всё это длится и длится!
 
      Александр Яшин склонился к Рубцову и приложился к его щеке…»
      Некоторые исследователи скользят по поверхности заложенной мысли поэта и попадают в ловушку недостаточной глубины понимания явлений. Для земляков поэта первые две строки тоста – родные. Вторые две строки – радость жизни  на  земле  и прощание с ней: временное и безвременное. Третьи две строки – пожелание  вечности Бытия (без дождичка жизнь-земля засохнет).      
    О знаменательном эпизоде, который возник на этом вечере вспоминает   А. Рачков (27):
 
215
      «С каждым тостом разговор становился оживлённее и откровеннее. Не сошлись во мнениях о современном  искусстве скульптор Орлов и писатель Белов. Разногласие в любви к малой родине возникло у Яшина с Орловым. Александр Яковлевич вспылил, махнул рукой и, чтобы прекратить спор, в котором была
большая дистанция непонимания друг друга, вместе со стулом отодвинулся от Сергея Михайловича Орлова. Сын того, оскорблённый за отца, иронически спросил:
– Вы, может быть, ещё дальше двинитесь, Александр Яковлевич?  
       Яшин быстро повернул голову к Рубцову, чуть помедлил, потом оглядел всё застолье, сверкнул глазами, и под усами у него растеклась улыбка:    
       – С удовольствием бы, но дальше – некуда. Там Рубцов».
 В «Литературной России» от 22 сентября 1967 года  Передреев  в рецензии под названием «Мир, отражённый в душе» писал:
      «В сегодняшних сборниках стихов «шум времени» зачастую заглушает поэта. Причём, «осваивая время», поэт часто принимает техническое чудо за поэтическое. Воспевают, скажем, аэропорт, не понимая, что это сооружение – всего-навсего быт современного человека и если и имеет отношение к поэзии, то чисто декоративное.
       В книге, если только она производное души поэта, а не просто сгустки слуховой и зрительной информации, должна стоять тишина, подобная тишине глубокой чистой реки, в которой отражается окрестный мир…
      Такие стихи, как «Тихая моя родина», «Русский огонёк», «Я буду скакать по холмам…», «Над вечным покоем», «Зимовье на хут оре», «Видения на холме», проникнутые есенинским поклонением родине, исполненные  радости   и  боли  за  неё,  – 
достойное продолжение традиции русских поэтов прошлого, для которых тема родины всегда была главной!»
       Критики либерального направления обозвали народную поэзию  «тихая» лирика с целью принизить её звучание в обществе. Фактически эти «западники» двадцатого века продолжали идеологическую борьбу со «славянофилами», с представителями патриотического направления в советской и русской литературе. И в  этой  борьбе  отношение  к  поэзии  Рубцова   было   своего   рода
 
216
«лакмусовой» бумажкой для выявления позиции критиков к нашей
Родине, к обществу (курсив Ю.К.-М.), которое дало им образова-ние и неплохое материальное обеспечение по сравнению с трудо-вой опорой Родины – крестьянами, рабочими, инженерами.(31).  
    Рубцов не занимался освещением какой-то заданной темы. Он сочинял интуитивно и эмоционально. И, как известно, тема может совпадать у многих поэтов, а вот способы её решения (образность, ритмика, рифмы и, главное, духовное содержание) различны и зависят от уровня мастерства поэта, от его миропонимания.
     Анатолий  Передреев отмечает также в статье: 
    «Из «поэтических предков» Рубцова я называл Тютчева и Есенина. Среди современников он безусловно опирается на опыт Александра Яшина с его глубинностью, серьёзностью творчества, основанного на коренном языке. Кстати сказать, большой талант этого писателя помог вырасти целой вологодской семье русских писателей: Василию Белову, Сергею Викулову, Николаю Рубцову, Александру Романову, Виктору Коротаеву. Конечно, все они абсолютно разные, друг на друга не похожие, но всех их объединяет одна почва.
     Эта почва родины, природы, деревни – главный учитель Николая Рубцова.
 
В горнице моей светло.
Это от ночной звезды.
Матушка возьмёт ведро,
Молча принесёт воды.
 
     Сколько глубокой поэтической тишины, сколько поистине крестьянской естественности, несуетливости здесь, сколько ощущения жизни как бытия.
     Высокая и светлая звезда освещает большинство стихотворений этой книги, оправдывая превосходное, на мой взгляд, название её.
Жаль только, что её оформление на редкость безвкусно». 
     Отношение Рубцова к «художественному» оформлению обложки в престижном издательстве «Советский писатель известно. Поэт срывал иногда обложку. Художник или специально безвкусно разрисовал обложку или это был какой-то зацикленный абстракционист с коньячно-звёздным уклоном. 
 
217
      Ухватившись за термин «почва родины, природы, деревни», литераторы  урбанистического направления ёрничали в статьях о «деревенской» поэзии Рубцова, старались свести её до уровня местной вологодской тематики и обзывали «почвенниками» писателей русского патриотического движения. Всё это шло под флагом интернационализма, в русле политики космополитизма, охаивания русской самобытности и скрытого  преклонения перед иностранщиной.   
      «Звезда полей» проявилась как первый  луч Света народной философии в поэзии середины 20-го века. Стихи-песни Рубцова продолжили на новом уровне творчество А. Кольцова, С. Есенина,  а также советских русских поэтов А. Фатьянова и М. Исаковского.  
      Сборник  «Звезда полей» завершил второй  период творчества Рубцова. С весны 1967 года начался третий глубинный по духовному отображению жизни этап творчества поэта. 
      В житейском и творческом планах Рубцов в 1967 году (по свидетельству Н. Старичковой) общается с  Чухиным,  В. Беловым, С. Багровым, А. Романовым, Б. Чулковым. 
      Газета «Сокольская правда» в 1965 – 1967  годах представляла стихи Рубцова, а в номере от 17 октября 1967 года, ссылаясь на статью в центральной партийной газете «Правда» от 19 августа 1967 года, перепечатывает абзац: 
«…Наиболее приметное и самобытное явление – книга Николая Рубцова «Звезда полей», лучшие страницы которой захватывают чистым и проникновенным лиризмом и чем-то отвечающим есенинскому, но совершенно самостоятельным по своему характеру».
      В октябре Рубцов три дня жил у А. Рачкова. Поэт читал стихи, играл  на гармошке. Возникла  у друзей  дискуссия о песнях, о связи музыки и слова. И на вопрос А. Рачкова о конкретной песне, враги ли музыка и слово, Рубцов ответил (27): 
    «Нет. Они всегда союзники. Поэтическое слово и есть музыка. Так что из плохой песни время может выкидывать слова, а в хорошей оставлять до конца человеческих дней. Вот «Помню я ещё молодушкой была…» Песня-роман, песня-былина. Нас всех не будет и других ещё после нас, а песня будет звучать первозданной красотой. Гармония души!..». 
     Листая списки студентов-заочников 4-го курса (1966-1967 годы) 
 
218
архиве библиотеки литературного института, обратил внимание, что в графе «адрес» только у Николая Рубцова ничего не обозначено. А в списках студентов 5-го курса (1967-1968 годы) «адрес» у Рубцова: Алтайский край, Красногорский район, с. Красногорское, ул. Мира, 15-а, кв. 5. Может быть, Рубцов думал жить на Алтае? В это время у Н. М. Рубцова в возрасте 31 года нет постоянного местожительства и прописки в России и СССР. 
      Вспоминает А. Азовский (69):     
     «Видел я Николая и в порыве творческой радости. Заскакивает он   как-то   в  комнату (только   что   с  вокзала  приехал, билет в родную Вологду в предварительной кассе купил), а сам – аж сияет весь.  – Слушай, я экспромт сочинил, пока в троллейбусе ехал, – закричал он ещё с порога:
 
Я уплыву на пароходе,
Потом поеду на подводе…
 
     Не можем мы, пишущие, чутко-осторожными друг к другу быть. Если что  не по тебе, надо  сразу же правду-матку высказать. Да погорячее, чтобы «дошло». Вот и я тогда. Ещё не утихло радостное, стосковавшееся «И буду жить в своём народе!», а я уже с замечанием:
     – Что это у тебя за строка – «Потом ещё на чём-то вроде»? для рифмы, что ли?        
      Радостное возбуждение у Николая сразу на убыль пошло. Смотрит на меня своими сплошно-чёрными, чё, мол, тут непонятного? А потом, подумав, тихо так говорит:
    – Да как ты не поймёшь? Я ведь не знаю с е й ч а с, что там за оказия мне подвернётся.
     Помню и Николая беззащитно-грустным. Как-то после окончания сессии собирался я домой, в Свердловск. Николай почему-то не торопился в свою Вологду, хотя сессия у него тоже кончилась. Сидим вдвоём (все поразъехались уже), не спеша «посошок» потягиваем. Грустно было. Под настроение я и пожаловался Николаю, что дома у меня не всё ладно – жена болеет, квартиры своей нет. Николай сочувственно помалкивал. Потом вздохнул тяжело и говорит:
     – Ничего. Обойдётся.   У  тебя хоть какой-то, да всё же тыл есть.
 
