Потом придёшь в литературу,
Где ждут тебя без громких слов:
Есенин, Гоголь и Рубцов!
 
Юрий Кириенко-Малюгин (октябрь 2004 года).

Сайт 2006 года


ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА
 

Новое на сайте:

02.09.22
Юрий Кириенко-Малюгин. Клеветникам России 21-го века.
Юрий Кириенко-Малюгин. Защитникам России. Авторские песни.
Юрий Кириенко-Малюгин. Стих. «Детство» («Я был рождён аристократом...»)
Владимир Андреев «Я РОДИНУ ВИЖУ СВОЮ…» Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. "Добрый вечер". Книга стихов.
Елена Митарчук. Русская литература, Бог, Царь и Владлена
Вера Васильевна СТЕПАНОВА лауреат премии имени Георгия Любенко
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ПРЕМИИ имени ГЕОРГИЯ (ЭРНЕСТА) ЛЮБЕНКО в номинации «Поэзия» и «Литературоведение» («публицистика») 2022 года.
Поиск национальной идеи. Стихи русских поэтов . Блок № 15. «Букет Николаю Рубцову»
Светлана Омельченко. Читальный зал им. Н.М.Рубцова
СОЗДАТЬ В МОСКВЕ МУЗЕЙ-ЦЕНТР имени Н.М. РУБЦОВА.
Информация Юрия Кириенко-Малюгина . 1. О читальном зале имени Н. М. Рубцова в библиотечном колледже г. Москвы. 25 января 2013 года в Москве в библиотечном колледже № 58
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. НА САЙТЕ «ЗВЕЗДА ПОЛЕЙ» ЛИТСТАТЬИ, ПУБЛИЦИСТИКА, ПОЭЗИЯ
Запрет абортов как путь Возрождения коренных народов России. Национальная идея России – ДЕТИ!
Сергей Порохин. Александр I Павлович (Победитель и Благословенный)
ЮРИЙ КИРИЕНКО – МАЛЮГИН. НИКОЛАЙ РУБЦОВ: «За всё Добро расплатимся Добром…». Кто «За» и кто «Против»?
В. Макеев. Фрагмент диалога-оправдания убийства Рубцова «поэтессой». Из опуса «Путник ночной звезды» (изд. «Вече», 2021 г.)
ЗАЧЕМ ВЯЧЕСЛАВ МАКЕЕВ публикует ДЕЗИНФОРМАЦИИ О РУБЦОВЕ?
Юрий Кириенко-Малюгин. ПОЭЗИЯ. РУБЦОВ. ПОИСК ИСТИНЫ. Москва. Волокославино. Вологда. Тотьма. Никольское. С.-Петербург. Раздел 1. (Главы 1-16)
Юрий Кириенко-Малюгин. ПОЭЗИЯ. РУБЦОВ. ПОИСК ИСТИНЫ. Москва. Волокославино. Вологда. Тотьма. Никольское. С.-Петербург. Раздел 2. (Главы 17-32)
АНАТОЛИЙ ШИДЛОВСКИЙ — ЯВЛЕНИЕ ПОЭТА. «ИСПОВЕДЬ» И ПОЭМА «ГОЛГОФА»
Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ПЕСНИ (ТЕКСТЫ И МУЗЫКА) 1989 -2018
Заявка Ю.И. Кириенко (Кириенко-Малюгин) на призыв в интернете «Стать лектором общества «Знание» отклонена без причины
По страницам сайта «Звезда полей», «новости» март, апрель, май 2022 года
Юрий Кириенко-Малюгин. По следам публикаций пропаганды творчества Рубцова
ИСПОВЕДАЛЬНЫЕ «ПОЭЗИИ» Михаила Попова, Геннадия Иванова и Николая Зиновьева - НЕСЛУЧАЙНЫХ ЧЛЕНОВ СПР.
По следам публикаций на сайте «Литературная Россия», litrossia.ru. Блок № 14
Евгений Евтушенко: «Я был пятым в «Битлз»!»
«Изгой», или зов русской вечности
ШУМ ФАНФАР
Литературы уже нет