219
Ждут тебя. А у меня и того нет – как говорится ни дома, ни лома. Ехать бы вот надо, а к кому, кто ждёт? По друзьям всё мотаюсь. Надоел поди, всем до чёртиков…»  
      28 октября 1967 года  на «Литературной странице» черепо-вецкой газеты «Коммунист» представлены два стихотворения Рубцова: «Она совсем ещё ребёнок» (основной вариант стихо-творения «Зачем?» без последней строфы) и «Гуляевская горка».   
     В октябре 1967 года по ходатайству А. Яшина секретарь обкома В. И. Другов выделил поэту место в филиале  общежитиясовпарт-школы на Октябрьской улице, 19. Хотя и появилась  своя крыша над головой,  не мог  Рубцов держать свой архив в «проходном дворе», в квартире-номере. Автор обращает внимание на то, что место было предоставлено обкомом поэту Рубцову, который не был членом КПСС!
      Вспоминает Василий Оботуров (31):
     «Радушие и уют, которым делились с Николаем Рубцовым многие, помогали ему не только пережить бездомность, но и продуктивно работать все эти годы. У него появились в Вологде друзья, своим человеком он чувствовал себя и в редакции молодёжной газеты.
     В редакции Рубцов появлялся то в сером костюме, тёмной рубашке  со   светло-серым  галстуком   сплошными  крохотными ромбиками, то, несколько позже, в новом коричневом костюме в тонкую  серую полоску  и  белой рубашке  с  зелёным  галстуком. Ботинки и пальто поношенные, но аккуратно вычищенные, и пресловутый длинный шарфик не висел, как попало, а снимался вместе с пальто, когда он усаживался с ребятами играть в шахматы…
Обращала на себя внимание смугловатая бледность его узкого лица с большим лбом…Мне довелось не раз видеть его возмущенным, и не помню, чтобы он был не прав.
Хамского пренебрежения Николай действительно не терпел. Чем он вызывал раздражение людей определённого сорта, трудно сказать, то ли какой-то особой внутренней сосредоточенностью, то ли цепкостью быстрого взгляда, который был «не как у всех»…А между тем выглядел он скорее незаметно, чем вызывающе (курсив Ю.К.-М.).
      Навязчивости  в  Рубцове  не было никакой, пьяным за три года
 
220
мне   не  довелось   его   видеть   ни  разу,   и   потому   многое   в россказнях о нём представляется досужим вымыслом. Да, чуть выпивши, он появлялся не раз…
     Ни разу не случалось, чтобы  он упрашивал печатать то  или иное стихотворение, настаивал. Свои оценки он высказывал прямо и откровенно, если не сказать резко и зачастую не считал нужным их как-то аргументировать. И сам соответственно прямоту принимал спокойно. Но фальши терпеть не мог, ложь угадывал сразу, как и неискренность – и сразу утрачивал интерес к собеседнику, равнодушно и откровенно замолкал, отходил в сторону, не умея и не желая вести игру в «приличия» (курсив Ю.К.-М.). Может быть, поэтому он и не вписывался ни в какую «систему», всегда оставался самим собой».
      В. Зинченко в статье о Николае Рубцове отмечает (73):
     «Однако, литературная судьба Николая Рубцова складывалась успешнее его обыденной, житейской судьбы. Егор Исаев буквально  за руку  отвёл  поэта  в  редакцию  журнала  «Молодая гвардия», где с ним сразу заключили договор и через три месяца опубликовали подборку стихов; тогда же отвёл его в «Правду» к Кошечкину – в «Правде» через три дня напечатали два стихотворения Рубцова…».
      В  начале декабря 1967 года  поэт в связи с подготовкой публикаций находился в Москве. Возвращается в Вологду. Отмечает где-то на радостях свой успех. И 7 декабря 1967 года Рубцова забирают в вытрезвитель. Логично, что приходит информация в адрес областной писательской организации, вологодских горкома и обкома КПСС.
      А 8 декабря 1967 года центральная газета страны «Правда» публикует стихотворения «Шумит Катунь» и «Детство», что нежданно-негаданно изменяет ситуацию. Такая публикация  всегда работает не только  на повышение авторитета поэта. Вот фрагмент эпической алтайской картины, которую Рубцов больше года создавал, прежде чем представил широкому читателю:
 
…Как я подолгу слушал этот шум,
Когда во мгле горел закатный пламень!
Лицом к реке садился я на камень
И всё глядел, задумчив и угрюм,
 
221
Как мимо башен, идолов, гробниц
Катунь неслась широкою лавиной,
И кто-то древней клинописью птиц
Записывал напев её былинный…
 
       Как сказал какой-то «мудрец»: «Стихи писать легко. Надо только правильно расставить всем известные слова». Правда, надо ещё чистую душу и знания вложить в текст.    
       Удивительно почти полное временное совпадение двух событий в Вологде и Москве. И неясно руководителям: то ли награждать Рубцова, то ли наказывать. 
       В начале декабря  1967  года   поэту  предоставили место в однокомнатной квартире с двумя соседями (комсомольскими работниками) на ул. Ветошкина. Условия жизни и творчества также не совсем подходящие. Но есть крыша над головой.
       11 декабря 1967 года Рубцов получил телеграмму из Николы: «Будем в Вологде 12 Челюскинцев 41 кв 2 Гета Леночка». Очевидно, Рубцов встречался с дочерью и Гетой, которые приезжали в Вологду к родственникам или знакомым.
      В декабре 1967 года Рубцов пишет письмо на имя секретаря  Вологодского обкома партии В. И. Другова, в котором сообщает:
      «При Вашем благожелательном участии…я получил место в общежитии. Искренне и глубоко благодарен вам, Василий Иванович, за эту помощь, т.к. с тех пор я живу в более-менее нормальных бытовых условиях.
    Хочу только сообщать следующее:
Нас в комнате проживают трое.
Мои товарищи по месту жительства – люди другого дела.
В комнате, безусловно, бывают родственники и гости.  
     Есть ещё много такого рода пунктов, вследствие которых я до сего времени не имею нормальных условий для работы. Возраст уже не тот, когда можно бродить по морозным улицам и на ходу слагать поэмы и романы. Вследствие тех же «пунктов» я живу отдельно от жены, впрочем, не только вследствие этого: она сама не имеет собственного жилья. (курсив Ю.К.-М.). Среди мало-знакомых людей я привык называть себя «одиноким». Главное, не знаю, когда это кончится» (19).
      Николай Рубцов в  письме называет  Гету,  мать  своей   дочери,
 
222
женой, хотя формально они не были зарегистрированы. Письмо не закончено и, видимо, не отправлено, потому что в таком стиле просьбу о жилье в адрес секретаря обкома не пишут. Но содержание письма говорит о настроениях Рубцова. Вероятно, на основе этого письма поэт написал другое.
      Во всяком случае, в январе 1968 года поэту дали, наконец, отдельную продолговатую комнату (которую в народе метко окрестили «пенал», – прим. Ю.К.-М.). В этой  квартире жила семья партийного работника  (ул. Набережная  VI армии, 209, кв. 43). На руководство Вологодской области подействовал факт публикации стихов Рубцова в «Правде», которая крайне редко печатала поэтов. Теперь у Рубцова появилась постоянная прописка в Вологде.    
     Ходит одна из легенд, связанная с проживанием Николая Рубцова в этой комнате.  Поэт лежит  на раскладушке, уставившись взглядом в потолок. На столе начатая бутылка вина. Вошёл сосед, партийный работник областного масштаба, в новом костюме, в белой рубашке  и при импортном галстуке  и приглашает в свою комнату на новоселье. Рубцов говорит соседу: «Удались, ты мне мешаешь». Сосед опять приглашает. Рубцов снова: «Выйди  вон! Ты мне мешаешь  думать». Сосед: «О чём вы думаете?». Рубцов отвечает: «Я думаю о том, как соединить учения  Ленина и Христа.
А  ты мне мешаешь». Совсем не понравилось поэту, что сосед лез к нему в душу. Партработник письменно жалуется в обком партии. Приглашают на «ковёр» секретаря Вологодской писательской организации А. Романова. Хмурый  после партийного  разноса А. Романов вызывает к себе поэта. Для прояснения обстоятельств дела  посылают за вином.  По ходу «творческой» беседы  Рубцову объясняют, где, о чём и  с кем можно говорить, а  инцидент таким методом  «залакирован». 
      Но возникла ситуация психологической несовместимости личностей в квартире. На совместной кухне у Рубцова ничего нет. Домашнее хозяйство вести без женской руки практически невозможно. У соседа,  А. В. Сидоренкова есть и маленькие дети. В подселении Рубцов опять не получил полной свободы. Старичкова пишет (62): «Единственное «окно в мир» – окно с видом на реку. Единственный стул, раскладушка без матраца, подушки… Главное же в комнате – чемодан, где сложены его нехитрые пожитки – книги, рукописи, переписка…». 
 
223
       Вспоминает журналист Александр Анисенков (74):
      «Однажды я приехал в Вологду, не предупредив Рубцова – обычно я сообщал ему через своих друзей из областной газеты «Красный Север». По старой дружбе зашёл вечером на «огонёк» послушать новые стихи. Был поздний час. Мы сидели за скромно уставленным столом в тесной комнатёнке, напоминавшей чем-то школьный пенал.
     – К «излишествам» нам не привыкать, – пошутил Рубцов, – поужинаем, чем бог послал.  – Перейдя на серьёзный тон, добавил:  – Недостаток мяса меня не огорчает. Тревожит дефицит добра. Дефицит добрых человеческих отношений. Не могу объяснить сегодняшнюю недоброжелательность. Исстари на Руси взаимоотношения отличались чуткостью. Последним делились…
      Вот наша учительница в Николе Нина Ильинична заботилась о нас, как родная. Помню, чернил не было. Бумаги не было тоже. Нина Ильинична учила нас изготавливать чернила из сажи. А тетради для нас делала из своих книг. И мы с великим прилежанием выводили буквы по этим пожелтевшим страницам на уроках чистописания… И никто из нас знать не знал, что в жизни у неё  случилось большое горе: погиб на фронте муж…». 
      Из «пенальной» комнаты  Николай  Рубцов рисует «Вологодский пейзаж»! И бытовые неурядицы не мешают поэту превращать обычный пейзаж в таинственную картину, смысл которой хочется и надо разгадать:     
 
Живу вблизи пустого храма,
На крутизне береговой
И городская панорама
Открыта вся передо мной.
Пейзаж, меняющий обличье,
Мне виден весь со стороны
Во всём таинственном величье
Своей глубокой старины.
 
      В результате поездки по Волго-Балту Сергею Чухину понравилось село Липин Бор, куда он осенью 1967 года переехал работать в качестве корреспондента-организатора местного радиовещания. Чухин приглашал   вологодских  друзей  и   Рубцова
 
224
приехать полюбоваться местной природой.  В районной газете «Волна» продолжал работать  редактором  Василий Елесин. В  конце   января   1968  года   Рубцову   дали    короткую команди-
ровку и  он прилетел в Липин Бор. Одну ночь Рубцов прожил в местной гостинице, где ему не понравилось. А на следующий день поэт подселился  в редакцию. Вспоминает Сергей Чухин (27):
      «Вечерами в редакции В. Д. Елесин и секретарь В. Фофанов подолгу задерживались, подписывая номер в печать. Подкидывали в печь поленья, играли в шахматы. Игроком Рубцов был серьёзным, но азартным в проигрыше и выигрыше». 
      Характерен для Рубцова факт подготовки рукописи новой кни-ги стихов. Дело в том, что Рубцов заявил, что он потерял рукопись, попросил выделить ему машинистку для перепечатки её. И когда В. Елесин удивился тому, как же можно перепечатать рукопись при её отсутствии, Рубцов сказал, что продиктует стихи. У поэта была феноменальная память и в голове шла  непрерывная  работа  над  совершенствованием текстов. То, что большинство поэтов выискивало за столом перед окончательным выпуском в свет, Рубцов «делал» в голове. И он надиктовал машинистке рукопись будущей книги «Душа хранит» для Северо-Западного издательства. В сборник вошли, в основном, стихи-песни, созданные в 1967 году.
      В программном стихотворении «Привет, Россия – родина моя!..» Николай  Рубцов на все времена сказал:
 
За все хоромы я не отдаю
Свой низкий дом с крапивой под оконцем…
Как миротворно в горницу мою
По вечерам закатывалось солнце!
 
       Вот это и есть в поэтической форме фрагмент русской народной философии, которую до сих пор не могут понять всё новые и новые  долларопоклонники-ньюматериалисты. Родина – это дом с крапивой под оконцем для основной массы народа, а не коттедж-мечта с искусственной заморской травой.
       Тогда же, в январе 1968 года Рубцов написал стихотворение «Сосен шум». Василий  Елесин вспоминает (27):
      «Доброй памятью о последней встрече с Николаем Михайловичем  в  Липином Бору стало  его  стихотворение  «Сосен
 
225
шум», давшее позднее название сборнику. Помню, как все мы радовались в редакции, услышав это стихотворение от самого Рубцова. Радовали чеканные, удивительно точные строчки о давно всем примелькавшемся, но увиденном заново…
    «Соседний барак» – не что иное, как липинборская пекарня, стоявшая неподалёку от редакции, в ней работали ночью, и свет в её окнах не гас до самого утра…» 
 
Какое русское селенье!
Я долго слушал сосен шум,
И вот явилось просветленье
Моих простых вечерних дум.
                    ……………………………….  
                   Пусть завтра будет путь морозен,
                   Пусть буду, может быть, угрюм,
Я не просплю сказанье сосен,
                   Старинных сосен долгий шум…   
 
      Увидеть за окном философское – дано было именно Рубцову. 
      В феврале-марте 1968 года,  когда Рубцов уезжал по своим делам из Вологды, к нему на квартиру заходила Н. Старичкова. Как она отмечает, на  кухне  места  для стола  Рубцова  не  было. Кухня фактически принадлежала другой семье. Вспоминает Н. Старичкова (62):
      «А. В. Сидоренков, умный, рассудительный мужчина, не мог понять образ жизни поэта. Он принял Рубцова (как мне показалось) за опустившегося пьяницу. Пытаюсь объяснить, что Рубцов – это действительно поэт, а не самозванец, что это человек очень сложной натуры. Мой монолог, по-видимому, понемногу убедил хозяина квартиры иначе смотреть на шумного жильца, потому что он не стал больше его критиковать».  
      О встрече в Тотьме вспоминает Маргарита Игошева (75):
     «Мы общались с Николаем Михайловичем Рубцовым как родственники. Рубцов был муж моей тёти Генриетты Михайловны.
      В то время у нас готовился школьный вечер поэзии. Я выбрала стихотворение  Пушкина о декабристах… Он мне говорил: «Ну, как ты читаешь! Поэт душу туда вложил. Читай снова с душой». Когда он читал, у меня мурашки по телу…
 
226
      Однажды играл много грустных песен на гармошке и плакал. Рубцов так пел и играл, что, гляди, меха разорвёт. Он отдавал стихи в редакцию, а там стихи сокращали и ему не платили. А надо было выехать в Николу или в Вологду. Николай Рубцов говорил: 
« Они меня ещё попомнят! Потому  что поэтов в России только 
Пушкин, Есенин и я».  В те времена доехать до Тотьмы можно было только на пароходе…
      А зимой доехать до Николы очень сложно. Можно было выехать из села и въехать только на санях и лошадях».
      С осени 1967 года появляются положительные отзывы о сборнике «Звезда полей» и творчестве Рубцова. У поэта две книжки стихов, множество публикаций в журналах и газетах. 19 апреля 1968 года Николай Рубцов был принят в Союз писателей СССР. Рекомендации  дали  известные Ф. Ф. Кузнецов, А. Романов, В. И. Белов, Вик. Коротаев.
    В Вологде Рубцов участвует в различных литературных мероприятиях. В ГАВО (Государственный архив Вологодской области) имеется почётная грамота, которая вручена Рубцову Николаю Михайловичу «За активное участие в общественной работе в ИТУ (исправительно-трудовых учреждениях)». Приказ № 187 от 18.04.1968 г., г.Вологда. Подписана зам. начальника УООП Вологодского облисполкома полковником И.Зайцевым.
     С отдельной комнатой Рубцов строил семейные планы. Он думал перевезти в Вологду Генриетту и дочь Лену. Тем более старая изба в Николе развалилась и женщины перебрались жить в сельсовет. Летом 1968 года Рубцов приезжал в Николу, участвовал в сенокосах и обсуждал планы на жизнь. Как вспоминала Генриетта Михайловна: «Рубцов звал нас переехать в Вологду, но жилья у него не было, жил в общежитии» (54).
       Сложность ситуации состояла в том, что в комнату к Рубцову должны были бы переехать не только Гета с дочерью, но и его неформальная тёща. Нужно было  зарегистрировать брак. Рубцов мог бы прописать только дочь и жену и при условии, что размер жилья на каждого члена семьи должен был составить не менее 5 кв. метров. Прописка тёщи не удалась бы. Возникала ситуация раздельного проживания тёщи с дочерью и внучкой.
       Бытовая ситуация вокруг Рубцова, как члена Союза писателей СССР, наверняка, была  в  поле  зрения   руководства  области.   Во
 
227
всяком случае,  летом 1968 года, во время сенокоса, секретарь вологодского обкома КПСС В. И. Другов специально заезжал в Никольское для встречи с Рубцовым и имел с ним беседу. Но  обстоятельства  с отдельной квартирой быстро не складывались. 
      Летом 1968 года Рубцов глубоко переживал смерть А. Я. Яшина, земляка и старшего товарища, который не раз выручал его в сложных жизненных ситуациях. «Красный север» опубликовал стихотворение поэта «Последний пароход», посвящённое Яшину.
      Рубцов продолжает рисовать с натуры. В стихотворении «По дороге к морю» (опубликовано 9 августа 1968 года) поэт радуется разнообразию пейзажей «вдоль дороги», «мимолётным поцелуям
прохладных листьев сентября». 
      В  Вологду из Ивановской области на период летних каникул в 1968 году приезжает залётный любитель поэзии учитель физкультуры Ю. П. Рыболовов. По свидетельству Н. Стариковой он быстро заводит знакомства с местными поэтессами  и поэтами,  в том числе с Николаем Рубцовым.  Участвует в бытовых мероприятиях поэтов. И ночует по всей Вологде (62).
        О дочери  Лене    Николай  Рубцов   вспоминает  в  беседе   с Н. Старичковой (62):
        «А один раз я был наверху (это он имел в виду кладовочку на чердаке, где обычно писал стихи). Смотрю: она ползёт, ползёт по лестнице ко мне, а в руках моя рубвшка. Спрашиваю: «Лена, зачем ты мою рубашку несёшь?» А она мне отвечает: «Чистая». Вот она у меня какая!»  
      31 августа 1968 года «Вологодский комсомолец» опубликовал  стихотворение «Тот город зелёный», в котором поэт переживает разлуку с любимой дочерью:
 
Сорву я цветок матиоллы – 
И вдруг заволнуюсь всерьёз:
И юность, и плач радиолы
Я вспомню, и полные слёз
Глаза моей девочки нежной 
Во мгле, когда гаснут огни…
Как я целовал их поспешно.
Как после страдал безутешно!
Как верил я в лучшие дни!  
 
228
      18 сентября 1968 года в череповецком «Коммунисте» печатается «Литературная страница», где представлены  стихи Рубцова «Старый конь» и «Фальшивая колода».
     Поэт непрерывно путешествует по Вологодской области  и Северу  России. Рубцов брал в городской библиотеке редкое в то время издание Карамзина «История государства Российского». В гостях у поэтессы  Нины Груздевой Рубцов спрашивает мнение кумыкской поэтессы Ш. Алишевой о русских.  И  вот  что  пишет Н. Старичкова, присутствовавшая на этой встрече (62): 
       «Алишева с гордостью говорит о своих собратьях. 
       – А русские не такие, простоваты очень.   
       Я запомнила эту фразу, потому что сразу подумала: «Что это она нас за иванушек-дурачков принимает?» Что тут началось!     …Прекрасный знаток истории (история была его любимым предметом в школе), он (Рубцов), как отличник на экзамене, без запинки, образно рассказывал о Дмитрии Донском. Он вёл себя так, словно сам был участником Куликовской битвы. Вот он уже на Ледовом побоище и словно лично знал  Александра Невского…  Он сражался не за себя оскорблённого. Он защищал Россию…»         
       К сожалению, даже вот такие представители народностей нашей страны почему-то видят в покладистости русских, в их доверчивости, в вере в Добро какую-то ущербность.
      17 ноября 1968 года газета «Вологодский комсомолец» публикует стихотворение «О Московском Кремле», где Николай Рубцов видит исторически Кремль так, как никто до него:
 
Да! Он земной! От пушек и ножа
Здесь кровь лилась…Он грозной был твердыней!
Пред ним склонялись мысли и душа,
Как перед славной воинской святыней.
Но как – взгляните – чуден этот вид!
Остановитесь тихо в день воскресный – 
Ну не мираж ли сказочно-небесный –  
Возник пред вами, реет и горит?
 