26.07.22
Юрий Кириенко-Малюгин. Клеветникам России 21-го века
Юрий Кириенко-Малюгин. Защитникам России. Авторские песни
Владимир Андреев «Я РОДИНУ ВИЖУ СВОЮ…» Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. "Добрый вечер". Книга стихов
Поиск национальной идеи. Стихи русских поэтов (организаторов и лауреатов конкурсов «Звезда полей» 2002-2022) . Блок № 13
СОЗДАТЬ В МОСКВЕ МУЗЕЙ-ЦЕНТР имени Н.М. РУБЦОВА
Индивидуализм, перешедший в эгоизм, затем в эгоцентризм - высшая стадия деградации личности». Юрий Кириенко-Малюгин. 2014 г.
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. НА САЙТЕ «ЗВЕЗДА ПОЛЕЙ» ЛИТСТАТЬИ, ПУБЛИЦИСТИКА, ПОЭЗИЯ
ЮРИЙ КИРИЕНКО – МАЛЮГИН. НИКОЛАЙ РУБЦОВ: «За всё Добро расплатимся Добром…». Кто «За» и кто «Против»?
В. Макеев. Фрагмент диалога-оправдания убийства Рубцова «поэтессой». Из опуса «Путник ночной звезды» (изд. «Вече», 2021 г.)
ЗАЧЕМ ВЯЧЕСЛАВ МАКЕЕВ публикует ДЕЗИНФОРМАЦИИ О РУБЦОВЕ?
Юрий Кириенко-Малюгин. ПОЭЗИЯ. РУБЦОВ. ПОИСК ИСТИНЫ. Москва. Волокославино. Вологда. Тотьма. Никольское. С.-Петербург.
Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ПЕСНИ (ТЕКСТЫ И МУЗЫКА) 1989 -2018
Заявка Ю.И. Кириенко (Кириенко-Малюгин) на призыв в интернете «Стать лектором общества «Знание» отклонена без причины
По страницам сайта «Звезда полей», «новости» март, апрель, май 2022 года
Юрий Кириенко-Малюгин. По следам публикаций пропаганды творчества Рубцова
ИСПОВЕДАЛЬНЫЕ «ПОЭЗИИ» Михаила Попова, Геннадия Иванова и Николая Зиновьева - НЕСЛУЧАЙНЫХ ЧЛЕНОВ СПР.
АЛЕКСАНДР БОБРОВ. О самом существенном. ВАГОН И МАЛЕНЬКАЯ ТЕЛЕЖКА ЯХИНОЙ
По следам публикаций на сайте «Литературная Россия», litrossia.ru. Блок № 13
Литературный секонд-хенд
Мысли о спецоперации
По ту сторону Москвы-реки

19.06.22
Поиск национальной идеи. Стихи русских поэтов (организаторов и лауреатов конкурсов «Звезда полей» (2002-2022) . Блок № 13
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ РОССИИ – ДЕТИ!
Создать в Москве Музей-центр имени Н.М. Рубцова. Юрий Кириенко-Малюгин
Индивидуализм, перешедший в эгоизм, затем в эгоцентризм - высшая стадия деградации личности». Юрий Кириенко-Малюгин. 2014 г
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ЖЕНЩИНА В РОССИИ – КТО?
ВРАГ ИСТИНЫ И ЛОГИКИ. ТАК НАЗЫВАЕМЫЙ ЗАКОН "ХАЙЛИ-ЛАЙКЛИ". РУСОФОБИЯ. Юрий Кириенко-Малюгин
«Есть Божий суд...», повесть-предупреждение, Русофобия 1-10. «Глава 10. Дневник неслучайной информации.
ЮРИЙ КИРИЕНКО – МАЛЮГИН. НИКОЛАЙ РУБЦОВ: «За всё Добро расплатимся Добром…»
ЗАЧЕМ ВЯЧЕСЛАВ МАКЕЕВ публикует дезинформации о Рубцове?
Юрий Кириенко-Малюгин. Я был рождён аристократом Раздел II. Наше время летело, наше время плясало
Юрий Кириенко-Малюгин. Я был рождён аристократом Раздел III. Жизнь бросает то вправо, то влево. Суета со всех сторон
Юрий Кириенко-Малюгин. Я был рождён аристократом. Раздел IV. На перепутье. Жуй колбасную проблему и почаще балагурь
Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ПЕСНИ (ТЕКСТЫ И МУЗЫКА) 1989 -2018
По страницам сайта «Звезда полей», «новости» март, апрель, май 2022 года
Юрий Кириенко-Малюгин. По следам публикаций пропаганды творчества Рубцова
По следам публикаций на сайте «Литературная Россия», litrossia.ru. Блок № 13
ПЕРВЫЙ УДАР ПО БЕРЛИНУ
Писатели уходят в социальную сеть
О СТАТУСЕ ПИСАТЕЛЯ
БЛАГИЕ НАМЕРЕНИЯ. Мысли о новом детско-юношеском движении

26.05.22
Поиск национальной идеи. Стихи русских поэтов (организаторов и лауреатов конкурсов «Звезда полей» (2002-2021) . Блок № 12.
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ РОССИИ – ДЕТИ!
Юрий Кириенко-Малюгин. ИНДИВИДУАЛИЗМ в ЭГОИЗМ, затем в ЭГОЦЕНТРИЗМ — ВЫСШАЯ СТАДИЯ ДЕГРАДАЦИИ ЛИЧНОСТИ
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ЖЕНЩИНА В РОССИИ – КТО?
СЛАВЯНСКИЙ ЯЗЫК И ЕГО ДИАЛЕКТЫ. ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН
ВРАГ ИСТИНЫ И ЛОГИКИ. ТАК НАЗЫВАЕМЫЙ ЗАКОН "ХАЙЛИ-ЛАЙКЛИ". РУСОФОБИЯ. Юрий Кириенко-Малюгин
«Есть Божий суд...», повесть-предупреждение, Русофобия. 1-10. «Глава 10. Дневник неслучайной информации
Сталин. За здоровье русского народа. Тост в Кремле 24 мая 1945 года.
Юрий Кириенко-Малюгин. Заявка на издание повести «Я был рождён аристократом»
Юрий Кириенко-Малюгин. Я был рождён аристократом
ЮРИЙ КИРИЕНКО – МАЛЮГИН. НИКОЛАЙ РУБЦОВ: «За всё Добро расплатимся Добром…»
ЮРИЙ КИРИЕНКО – МАЛЮГИН. НИКОЛАЙ РУБЦОВ: 3-е издание аннотация
По страницам ПУБЛИКАЦИЙ НА САЙТЕ «ЗВЕЗДА ПОЛЕЙ» , раздел «новости»
Читальный зал имени Н. Рубцова. Разгромленная экспозиция. в колледже № 20, Щёлковское ш., 52
Русские ПЕСНИ (ТЕКСТЫ И МУЗЫКА) 1989 -2018. Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН.
ЗАЧЕМ ВЯЧЕСЛАВ МАКЕЕВ публикует дезинформации о Рубцове?
Юрий Кириенко-Малюгин. По следам публикаций пропаганды творчества Рубцова
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. Публикации по темам “НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ РОССИИ и ТВОРЧЕСТВО РУБЦОВА"
По следам публикаций в «Литературной России», litrossia.ru. Блок № 12
КОГО СЕГОДНЯ МОЖНО СЧИТАТЬ ЗНАМЕНИТЫМ ПОЭТОМ?
О СТАТУСЕ ПИСАТЕЛЯ

19.04.22
Поиск национальной идеи. Стихи русских поэтов (организаторов и лауреатов конкурсов «Звезда полей» (2002-2021) . Блок № 11.
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ЖЕНЩИНА В РОССИИ – КТО?
«Есть Божий суд...», повесть-предупреждение, 2012., 1-9. Глава 9. Калейдоскоп информации.
«Есть Божий суд...», повесть-предупреждение, Русофобия 1-10. «Глава 10. Дневник неслучайной информации.
Речь Сталина 9 мая 1945 г.
Сталин. За здоровье русского народа. Тост в Кремле 24 мая 1945 года.
Юрий Кириенко-Малюгин. Заявка на издание повести «Я был рождён аристократом».
Юрий Кириенко-Малюгин. Я был рождён аристократом.
Глава 43. Читальный зал им. Н.М. Рубцова. Колледж № 58 (с 2014 года — площадка № 5 колледжа № 20). Экспозиция НКО «Рубцовский творческий союз», январь 2013 г.
Глава 44. Поэтический сборник «Добрый вечер», 2013. Кириенко-Малюгин.
Глава 47. Гоголь – основоположник литературоведения России (обзор поэзии середины 18-го – начала 19-го веков).
Глава 48. Вечер-концерт к 80-летию Н. М. Рубцова в Российской Государственной библиотеке (Ленинской)
Глава 49. Московские ежегодные конференции «Рубцовские чтения» с 2006 года. Библиография базовых авторских изданий.
Глава 50. Пишите белыми стихами. Пародии, сатира, юмор. Юрий Кириенко-Малюгин.
О русском языке, логике, законе «хайли-лайкли», о Николае Рубцове
Читальный зал имени Н. Рубцова. Разгромленная экспозиция. в колледже № 20, Щёлковское ш., 52.
Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ПЕСНИ (ТЕКСТЫ И МУЗЫКА) 1989 -2018
ЗАЧЕМ ВЯЧЕСЛАВ МАКЕЕВ публикует дезинформации о Рубцове?
Юрий Кириенко-Малюгин. По следам публикаций пропаганды творчества Рубцова
Исповедальные «поэзии» неслучайных членов СПР. Юрий Кириенко-Малюгин
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН . «ПО ДОРОГЕ ВЕЧНОЙ»: ПЕСНИ И СТИХИ.
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ШУТКИ
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. Публикации по темам “НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ РОССИИ и ТВОРЧЕСТВО РУБЦОВА 
Вера Васильевна Степанова — Лауреат поэтической премии имени Георгия (Эрнеста) Любенко.
По следам публикаций в «Литературной России», litrossia.ru. Блок № 12
А судьи кто?