      В этих стихах как будто речь идёт о наших днях. Многое понимал и  видел  Рубцов из  шестидесятых годов 20-го века.
       21 октября  1968  года     издательство    «Советский   писатель»
 
229
заключает с Рубцовым договор на сборник «Сосен шум» со сроком сдачи рукописи до 15 декабря 1968 года.
    Рубцов систематически бывает в общежитии литературного института, встречается с поэтом А. Передреевым, участвует в диспутах о русской поэзии. Как свидетельствует поэт и литератор Лада В.Одинцова, студентка литинститута с 1967 года, поэзию Николая Рубцова она поняла не сразу. Ей, уроженке Украины и знатоку украинского быта и литературы, были просто непонятны  русские сельские символы, которые она окрестила как черно-белую графику. И постепенно образность и содержательность поэзии Рубцова захватили её сознание. Лада Одинцова призналась: «Рубцов учил меня быть русской». ( 76  см. приложение № 15??)
      Вспоминает В. Макеев о беседах с Рубцовым (58):
     «Однажды он перепечатывал в моей комнате рукопись новой своей книги «Сосен шум», и мне в течение десятка дней посчастливилось видеть его милым, трезвым и благообразным. Мы вдоволь насудачились о поэзии. Я, видимо, нравился ему своей откровенной молодостью, влюблённостью в Есенина и в него, тогдашней готовностью день и ночь читать и слушать стихи, и он не притворялся…
      В действительности Рубцов блестяще знал всю русскую и многое из западной поэзии, например, наизусть читал Вийона. Малоформатный   сборник   Тютчева   всегда   носил    в  кармане пиджака, на какие-то простецко-щемящие мотивы напевал его стихи со слезами на глазах. Кроме Пушкина, вровень с Тютчевым не ставил никого,  даже любимого Есенина, справедливо считая, что на уровне Есенина можно всё-таки написать несколько стихотворений, а Тютчев недосягаем вовеки. От Есенина, наверное, перенял страстную любовь к Гоголю, по памяти читал его большими кусками и почитал за гениального поэта.
      Из современных поэтов, по правде говоря, очень высоко никого не ставил, не захлёбывался от восторга. Я видел его почтительным с Николаем Тряпкиным, сам по его просьбе знакомил с Фёдором Суховым, он уважал их творчество, но не более…
      Цену он себе знал, вернее, угадывал. Перепечатав очередное стихотворение, отрывался от машинки и, поблескивая маленькими острыми глазками, размышлял вслух: «Конечно, Есенин из меня не получится. И Боратынский тоже. А  вот стать бы таким поэтом, как
 
230
Никитин, как Плещеев! Ведь хорошие поэты, правда? Русские поэты, правда?  – и мечтательно улыбался…»
    Скромно оценивал Рубцов своё место в русской поэзии. Время всех расставило по местам. И как бы ни старались известные в недалёком прошлом поэты, как бы ни рекламировали своих кумиров публичные ведущие, а в народе поют и слушают задушев-ные  песни  Рубцова. Ни одному поэту 20-го века  не посвящено
столько стихов,  как Рубцову. Эти стихи памяти и признания идут сплошным потоком, чему свидетельство – конкурс «Звезда полей».
     Лирическое отступление от Лады Одинцовой (76  77):  
      «…я знала правду и о создании многих произведений Н.Рубцова, А.Передреева, Ю.Кузнецова (нашей поэтической Могучей Кучки, к которой демагоги и фальсификаторы Истории Послевоенной Литературы уже начали причислять разнообразные имена прочих стихотворцев); я знала правду об их человеческих переживаниях,  и древне-римская жажда возродить из их костей мужественную Истину, которой служила эта Троица – наша Могучая кучка – побудила меня создать более обстоятельные книги, а именно – двухтомное собрание литературоведческих произведений: «Камертон» и «Эпизоды из Истории Послевоенной Советской Литературы» (2011 и 2012 г.г.).
     Ревниво исследуя 3 перечисленных научно-популярных книги Ю.Кириенко-Малюгина («Есть Божий суд…»,  «Николай Рубцов», «Звезда полей – Альманах 2011», - прим. Ю.К.-М.), впервые моя душа переполнилась чувством удовлетворения и радости уж хотя бы потому, что наконец-то Николая Рубцова автор (впервые появившийся на литературоведческом горизонте) защитил от позорного обвинения в грехе алкоголизма. Как свидетель, я, и даже более того как пострадавшая в общежитии того злополучного идеологического учреждения, которое именовалось Литературным институтом, с законным правом подтверждаю догадку исследователя Ю.И.Кириенко-Малюгина о том, что лучевая болезнь Рубцова обрекала его на поддержание физического здоровья употреблением умеренных доз сухого красного вина, что входит в терапию лучевой болезни». Приложение …..
      24 декабря 1968 года  Генриетта Михайловна посылает Николаю Рубцову на адрес ул. VI–ой Армии  новогоднюю открытку  (51, ГАВО, Вологда).
 
231
     В течение 1968 года Рубцов и Генриетта Михайловна обменива-ются письмами для решения бытовых проблем. 
     В творческой папке Рубцова  имеется преддипломный цикл под названием «Детство». В оглавлении поэт зачеркнул название и изъял стихотворение «В старом парке». Заменил его на «Зелёные цветы» из-за возможных идеологических сложностей на защите диплома. Книжку «Звезда полей» и подборку стихов «Зелёные цветы» Рубцов представил как выпускную работу на заочном отделении Литинститута им. А. М. Горького и  сдалгосударствен-ные экзамены 26 декабря 1968 года (27). Присутствовали ректор института  – В. Ф. Пименов, критик –  Ф. Ф. Кузнецов, преподава-тели – Н. Н. Сидоренко, В. П. Друзин, Е. А. Исаев.
      Вспоминает А. Азовский (68):
      «В последний раз видел я Николая Рубцова радостным, когда он сдал госэкзамены. Выскочил из двери, за которой сидела комиссия, и, как  мальчишка, «ура»  закричал. Всех  встречных  и поперечных обнимал. Да и как ему было не радоваться, если он из всего своего рода первым высшее образование получил».
       Из отзыва Н. Н. Сидоренко (51, ГАВО, Вологда):
     «Дипломная работа Николая Рубцова (книга «Звезда полей» и 10 стихотворений из числа написанных позднее) – свидетельство того, что в литературу пришёл на редкость своеобразный, цельный в своём творчестве поэт, знающий во имя чего мы просиживаем ночи над листом бумаги, наедине с поэзией.
      Творчество Н. Рубцова органично и цельно, он в стихах честен и открыт и свою грусть, что порой охватывает душу, он не скрывает, не вуалирует ничем…
      Может показаться, что в отдельных стихах Н. Рубцова слух улавливает «есенинские» интонации. Возможно. Но это не подра-жание, а национальное сродство творчества, и тут С. А. Есенин в чём-то и помог младшему собрату, в чём-то поддержал, утвердил его».             
       Из отзыва В. В. Друзина на дипломную работу Н. М. Рубцова (51, ГАВО, Вологда):
     «Тонкое и точное проникновение в мир русской природы, в характер русской национальной особенности – вот отличительная черта поэзии Н.Рубцова, ярко проявившаяся в книге «Звезда полей» с незаурядным мастерством.
 
232
       Новые его стихи из цикла «Зелёные цветы» свидетельствуют о зрелом мастерстве поэта. Не только процитированное выше «На автостраде», и такие стихи, как «Во время грозы», «Шумит Катунь», «Городской пейзаж», «На ночлеге» – радуют  читателя большой эмоциональной силой изобразительного мастерства.
      Сейчас Н. Рубцов – поэт общепризнанный, в творческом движении его проявляется общее движение всей современной поэзии…
      Дипломная работа Николая Рубцова – бесспорно отличная.
                                                                                    23.12. 1968 г.» 
      Из отзыва Е. А. Исаева (51, ГАВО, Вологда): 
     «Я помню её (книгу) сердцем. Помню не построчно, а всю целиком, как помнят человека со своим неповторимым лицом, со своим характером. Эффектного, ударного в книге ничего нет.  Есть задушевность, раздумчивость и какая-то тихая ясность беседы. В ней  есть  своя  особая   предвечерность – углублённый звук, о многом говорящая пауза. О стихах Рубцова трудно говорить, как трудно говорить о музыке».
      1968 год оказался очень насыщенным в поэтическом плане для Рубцова. Подготовлены подборки стихов для сборников «Душа хранит» (январь) и «Сосен шум» (декабрь), переданы для публикаций стихи в журналы «Октябрь», «Молодая гвардия», альманах «День поэзии», в газеты «Вологодский комсомолец», «Красный Север» и др.
      И вот в  конце декабря 1968 года Николай Рубцов получает, наконец, в Вологде  отдельную однокомнатную квартиру (точнее, ордер на квартиру). Конечно, в «престижном» пятиэтажном доме и на «престижном» пятом этаже (ул. Яшина 3, кв.66).  Въезжает в эту квартиру Николай Рубцов позднее. Взамен приличной мебели у поэта чемодан с рукописями. И есть иконы. 
     Новый 1969 год поэт встречает в Вологде  с В. И. Беловым, судя по информации Н. Старичковой (62).
     В стихах Рубцова после морской службы нет восторженных лирических мотивов. Поэт  не любил говорить о своей семейной жизни, но вспоминал о своей дочери Лене. 29 января 1969 года «Вологодский комсомолец» публикует чистое оптимистическое стихотворение Рубцова «По дрова», в котором поэт рисует зимний никольский пейзаж.
 
233
Дед Мороз идёт навстречу.
Здравствуй!
Будь здоров!..  
Я в стихах увековечу
Заготовку дров.
…………………………
Привезу я дочке Лене
Из лесных даров
Медвежонка на колене,
Кроме воза дров.
…………………………  
Нагружу большие сани
Да махну кнутом
И как раз поспею к бане
С веником притом!
 
      Открыто, для всего света  говорит  Рубцов о своей дочери Лене в прижизненном сборнике «Душа хранит» (1969 г.). После размолвки осенью 1968 года Рубцов написал стихотворение «Девочка», дата автографа 12.03.1969 г., предназначено для сборника «Зелёные цветы» (19, В. Зинченко).  Глядя на игру девочки, лирический герой (поэт)  переживает за ребёнка, за сиротство при живых родителях («что под самым грустным нашим взглядом, всё равно ей весело играть!»)   
      24 февраля 1969 года из редакции «Молодой гвардии» Рубцову пришло письмо об издании сборника стихов. Ситуация с поэтическими публикациями меняется коренным образом.
      В феврале 1969 года  в Вологду переехала семья Астафьевых. Вспоминает Мария Корякина, жена В. П. Астафьева (27):
     «На Коле тёмное ношеное пальто, шапка пирогом, шарф пёстренький, довольно лёгкий для зимы, небрежно высовывался одним концом поверх пальто, на ногах разношенные валенки, а на
руках – деревенские варежки-самовязки  из овечьей шерсти…Руки отчего-то всё время держал напряжённо…  И мне показалось: он нарочно руки так держит, напоказ, как бы «работает» под деревенского мужичка… Я после не раз буду убеждаться, что ему иногда нравилось «выглядеть» неряшливо: пальто – будто с чужого плеча, широкое,  с  длинными рукавами, помятое, шапка – тоже,
 
234
валенки – стоптаны…  Объяснял это тем, будто проверяет, как же друзья и вообще люди к нему относятся, что думают о нём и что в нём ценят больше: его внешний вид или душу и талант…
      Николай Михайлович почти весь вечер играл на гармошке. Пил он мало, то ли не в настроении был, то ли не хотел производить плохое впечатление – не знаю. А пел много – и так пел! Пел свои стихи, подладив под них музыку, сочетание необычное, великолепное, великолепное ещё, быть может, потому, что, как пел сам он свои стихи-песни, так никто не сможет…
      …Николай, устроив гармошку на узеньких коленях, чудно переплетя ноги, … прошёлся по клавишам, посмотрел в прост-ранство, мимо или сквозь сидящих за столом и, отвернувшись вполоборота, запел:
 
Меж болотных стволов красовался восток огнеликий…
 
      Слова-то какие! Шесть слов – а перед глазами целая картина – видение природы!…
      Притихло застолье. Некоторые запокашливали, за сигаретами потянулись…
      Когда разговор шёл о безграничности поэзии, Рубцов утверж-дал, что у каждого, даже самого посредственного поэта обяза-тельно есть стихи, много или мало, пусть хоть одно, – мудрые, про-роческие, всегда остающиеся современными и что все поэты, знают они это или не знают, хотят того или не хотят, – пророки. И тут же как пример приводил своего любимого Тютчева…».
      В начале марта 1969 года Николай Рубцов поехал в Рязань, где  встречался с братьями Сафоновыми, посетил могилу Полонского. У  В. Сафонова поэт играет на гитаре и поёт свои песни. Затем едет в Константиново, ходит по дому-музею Есенина и думает, думает.
       18 марта 1969 года Рубцов пишет стихотворение «Поэзия», в котором по свежим впечатлениям поездки к Есенину сказал:
 
Теперь она, как в дымке, островками
Глядит на нас, покорная судьбе,  –
Мелькнёт порой лугами, ветряками – 
И вновь закрыта дымными веками…
Но тем сильней влечёт она к себе!
 
235
      Темп жизни ускоряется. 11 апреля 1969 года  к Николаю Рубцову из Кириллова после семинара культработников приезжает Генриетта. Они посещают Астафьевых. Пишет М. Корякина (27):
      «Не помню, на второй или третий день после майских праздников перед обедом приходит к нам Николай Михайлович, постриженный, в голубой шёлковой рубашке, смущённо-улыбчивый, руки спрятаны за спину, а сам всё улыбается, и загадочно и радостно. За ним вошла женщина, светловолосая, скромно одетая, чуть смущённая, но полная достоинства. Мы как раз пили чай и пригласили их. Войдя в кухню, Николай торжественно поставил на стол деревянную маленькую кадушечку, разрисованную яркими цветами,  – такие часто продают на базаре. В ней крашенные разноцветные яички. Заметив наше удивление, тут же выпалил радостно: «Сегодня же пасха! А вы и не знали? Я же говорил, что они не знают,  –  сказал он, обратившись к своей спутнице. – Христос воскресе!  – весело воскликнул он.  – А можно похристосоваться-то?»
      Всем сделалось весело… Николай сообщил, что яички эти привезла Гета…
      После пели песни. Николай заливается. Мы подтягиваем.  А Гета, чуть откинувшись на спинку дивана, полуприкрыла глаза и всё смотрит, смотрит на него. Что свершалось в её сердце, о чём она думала, что переживала она?..»
      По свидетельству М. Корякиной, разным бывал Николай Рубцов у Астафьевых: то мрачный, раздражённый и нетрезвый, то застенчиво-тихий, бледный. С удовольствием слушал класси-ческую музыку. После поездки в Москву рассказывал, как побывал   в   литинституте, в издательстве. Сказал, что   не любит бывать  в  Москве из-за  разных бытовых встреч. М. Корякина также отмечает, что Рубцов приходил с неизменным томиком стихов Тютчева, и читал стихотворение «На кончину брата».
     Весной 1969 года Рубцов (член Союза писателей СССР!) защищает диплом. Поэт был в тёмном хорошем костюме, в белой рубашке. К защите диплома Рубцов уже потерял особый интерес: он прошёл все препятствия, которые вольно и чаще специально создавали ему  на пути к высшему литературному образованию. За период шестилетней учёбы оценки Рубцова по основным предметам     «удовлетворительно»    и      «хорошо».         Согласно
 
236
документам ГАВО  дипломная работа на тему «Звезда полей», стихи из цикла «Зелёные цветы», выполнена и защищена с оценкой «отлично». Государственные экзамены: марксистко-ленинская философия – хорошо; русская и советская литература – отлично.       
      22 мая 1969 года на имя Рубцова Николая Михайловича выписан диплом серии У № 835829. Дипломная работа Рубцова завершила второй этап его творчества (осень 1962  – 1967 годы). Но уже были написаны и опубликованы новые стихи (1968 и 1969 годов) и до «пика»  рубцовской  поэзии  было  ещё  далеко. 
       Согласно выписке из зачетной ведомости к диплому за время учёбы в литературном институте Н.Рубцов сдал экзамены и зачеты по следующим гуманитарным дисциплинам (сведения взяты из Государственного архива Вологодской области). Ниже автор классифицирует предметы по одному из направлений (78): 
     1. Предметы в области национальных литературных знаний:
устное народное творчество, древняя русская литература, русская литература 18-го и 19-го веков, история русской критики, история советской литературы, семинар по творчеству Есенина.
       А теперь вспомним, как преломлялись эти знания в творчестве поэта,  например, в стихотворении «Видения на холме». 
 
Взбегу на холм
                        и упаду в траву.
И древностью повеет вдруг из дола!
И вдруг картины грозного раздора
Я в этот миг увижу наяву.
 
       А вот, как понимал поэт творчество своих предшественников:
 
Вот Есенин – 
                     на ветру!
Блок стоит чуть-чуть в тумане.
Словно лишний на пиру 
Скромно Хлебников шаманит.
 
      Смотрите, какой подтекст даёт Рубцов! Есенин – стихия поэзии, Блок – непознанный вестник  Руси, Хлебников – искатель новизны  в поэзии. «Куда несёт нас  рок  событий» – не  знает  никто  из  них.
 
237
      2. Предметы в области зарубежной литературы:
античная литература, зарубежная литература, литература Средних веков и Возрождения, зарубежная литература 17, 18, 19 и 20 веков, современная зарубежная литература (Хемингуэй). 
      Известно, что Н. Рубцов в Кировске  пропадал в местной библиотеке, читал труды Платона, Аристотеля, Гегеля, Канта. Литератор Анатолий Азовский свидетельствует о «научном» споре в общежитии о литературе, о философской эрудиции поэта (69).
      3. Предметы в области языкознания:
введение в языкознание, практическая стилистика, история русского литературного языка, французский язык, творческая работа.
      В тексте «Осенней песни» есть строка «По канаве помчался, эх, осенний поток». Преподаватель по стилистике выступил против паразитного, на его взгляд, «эх». А Рубцов высказал мнение, что это «эх» придаёт движение строке и оставил текст без изменения.
    Надо отметить, что Рубцов глубоко знал народный русский язык и применял эти знания в стихах. Многие «городские» поэты не могут оторваться от стандартного языка в городских условиях проживания и поэтому часто схематичны. И чтобы оживить свой 
городской язык, такие поэты начинают заниматься поиском надуманных образов, ступенчатых ритмических форм, псевдо-русских словообразований и внедрением иностранного «мусора».  
      4. Предметы в области эстетики и литературной работы:
основы театрального искусства, основы музыки, основы изобразительного искусства,  основы кинодраматургии, редакционное дело, основы эстетики.  
      Рубцов сопровождал свои песни игрой на гитаре. Остались несколько записей. Причём, при среднем уровне игры он так отдавался исполнению песни, что у слушателей не было никаких претензий к техническим погрешностям.
     О чтении стихов Рубцовым ходят легенды, это известно из воспоминаний современников. Поэт мастерски владел театральным искусством, паузой, интонацией, ритмом. Свои стихи Рубцов редактировал постоянно. Имеется несколько вариантов текстов и последний наиболее точен и эмоционален.
      5. Предметы в  области поэтического художественного творчества:
 
238
введение в литературоведение, теория и практика стихосложения, теория и практика драмы, теория и практика художественной прозы, теория и практика художественного перевода.
      Известно, что техника стихосложения у Рубцова была непринуждённой и изменялась непрерывно. У раннего Рубцова видим «морской» цикл под влиянием советской идеологии и поэзии Есенина. В ленинградский период (1959-1962 годы) Рубцов увлекался ритмическими конструкциями (эстрадного характера и и в юмористических стихах). В московский период (1962 – 1964 годы) наблюдаем переход к классическому стихосложению под влиянием Тютчева и Фета. Но уже наметился свой неприну-ждённый стиль, ни на кого не похожий. 
      С точки зрения драматического мастерства следует упомянуть поэму «Лесная сказка». Рубцов сказал тогда в поэме, что стремление к злату, богатству, наживе не кончаются добром. 
    6. Предметы в области современных Рубцову философии и идеологии:
      история КПСС, политическая экономия, марксистско-ленинская философия, основы научного коммунизма, история СССР.
      Известно, что Рубцов думал, как соединить идеи коммунизма (социальной Справедливости) и проповеди Христа (моральные заповеди).  Поэт в стихотворении «Русский огонёк» сказал на века: «За всё Добро расплатимся Добром!».  До сих пор некоторые не понимают простой сути: не надо расплачиваться  злом. 
      Творчество Рубцова на том этапе развития общества (70-е годы 20-го века) могло содействовать повороту к библейским идеалам. К этому шли и погибли в расцвете лет русские национальные идеологи:  драматург   А. Вампилов,   кинорежиссёр   и  писатель В. Шукшин, критик Ю. Селезнёв, художник К. Васильев. Как будто их вычисляли сатанистские силы. Как известно, именно в среднем звене творческой интеллигенции формируется нравственность или безнравственность общества. Только сейчас приходит понимание необходимости духовного поворота к Добру, Любви, к детям, к Справедливости – базовым идеям Возрождения русского народа и коренных народов России (опубликовано ещё в 2004 году). 
      13 июня 1969 года из Архангельска старший редактор художественной литературы Северо-западного издательства  В.Лиханова посылает письмо поэту с такими предложениями (31): 
 
239
       «Возвращаю Вам рукопись сборника стихов «Душа хранит» с
нашими замечаниями. В целом рукопись может быть принята для
издания, но кое-что в ней Вам необходимо доработать.
       На наш взгляд необходимо снять из рукописи такие стихи как «Во время грозы», «Пейзаж», «Старик», «Последняя ночь», «Памяти Анциферова», «Взглянул на кустик», вызывающие возражения по своей идейной направленности. Не стоит включать в сборник «В твоих глазах», «По дороге к морю», «Пальмы юга», «Последний пароход», «Когда душе моей», «А дуба нет», «Ласточка», «О собаках», «Я забыл как лошадь…», «Кружусь ли я…», «В избе», «Голова моя не дура…», «Ничего не стану делать»  как малозначительные, недостаточно продуманные Вами. Кстати думается, что стихи-шутки не сродни Вашему поэтическому дару, поэтому они и не удались Вам.
       Поддерживаем мы и Ваше решение снять из сборника морские стихи, за исключением «Мачт», как менее яркие и характерные для Вас. Не ложатся, на наш взгляд, органично в сборник и стихи «В пустыне», «В сибирской деревне», «Волнуется южное море»…
      В стихотворении «Душа хранит» хотелось бы обратить внимание автора на такие строки как «о вид смиренный и родной» и «так век неслышно протечёт».
     Таким образом, Николаю Рубцову предлагалось фактически изъять 22 стихотворения, а также морские стихи. Многие эти стихи были ранее опубликованы в вологодских газетах в 1967 и 1968 г.г. В июне 1969 года Рубцов был уже членом Союза писателей СССР, выпускником литературного института и автором сборника «Звезда полей».     Однако   редактор     Северо-Западного     издательства В. Лиханова  имела  свой взгляд  на поэзию  Рубцова, по сути вызывала поэта на конфликт, «обрезав» почти половину  сборника, даже не предложила провести замену стихов и «подставляла» поэта под отказ от  публикации. Фактически редактор подстраховывалась от весьма вероятных нагоняев за несоблюдение идеологической линии в издательской работе.
      Затем, спохватившись (узнав, что Рубцов член Союза писателей СССР?), через месяц В. Лиханова направила другое письмо с согласием на издание. А «Мачты» редактор оставила в сборнике потому, что художник от издательства уже начал проработку идеи  для обложки. Он рисовал парусник со сломанными мачтами.    
 