19.03.22
Поиск национальной идеи. Стихи русских поэтов (организаторов и лауреатов конкурсов «Звезда полей» (2002-2021). Блок № 11.
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ЖЕНЩИНА В РОССИИ – КТО?
«Есть Божий суд...», повесть-предупреждение, 2012. Русофобия 1-8: Глава 8. «Цветочный крест» — – настольная книга для любознательных или инструкция для озабоченных?
«Есть Божий суд...», повесть-предупреждение, 2012., 1-9. Глава 9. Калейдоскоп информации.
«Есть Божий суд...», повесть-предупреждение, Русофобия 1-10. «Глава 10. Дневник неслучайной информации.
Из папки файлов «Дневник» Владимира Михайловича (Вл.Мих.) интернета (поиск Аллен Даллес доктрина): Окончится война, всё утрясётся и устроится. И мы бросим всё, что имеем, всё золото, всю материальную мощь на оболванивание и одурачивание людей
Враг Истины и Логики. Так называемый закон "хайли-лайкли". Русофобия
Юрий Кириенко-Малюгин. Заявка на издание повести «Я был рождён аристократом».
Юрий Кириенко-Малюгин. «Я был рождён аристократом...» (повесть)
Глава 42. Повесть-предупреждение «Есть «Божий суд...», 2012. Барьеры на пути публикации. «А братик меня защитит».
Глава 45. Методика оценки и критерии народности поэзии. 2014. Кириенко-Малюгин
Глава 46. Ведущий научный сотрудник (2009-2016 гг.). ВНИЭСХ - флагман электрификации и автоматизации сельского хозяйства РФ.
Критерии оценки народности поэзии. Глава 8. Ю. Кириенко-Малюгин
О русском языке, о Николае Рубцове на сайте «Звезда полей», раздел «новости» от 18.02.2022.
Читальный зал имени Н. Рубцова. Разгромленная экспозиция. в колледже № 20, Щёлковское ш., 52
Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ПЕСНИ (ТЕКСТЫ И МУЗЫКА) 1989 -2018
КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ЗАЧЕМ ВЯЧЕСЛАВ МАКЕЕВ публикует дезинформации о Рубцове?
Юрий Кириенко-Малюгин. По следам публикаций пропаганды творчества Рубцова
Исповедальные «поэзии» неслучайных членов СПР. Юрий Кириенко-Малюгин
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ШУТКИ
Владимир Андреев. О поэзии Веры Степановой
Вера Васильевна Степанова — Лауреат поэтической премии имени Георгия (Эрнеста) Любенко
Вера Степанова. Стихи детям
Россия исправляет ошибки большевиков
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. Публикации по темам “НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ РОССИИ и ТВОРЧЕСТВО РУБЦОВА ”