240
 

Юрий Кириенко-Малюгин. Глава 8 из авторской книги «Методика оценки и критерии народного стихосложения» (М. Изд. «Рубцовский творческий союз», 2014).

Глава 8. Критерии оценки народности поэзии
 
8.1.  Предпосылки оценки уровня и народности поэзии.    
 
     Восприимчивость поэзии.  Певучесть или звучание языка поэта.
     Определимся с понятиями, которые взяты из книги С.И.Ожегова «Словарь русского языка» (1)
     Понятие – логически оформленная  общая мысль о предмете.
    Язык – совокупность средств выражения в словесном твор-честве, основанных на общенародной звуковой, словарной и грамматической системе, стиль.
     Душа – внутренний психический мир человека, его сознание (по Ожегову). Человек, согласно учению Святого Писания состоит из тела и души.
     Нация – исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры.
   Философия – наука о наиболее общих законах природы, общества, мышления.
     Справедливость – беспристрастие,   действия  в   соответствии  с
истиной. 
     Кто-то из нормальных людей сказал начинающему поэту: «Ищи родину и найдёшь стихи». «Шестидесятники»  искали недостатки у представителей системы в СССР в 60-80-е годы 20-го века и находили их. Но они не нашли родину – Россию, не понимали простого народа, который незаметно делал Историю Державы: строил, защищал родину, растил детей, кормил население. Как известно, критиковать легче, чем заниматься простым нужным трудом. Некоторым мудрецам  очень хочется учить военных, технических специалистов, работяг и крестьян, взирая с Олимпа знаний философии Древней Греции и истории Рима.  
Для выявления искомых критериев обратимся к творчеству русского национального поэта Н.М.Рубцова, не теряя главную заданную тему «Методика оценки и критерии  народности поэзии».   
    Рубцов писал о селе Никольском: «Здесь – души моей родина». То есть его душа, а не тело, живёт в родных окрестностях (на реке,
 в лугах, на холмах, на мосту, в лесу, на клюквенном болоте, около
 
88  
 разрушенного собора). Непрерывное общение Рубцова с простыми людьми в родных краях,– это поиск свидетельств народного разговорного языка и народного понимания смысла жизни, т.е. народной философии.
 
 8.2. Простота и глубина поэзии, овладение приёмами стихосложения.
 
   В юности (1950-1955 г.г.) ряд стихотворений выполнен Н.Рубцовым в русском традиционном стиле («Два пути», «Деревенские ночи», «Первый снег»), что объясняется складывающимся мировоззрением начинающего поэта на базе классического преподавания литературы в то время в советских школах и в техникумах. В 14 лет в стихотворении «Два пути» Рубцов задумывается о смысле протекающей жизни: 
 
Но мечтая, видимо, о чуде,
По нему по тракту, под дождём
Всё на пристань двигаются люди
На телегах, в сёдлах и пешком.
А от  тракта, в сторону далёко,
В лес уходит узкая тропа.
Хоть на ней бывает одиноко,
Но порой влечёт меня туда.
    
      В 17 лет Рубцов создаёт первый лирический шедевр «Деревенские ночи»:
 
Пусть ромашки встречные 
                                              от копыт сторонятся,
Вздрогнувшие ивы 
                                 брызгают росой,  – 
Для меня, как музыкой, 
                                        снова мир наполнится
Радостью свидания 
                                 с девушкой простой!
Всё люблю без памяти 
                                       в деревенском стане я,
 
89
Будоражат сердце мне 
                                       в сумерках полей
Крики перепёлок,
                              дальних звёзд мерцание,
Ржание стреноженных
                                        молодых коней…
 
   В период службы на флоте (1955-1959г.г.), понимания необходимости защиты Родины многие стихи наполнены патриотической тематикой и грустью временного расставания с малой родиной. Рубцов знакомиться с творчеством Есенина, Кедрина. Во время занятий в литературном объединении «На страже Заполярья» Рубцов имел возможность слушать и оценить творчество товарищей-поэтов и совершенствовать технику стихосложения. Уровень участников литобъединения  был довольно высокий, если напомнить, что около 20 моряков (матросов и офицеров) позднее стали членами Союза писателей СССР.  Хотя газетная тематика была во многом заданной (военно-патриотическое направление), Рубцов в отдельных стихах («Ты с кораблём прощалась», «Северная берёза», «Грусть»)  поднимается на очень высокий уровень духовно-эмоционального отражения наблюдаемых картин прощания и встреч, воспоминаний о родных краях. Смотрите фрагмент из стихотворения «Грусть»: 
 
Любимый край мой, нежный и весёлый,
Мне не забыть у дальних берегов
Среди полей задумчивые сёла,
Костры в лугах и песни пастухов.
 
     В Ленинграде (октябрь1959г. – июль1962г.) Рубцов общается с городской гуманитарной интеллигенцией, тяготевшей к словесной эквилибристике, рифмачеству, игре на оригинальность, нерусским по сути словообразованиям, эстрадчине и ёрничанью над действи-тельностью. Заплывая с городскими поэтами  в этот поток литера-турщины, Рубцов пишет иногда ритмизированные стихи, в которых ощущается стиль Маяковского («В океане», «Я весь в мазуте…», «На берегу», «Бывало, вырядимся с шиком…», «Сколько водки выпито…»). И  в то же   время  Рубцов  не  впадает   в философские
 
90
бредни. Например, в стихотворении «В кочегарке» поэт практи-чески документально приводит разговор со своим новым «большим» начальником – кочегаром во время поступления на работу в такое «элитное» заведение.
 
В топке шлак ломал с размаху
Ломом, красным от жары.
Проступали сквозь рубаху
Потных мускулов бугры.
Бросил лом, платком утёрся.
На меня глаза скосил:
– А тельняшка, что, для форсу?  –  
Иронически спросил.
Я смеюсь:  – По мне для носки
Лучше вещи нету, факт!
– Флотский, значит?
– Значит флотский.
– Что ж, неплохо, коли так!
Кочегаром, думать надо,
Ладным будешь, – произнёс.
И лопату, как награду,
Мне вручил:  – Бери, матрос!..       
  
     В стихах этого периода поэт через понятия Справедливости и радость бытия  выражает самоиронию, адекватное отношение к жизненным ситуациям, не опускаясь до ёрничанья. Память о селе Никольском, о Тотьме, о друзьях детства и юности не оставляют поэта. Рубцов создаёт «Видения в долине», «Добрый Филя», «Долина детства», «Старый конь»… Перед поступлением в литинститут Рубцов пишет песню двусмысленного содержания «Жалобы алкоголика», которую весело распевали студенты в общежитии и которую заумные критики оценивали и оценивают прямолинейно. Но сам Рубцов ни разу не включил эту песню в свои сборники, самоцензура была у него на первом месте. Во время очной учёбы поэт получает базовые литературные знания, читает стихи во время застолий. Нигде Рубцов не терял искренности, не лукавил в стихах из-за каких-либо, даже меркантильных соображений. Не менял тексты строк в угоду редакторам (4).
 
91
8.3. Народная философия поэзии, отражение в биографии.
 
    Н.М. Рубцов очень много читал. Не макулатуру лакировочного, эгоцентрического и диссидентского направлений, а русскую классическую литературу: Л.Толстой, Н.В.Гоголь, Ф.И.Тютчев, А.А.Фет, А.Я.Полонский, А.Блок. Рубцов с юности занимался самообразованием, искал смысл жизни, создавал словарное богатство, без которого настоящие стихи не напишешь.
    Зимние, летние и осенние поездки в село Никольское в 1963-1965 г.г. обогащают образное мышление поэта картинами русской природы, видами разрушенных православных храмов по любым маршрутам поездок, народными взглядами на жизнь. Его мировоззрение сложились окончательно. Стихи «Тихая моя родина», «Русский огонёк», «Я буду скакать по холмам задремавшей отчизны…», «Видения на холме», «Философские стихи», «Журавли», «По вечерам», «Звезда полей», «Душа хранит» свидетельствуют о глубоком философском понимании явлений, с которыми встречается поэт на жизненных дорогах. Н.М.Рубцов  применил в творчестве национальный поэтический метод, то есть вложил душу в стихи, раскрыл существо каждого явления: «Купол церковной обители яркой травою зарос…», «Дай Бог, дай Бог!…Ведь всем не угодишь. А от  раздора пользы не прибудет…», «И жаль мне, и жаль мне разрушенных белых церквей», «И не леса мне видятся окрест, а лес крестов в окрестностях России», «И разбудят меня, позовут журавлиные крики», «Как будто спит былая Русь», «И счастлив я, пока на свете белом, Горит, горит звезда моих полей», «Как сон столетий, Божий храм».    
   12 января 1964 года в письме к начинающему автору Рубцов выражает своё видение поэзии:
    «Вашего оригинального мировоззрения в стихотворении тоже нет. Вот по всему по этому Ваше стихотворение не произвело на меня впечатления. А жаль. Жаль потому, что человеку, любящему стихи, любому такому человеку всегда бывает радостно, когда он находит в стихах поэзию, т.е. свежую тему, свежий символ, свежее настроение, мировоззрение, мысли, свежие оригинальные слова. И всегда приходиться огорчаться, когда всего этого нет в стихах»…    
    «Когда я говорю Вам, что тема Вашего стихотворения старая и общая, это ещё  не  значит, что я  вообще  против старых  тем. Тема 
 
92
любви, смерти, радости, страданий – тоже темы старые и очень старые, но я абсолютно за них и более всего за них! 
    Потому я полностью за них, что это темы не просто старые (вернее ранние), а это темы вечные, не умирающие. Все темы души – это вечные темы, и они никогда не стареют, они вечно свежи и общеинтересны.
    Поэзия идёт от сердца, от души, только от них, а не от ума (умных людей много, а вот поэтов очень мало!). Душа, сердце – вот что должно выбирать темы для стихов, а не голова.
     Кое-где у Вас совершенно отсутствуют рифмы, т.е. созвучия на конце строк…Можно, конечно, писать стихи и без рифмы, но почему же тогда в других местах стихотворения они у Вас есть?»
     Рубцов критически деликатно разбирает какое-то графоманское произведение и  фактически сообщает основы подходов к написанию стихотворений. Заканчивает письмо таким советом: 
    «Такие недостатки, которые есть, на мой взгляд, в Вашем стихотворении, сейчас довольно широко распространены в стихах и множества других авторов. Причём частенько такие стихи всё же печатают, и если Вы встречаете такого рода стихи в печати, то не думайте, пожалуйста, что так и надо писать. Всем нам надо учиться писать так, как писали настоящие, самые настоящие поэты – Пушкин, Тютчев, Блок, Есенин, Лермонтов. Законы поэзии одни для всех».
     В письме в Северо-Западное книжное издательство (весна-лето 1964 г.) в связи с редактированием сборника «Лирика» Рубцов сообщает: «Стихотворение «Уединившись за оконцем» Вы назвали легковесным. По-моему, легковесным следует считать те стихи, которые лишены всякого настроения, а значит, и поэтического смысла, а не те стихи, в которых выражено лёгкое настроение или состояние духа и выражено легко. Иначе стихотворение Есенина, например, «Вот уж вечер, Роса блестит на крапиве. Я стою у дороги, прислонившись к иве»  – тоже стихотворение легковесное, а не удивительный шедевр чистоты души и духа…» «Я считаю, что моя позиция, т.е. мои привязанности, моя любовь должны быть понятны по моим стихам, которые я пишу искренне,  – и, значит, не нуждаюсь в декларации моей позиции».
   Из села Никольского 22 августа 1964 г. Рубцов пишет А.Я.Яшину:  «Вообще-то    «Вологодский    комсомолец»  –   газета 
 
93
унылая. Печатает удивительно неуклюжие, пустяковые «современ-ные» местные стихи. Уж сколько раз твердили миру, что мы молотобойцы, градостроители и т.п., и всё твердят! А где лиризм, естественность, звучность? Иначе, где поэзия? Да ещё многие из пишущих со своим легкомысленным представлением об этом деле носятся, как курица с яйцом! Впрочем, это сейчас широко распространено на Руси»… 
   «Здесь за полтора месяца написал около сорока стихотворений. В основном о природе, есть и неплохие и есть вроде ничего. Но напи-сал по другому, как мне кажется. Предпочитал использовать слова только духовного, эмоционально-образного содержания, которые звучали до нас сотни лет и столько же будут жить после нас». 
   В ноябре 1964 г. Рубцов пишет А.Яшину: «Только я вот в чём убеждён, Александр Яковлевич (разрешите мне поделиться своим, может быть нелепым, убеждением): поэзия не от нас зависит, а мы зависим от неё. Не будь у человека старинных настроений, не будет у него в стихах и старинных слов, вернее, старинных поэтических форм. Главное, чтобы за любыми формами стояло подлинное настроение, переживание, которое, собственно, и создаёт, независимо от нас, форму. А значит, ещё главное – богатство переживаний, настроений (что опять не от нас зависит), дабы не было бедности, застоя интонаций, форм…»
   Ещё в  начале 1966 года поэт заметил опасность духовного и физического разрушения русской деревни (новая или свежая тема в то время), когда написал:    
 
Ах, город село таранит!
Ах, что-то пойдёт на слом!
Меня всё терзают грани
Меж городом и селом.
 
  После поездки на Алтай летом 1966 года, знакомства с  необъятными просторами России, памятниками Восточной Скифии поэт пишет  в философском стихотворение «Шумит Катунь»:  «И кто-то древней клинописью птиц, Записывал напев её былинный» (опубликовано в центральной газете «Правда» в декабре 1968 г.).
   Рубцов выходит на совершенно другой уровень поэзии: поэзии-пророчества, поэзии-исповеди  и поэзии  с  подтекстами
сознательно   или    безсознательно   зашифрованного  смысла.
 
94
Расшифровать их могли только читатели, которые хранили в душе православные заповеди, хорошо знали суть негативных проблем в обществе (тревога за души русских людей и за будущее детей, за уходящие деревни, за уничтожаемую природу). 
    Многие современники отмечали пессимистические мотивы в поэзии Рубцова при довольно оптимистическом характере.   
    «Как сообщил адмирал флота Капитанец И.М., корабли Северного флота стояли в оцеплении зоны серии пятнадцати ядерных воздушных взрывов». Дальномерщик Н.Рубцов, находясь на фок-мачте миноносца «Острый», получил облучение (30). Метод лечения от резкого уменьшения лейкоцитов известен. Отсюда:
Красным, белым и зелёным
      Мы поддерживаем жизнь. 
      Взгляд блуждает по иконам.
      Настроенье – хоть женись.  (1969г.) 
    Приведу мотив прощания поэта с Белым Светом:
Прощай, костёр! Прощайте все,
     Кто нынче был со мною рядом,
     Кто воздавал земной красе
     Почти молитвенным обрядом.
    Факт облучения не афишировался Рубцовым из-за подписки о неразглашении сведений о ядерных испытаниях на «Новой земле». 
 
8.4. Мировоззренческий разрыв между поэтом, критиками и редакторами ряда изданий. 
 
     Не удивительны ограничения в публикациях стихов Рубцова со стороны редакторов, которые видели скрытый протест поэта против разрушения духовных сторон жизни народа. Карьеризм и эгоизм срабатывали. Наблюдалось желание «улучшить» стихи Рубцова и/или изъять частично из выпускаемого сборника. Но была поддержка со стороны незашоренных литераторов и редакторов: Е.Исаев, Н.Сидоренко, Ст.Куняев, Д.Стариков, В.Максимов и др. 
    Рубцов не стал приспосабливаться под тенденции лакировки действительности, не заботился о впечатлении от своей поэзии, следовал принципам народной философии, применял просто-народные слова и обороты, те, которые он слышал в общении на любых перекрёстках судьбы.
 
95
    Не все близкие Рубцову по мировоззрению литераторы это понимали. Например,  В.Кожинов писал: «У него (у Рубцова, прим. Ю.К.-М.) не так  уж  мало  совсем   не удавшихся, не достигших, по
слову Блока, гармонии слова и звука стихов, и даже во многих его
лучших вещах есть неуверенные или просто неверные ноты…  ».   
     И ещё одно критическое высказывание В.Кожинова: «В заключение скажу ещё раз о том, что при всей безусловной ценности творчества Николая Рубцова даже в зрелой его поэзии нетрудно обнаружить множество недостаточно совершенных  строк и строф». Это означает только то, что В.Кожинов оказался далёк от народного языка, в стихии которого жил Рубцов. Поэт  свободно вводил в строфы старые и даже бытовые слова. 
     Продолжаются систематически попытки дискредитировать творчество Н.Рубцова. Отповедь этим ангажированным публи-каторам дана в альманахе «Звезда полей», 2014. Раздел 14 называется: «Юрий Кириенко-Малюгин. «Опровержение дезин-формации и фантазий вокруг Рубцова» (7 авторских статей из сайта  «Звезда полей»). Приведены также литературоведческие иссле-дования поэзии Н.Рубцова: Мария Акимова «Николай Рубцов и Петербург», Юрий Кириенко-Малюгин «Для кого пальмы юга» Николая Рубцова (31).       
     Рубцововедение, наука о творчестве Н.Рубцова, базировалась на информации современников поэта, на исследованиях нефор-мальных и формальных литераторов. Не случайно многие из них стали участниками рубцовских  мероприятий и организаций» (32).  
    Применяемый в настоящее время газетный язык имеет зачастую жаргонный характер, оторван от традиционного русского языка. Различия в воспитании,  образовании, условиях проживания и мировоззрении конкретных литераторов обуславливают их недо-стоверность в оценке творчества конкретного поэта, писателя. 
 
8.5. Словарное богатство поэта, русская разговорная речь и свобода изложения любой темы. 
 
   Для того, чтобы писать национальные стихи, надо обладать богатством русского народного языка, быть в постоянном общении с людьми, хорошо знать историю и любить Россию. С.Есенин, например, воспитывался в чисто русской народной среде, закончил 
 
96
церковно-учительскую школу, прекрасно знал славянский язык и поэтому имел полное право изобретать и/или применять непроиз-вольно образные русские слова: «цветь», «дроги», «спокой в наро-де», «гладь», «трын-трава», «хмарь», «бронзой прозвенеть» и др. В поэме «Анна Снегина» поэт широко использует народную речь. 
    Рубцов применял разговорные словечки в стихах естественно, у него очень часто ведётся обращение к знакомому или читателю то с вопросом, то за советом,  то  с  каким-то фактом. Например, ещё в
созданном в Ленинграде доинститутском стихотворении «Добрый Филя» Рубцов говорит: 
 
Мир такой справедливый,
Даже нечего крыть… 
– Филя! Что молчаливый?
 – А о чём говорить?  
 
    Ниже курсивом в фрагментах стихотворений выделены слова, которые не могли принять критики с классическим городским образованием. Я предполагаю, что поэт специально не корректировал такую строку, считая, что это и есть природный русский язык. Более того, Рубцов давал возможность читателю домысливать ситуацию, кто и что стоит за нарисованной картиной жизни.  Поэт реализовал известное требование к поэту, писателю: «словам должно быть тесно, а мыслям просторно». Привожу фрагменты из стихов Рубцова (курсивом даны народные слова, которые логически ложатся в текст и смысл строфы):  
 
Бегут себе, играя и дразня,
Я им кричу: – Куда же вы? Куда вы?
Взгляните ж вы, какие здесь купавы! – 
Но разве кто послушает меня…
                             «Купавы»  (1967г.) 
 
Снег летит – гляди и слушай!
Так вот, просто и хитро,
Жизнь порой врачует душу…
Ну и ладно! И добро.
                 «Выпал снег…»  (1969г.)
 
97
   Никто до Рубцова не писал, так свободно обращаясь с русским языком, создавая простор для движения мысли читателя. 
 
Всю пройду дороженьку до Устюга
Через город Тотьму и леса,
Топ да топ от кустика до кустика – 
Неплохая в жизни полоса!
                   «Подорожники» (1968г.)
  