18.02.22
Поиск национальной идеи. Стихи русских поэтов (организаторов и лауреатов конкурсов «Звезда полей» (2002-2021) . Блок № 10.
Владимир Кучерь. Истоки русского языка
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ЖЕНЩИНА В РОССИИ – КТО?
Юрий Кириенко-Малюгин. Славянский язык и его диалекты.
Владимир Фомичев. Прозрение Николая Рубцова
ВЛАДИМИР ФОМИЧЕВ. КНИГА О НИКОЛАЕ РУБЦОВЕ.
Читальный зал имени Н. Рубцова. Разгромленная экспозиция. в колледже № 20, Щёлковское ш., 52.
Юрий Кириенко-Малюгин. «Я был рождён аристократом...» (повесть)
Глава 35. Дизайн-календари в формате А3 (42,0 см х 59,7см) под девизом «Николай Михайлович Рубцов — русский национальный поэт». 2003-2011
Глава 36. Исповедь и поэма «Голгофа». Анатолий Шидловский — явление Поэта.
Глава 37. Впереди родимый край. Юрий Кириенко-Малюгин. Стихи и песни. 2008 год.
Глава 38. Альманах «Звезда полей» 2009. Авторы. Конференция -2009. Лауреаты
Глава 39. Редактор-составитель. Альманахи «Звезда полей» и книги лауреатов. Тайна гибели Николая Рубцова. Период 2007-2013
Глава 40. Юрий Кириенко-Малюгин. Николай Рубцов: «Звезда полей горит, не угасая...». 2011
Глава 41. Лада V. Одинцова. Литинститут. Рубцов, Передреев, Кузнецов. Заезд в Россию в декабре 2012- январе 2013 года
Юрий КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ПЕСНИ (ТЕКСТЫ И МУЗЫКА) 1989 -2018
КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ЗАЧЕМ ВЯЧЕСЛАВ МАКЕЕВ публикует дезинформации о Рубцове?
Юрий Кириенко-Малюгин. По следам публикаций пропаганды творчества Рубцова
Исповедальные «поэзии» неслучайных членов СПР. Юрий Кириенко-Малюгин
По следам публикаций в «Литературной России», litrossia.ru. Блок № 10
Что сегодня происходит с литературой в России?
ОДИН ШИШ Кто торпедирует создание Фонда поддержки отечественной литературы
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. Публикации по темам “НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ РОССИИ и ТВОРЧЕСТВО РУБЦОВА "
ЮРИЙ КИРИЕНКО-МАЛЮГИН. ШУТКИ
Анатолий Шидловский (1948 -2006). Голгофа (поэма)
 

Юрий Кириенко-Малюгин. Я был рождён аристократом Раздел II. Наше время летело, наше время плясало.

Глава 4. На первом перепутье. Конструктором,  в науку и из науки.  Июль 1959 года — октябрь  1968 года
 
По московским дворам, по московским заборам
Мы гоняли судьбу от ворот до ворот.
И летала судьба по московским просторам,
И бежала от нас за крутой поворот.
 
Наше время летело! Наше время плясало!
Наше время не знало, куда хитрость ведёт!
Нам порою казалось, что времени мало,
И казалось в пути, что вот-вот повезёт.
 
– Время! Время, постой! Не спеши, наше время!
Мы ещё не успели сказать о себе!
– Все победы и беды никто не отменит, –  
Это правда о нашей летящей судьбе!
 
4.1. За кульман конструктором. Июль 1959 — сентябрь 1961
 
  Кратко об истории кульмана, на котором мы начали работать.
Ку́льман — чертёжный прибор пантографной системы в виде доски, установленной вертикально или под углом. Согласно имеющимся сведениям, автором одноимённого чертёжного прибора и основателем одноимённой фирмы является Франц Кульман. Из интернета.
  «Кульман — прецизионное устройство, обеспечивающее возмож-ность проведения прямых линий заданной длины под любыми углами в плоскости чертёжной доски. Используют прибор пантографного типа, состоящий из системы рычагов, соединённых шарнирно в виде параллелограмма, либо координатного типа, имеющий два взаимно перпендикулярных профиля, по которым перемещаются каретки. Система параллелограммов и одна из кареток снабжены делительной (угломерной) головкой с двумя взаимно перпендикулярными масштабными линейками. Линейки могут иметь разный масштаб и различную длину — горизонтальная обычно 500 мм, вертикальная 300 мм. Линейки изготовляют из пластмассы, армированной метал-лом, или из стального тонкостенного профиля. Конструктор обычно левой рукой  держит  головку прибора и перемещает  её  с  линейками
 