     Другой поэт на месте Рубцова вместо «топ да топ» поставил бы «я иду» от кустика до кустика. А эффект от восприятия ситуации длительного пешего пути  был бы снивелирован. И это не приём поэта. Рубцов действительно  «топает» от Тотьмы к Великому Устюгу (примерно 200 км). И, наверняка, ловит попутную машину.
     И далее. Ну, какой городской поэт напишет так, как Рубцов! 
 
Ему какая-нибудь бабка
Поднять котомку пособит. 
                       «Старик» (1967г.)
 
Пускай сосед поглядывает мутно
И задаёт вопросы поминутно, – 
Что ж из того?
 Здесь можно отдохнуть!
………………………………
Сижу себе, разглядываю спину
Кого-то уходящего в плаще, 
Хочу запеть про тонкую рябину,
Или про чью-то горькую чужбину,
Или о чём-то русском вообще.
                       «Вечерние стихи» (1969г.) 
 
    Примеры использования Н.Рубцовым русских разговорных выражений и фольклора можно продолжать и продолжать. Приведённые фрагменты стихов Рубцова и сейчас не пропустили бы многие редакторы из-за «неправильного» (не литературного) русского языка. И только на Вологодчине, где редакторы газет про-исходили из сельских районов,  принимали стихи Рубцова (4).
 
98
8.6.  Критерии народности поэзии. 
 
  Можно сформулировать подходы Н.М.Рубцова к созданию стихотворного произведения. Это можно и нужно идентифицировать как  критерии народности поэзии: 
1. Подлинное старинное (т.е. национальное), оригинальное и свежее настроение.
2. Богатство переживаний автора по строфам стиха. 
3. Исповедальность и искренность в создании стиха.
4. Творческий уровень, образование и целевое самообразование, знание истории Родины.  
5. Поэтические традиционно-канонические формы. 
6. Нестандартные рифмы. 
7. Выдержанный ритмический строй стихотворения.
8. Темы пути, малой и большой родины, поиска Истины  – вечные темы.
9. Лиризм, естественность, звучность. 
10. Слова духовного, эмоционально-образного содержания и  старинные русско-славянские слова. 
11. Богатство интонаций и форм по всей авторской поэзии. 
12. Актуальные для общества темы, свежий символ, свежее мировоззрение.
13. Адекватные терминам, символам и образам эпитеты и нетривиальное оригинальное сочетание  слов в строфе. 
14. Песенность поэзии автора.  Читательская  восприимчивость поэзии. 
 

Юрий Кириенко-Малюгин. Кто есть кто в рубцововедении? Ответ филологу В.Баракову.

     Неделю назад меня познакомили с интересным и, по-моему, тенденциозным интервью филолога В.Баракова о творчестве Рубцова и о рубцововедении. 
      Отвечаю по существу. Сам Н.Рубцов ещё до поступления в Литинститут в самиздатовском сборнике «Волны и скалы» сказал: «В жизни и поэзии не переношу спокойно любую фальшь, если её почувствую». Поэт-«дилетант», по мнению некоторых так называемых профессионалов, оказался народным поэтом, стихи которого к 80-летию к 2016 году, печатали многие издательства правда при  ценах  почти заоблачной высоты.  
     В.Бараков вводит понятия краеведческое, народное и профессиональное  литературоведение и рубцововедение. 
     Естественно, что себя он относит к профессионалам. Между тем после получения в 1998 году  Всероссийской премии имени Н.Рубцова, учреждённой постановлением Законодательного собрания  Вологодской области от 30.10.1997г., число публикаций о  творчества Рубцова со стороны В.Баракова в течение десяти с лишним лет было незначительным. Только в 2014 году видимо к юбилею Рубцова (в 2016 г.) появилось издание в Германии, где была опубликована В.Бараковым впервые целевая обширная информация о Рубцове. Об этой книге автор ещё даст специальную рецензию.
   Как следует из текста выступления В.Баракова к краеведческим рубцововедам он относит Л.Н.Вересова из Череповца, который занимается поиском и публикацией малоизвестных и иногда неизвестных материалов, связанных с жизнью и поэзией Рубцова. 
     О народных рубцововедах (по терминологии В.Баракова, дипломированного по образованию педагога, но не филолога). Сквозит уничижительный ярлык –  дилетантское рубцововедение и литературоведение.  Назову нескольких литературоведов, о которых умалчивает В.Бараков и которые внесли такой вклад в рубцововедение, который не смогли сделать так называемые профессионалы. Подобных дипломированных специалистов, не способных логично, образно и исторично выразить в публикациях народность творчества, литературовед М.П.Лобанов однажды назвал «образованцы». Итак, о подлинно народных литературоведах, которые проявились в разных сферах исследований. 
    Это – московский инженер-конструктор В.Д.Зинченко, выпустившая в 2001 году в издательстве «Терра» трёхтомник «Николай Рубцов» с полным собранием сочинений народного поэта и с комментариями к каждому(!) стихотворению. Она неоднократно работала  в Государственном архиве Вологодской области. 
    Забыл или не знает филолог В.Бараков о публикациях литературоведа Лады Одинцовой,  выпускницы Литературного института и современницы Н.Рубцова, которая опубликовала литературоведческую книгу «Камертон» с разделом «Черно-белая графика Николая Рубцова», которая издана в Праге  в 2012 году.
    Известна рядом статей в альманахе «Звезда полей» Рубцовского творческого союза  и диссертацией о творчестве Рубцова доктор филологических наук Алла Науменко-Порохина.
     Таким образом, профессионализм вышеуказанных специалистов проявляется в различных направлениях исследования литературной деятельности личности, а не только в абстрактных установках.      
    Ничего не говорит Бараков об авторах десятков литературоведческих статей, изданных в альманахах «Звезда полей» некоммерческой организации «Рубцовский творческий союз» с 2006 по 2016 г.г. по результатам 11-ти ежегодных Московских научно-практических конференций «Рубцовские чтения». Каждый альманах содержит от 10 до 20 научных докладов (всего порядка 160 докладов). Многие альманахи находятся в областной Вологодской библиотеке.
     В качестве примера так называемого «народного» рубцововедения В.Бараков подразумевает, вероятно, несколько несистематизированных изданий московской пропагандистки М.А.Полётовой, а также издания некоторых дилетантов, которые торопились отметиться по теме Н.М.Рубцова, и о которых имеются критические рецензии Ю.Кириенко-Малюгина, например в январе этого года на сайте «Звезда полей».
    По вопросу об уровне литературной деятельности некоторых технических по образованию специалистов. Напоминаю о таких известных гуманитарно недипломированных литераторах, как выпускники Московского авиационного института Михаил Задорнов и Александр Проханов, как кандидат химических наук поэт Владимир Костров, которые показали такой художественный уровень, который не смогли достигнуть так называемые назначенные кем-то профессионалы.  
    И, наконец, об авторе этой информации.
    Я, Кириенко Юрий Иванович (лит. псевдоним Юрий Кириенко-Малюгин), кандидат технических наук, член Союза писателей России с 2000 года, Российского авторского общества с 2005 и Общества «Знание». По высшему образованию – инженер-механик. Разъясняю для В.Баракова. Чтобы окончить любой институт надо неплохо владеть русским языком, уметь логически мыслить, чтобы сдавать множество предметов и курсовых заданий в течение периода учёбы и особенно для написания и защиты диплома. Так что высшее образование, то есть определённый мировоззренческий уровень, также эрудицию, приобретают  не только гуманитарии. Далее. Я окончил аспирантуру Всесоюзного научно-исследовательского института сельскохозяйственного машиностроения, сдал серьёзные  экзамены по философии, спецпредметам (сельхозмашины и знания по теоретической механике, теории вероятностей, теории машин и механизмов и др.), а также по иностранному языку (окончил в частности 3-годичные курсы разговорного немецкого языка). В этот и последующий период подготовил и опубликовал в спецжурналах два десятка статей и десятки изобретений. Надеюсь понятно, что для подобной работы необходимы приличные знания русского языка, логики, спецпредметов. Диссертация на соискание звания кандидата технических наук представляла собой научный труд на грамотном русском языке на 220 страницах. Подобные знания, мировоззренческий уровень, широта эрудиции присущи не только мне как техническому специалисту, но и коллегам с аналогичной биографией.  После 1991 года ввиду прекращения финансирования технических направлений в московских НИИ и предприятиях, стал заниматься литературным направлением и в частности, исследованием творчества Н.М.Рубцова и не только. Опубликованы более сотни литературоведческих статей, две монографии о творчестве Рубцова (2002 и 2011), книга «Новая дорога к Рубцову» (2005), книга «Поэзия. Истина. Рубцов» (2007), книга «Методика оценки и критерии народности поэзии» (2014), повесть-предупреждение «Есть Божий суд…» (2012), пять поэтических сборников и др. (см. публикации на сайте «Звезда полей». Сообщаю, что мои литературные работы отмечены в трёх номинациях (длинных списках) Бунинских премий 2010 г. (поэзия), 2015г. (малая проза) и 2016г. (художественная публицистика), одна в номинации историческое литературоведение (длинный список) премии имени Александра Невского 2015 года, одна в номинации премии (длинный список) литературной премии «Золотой Дельвиг» «Литературной газеты» 2016 года. И вся эта работа проведена за счёт авторских средств от другой деятельности и без финансирования от литорганизаций, в отличие от преподавательской работы В.Баракова и филологов по образованию. Попутно отмечу, что я и Бараков практически в одно время были приняты в Союз писателей России (1999г и 2000 г.)
   Ниже на сайте публикую главу 8 из авторской книги «Методика оценки и критерии народности поэзии» и главу 9 «Звезда полей» - луч Света в русской поэзии. «И счастлив я, пока на свете белом…» из авторской монографии «Николай Рубцов: «Звезда полей горит, не угасая…» (издание 2-е, редакция 2016 года). 
     P.S. Неоднократные обращения на сайте «Звезда полей» и в редакции некоторых литературных журналов и издательств патриотического направления  профинансировать новое издание монографии «Николай Рубцов: «Звезда полей горит, не угасая…» и даже предварительные переговоры не дали положительного результата. Предложения можно присылать на эл. почту Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра..
 

Юрий Кириенко-Малюгин. Программа «Наша встреча впереди»

16 декабря 2016 г. в библиотеке № 230 ЦБС СЗАО г.Москвы дуэт «Родник»  составе Веры Степановой (вокалистка, поэт, член писателей России) и Юрий Кириенко-Малюгин (автор музыки, поэт, член Союза писателей России)  провели программу «Наша встреча впереди». Были представлены стихи авторов из опубликованных сборников и песни на стихи Н.Рубцова, С.Есенина и Ю.Кириенко-Малюгина.