103
по плоскости чертёжной доски. Головка имеет возможность  поворота  на задаваемый конструктором угол и  обеспечивает точность отсчёта угла до 5' (с фиксацией угла поворота головки через 15° либо в любом положении). Головка имеет две шкалы отсчёта (прямую и обратную) и приспособление для их смещения, чтобы выполнять построение проекций под углом. Прибор снабжён тормозом для фиксации положения головки (для проведения заданной линии на чертеже), для поворота от плоскости доски на 90°, приспособлениями для юстировки линеек, установки штриховальных приборов. Применялись различные системы кульманов и их размеры, вплоть до размеров доски 1250 мм  х 2000 мм.
   Кульман диктовал технологию проектирования — в качестве основы для проектирования использовался прикреплённый к кульману лист бумаги, следовательно разработка велась в отдельных плоскостях: вид спереди, вид сбоку, вид сверху. В то же время новая система автоматическиго проектирования (САПР) позволяет проек-тировать сразу в трёх измерениях, в том числе, применяя обратный подход, начиная разработку трёхмерной модели (инструмента, штампа, механизма) и затем создавая отдельные чертежи для конкретной плоскости и отдельного вида на компьютерах. До появления САПР на базе персонального компьютера кульман не имел альтернативы, являясь неотъемлемым элементом деятельности для инженеров-конструкторов, проектировщиков, чертёжников». 
    В данный момент уровень использования кульмана как средства проектирования на предприятиях России резко снизился, поскольку САПР значительно сокращает сроки разработки и при достаточном уровне подготовки конструктора несоизмеримо облегчает его работу.
    На мой взгляд, система САПР требует применения дорогостоящих экранов большого диаметра для получения реальных визуальных раз-меров узлов и тем более среднегабаритной машины в целом. Поэтому многие конструкторы ещё используют кульманы с целью получения наглядных размеров общих видов ключевых узлов.
  Мы, инженеры-механики пищевой промышленности, попали на работу в лабораторию вакуумного машиностроения — фактически в конструкторское бюро «почтового ящика» (как тогда называли предприятия закрытого типа, в том числе электронной промышленности) завода полупроводников, которое располагалось тогда в одном из двухэтажных зданий Бакунинской улицы.
 
104
  Кратко технический ликбез для читателей, в основном, гуманитарного профиля. В те  50-е годы приёмники, магнитофоны и бытовая электротехника были сконструированы на базе электроламп различного назначения, схемы и конструкции громоздкие. Тогда в СССР, как и во всём мире шла так назывемая техническая революция. И в СССР сталинское руководство держало пульс на непрерывном техническом прогрессе. Для коренной модернизации требовался переход на малогабаритные конструкции электронных комплек-тующих приборов как оборонного назначения, так и бытового.
    У всех на слуху метро «Электрозаводская», которое получило название от рядом расположенного электролампового завода. На котором кстати изготавливали первые телевизоры СССР. Я был по роду работы на том заводе в 60-е годы. Видел, как кинескопы телевизоров — электронно-лучевая трубка, на которой появляется телевизионная картинка, красили вручную. Это уже тогда было анахронизмом.
    Полупроводники — материалы с двойными свойствами, то есть в определённых условиях это проводники электрического тока, в других «тормоза» тока. В природе есть естественные химические элементы, материалы с такими свойствами, в частности кремниевые. Применяются для создания микросхем. Интегральной микросхемой называют совокупность большого числа взаимосвязанных элементов – транзисторов, диодов, резисторов, соединительных проводников, изготовленных в едином технологическом процессе.
   По функциональному назначению полупроводниковые диоды делятся на выпрямительные, импульсные, стабилитроны, фотодиоды, светодиоды и т. д. Выпрямительные диоды предназначены для преобразования переменного тока в постоянный. Импульсные диоды предназначены для работы в цепях формирования импульсов напряжения и тока. Стабилитроны предназначены для стабилизации напряжения.  
    Вакуумная техника применялась и применяется для создания среды, в которой методом распыления различных металлов и сплавов производилось нанесения на платы схем с  заданными параметрами и характеристиками. Мы были в определённой технологической  линии, которая базировался на использовании вакуумных насосов. Надо признать, что руководство страны, тогда СССР, взяло курс на высшее  техническое     образование,  и   инженеры-конструкторы  разработали
 
105
— создали новейшие по тем временам серийные  вакуумные насосы, необходимые для земных и космических исследований. Мы конструировали на наших советских удобных в работе кульманах.
    С нами рядом работали инженеры годичного и двухгодичного срока выпусков из элитных Московского энергетического института и Московского Высшего технического училища им. Баумана. Кстати, оба института расположены территориально в районе метро «Бауманская», рядом с предприятиями электронной и энергетической промышленности. Мы, выпускники, механики пищевого института по знаниям были не ниже инженеров из этих престижных Вузов. Установки, которые мы конструировали были, в основном, на базе статической и динамической механики и не представляли собой особой сложности для нас. Но любая деталь конструкции имеет параметры для изготовления, знания по которым универсальны, что в энергетическом, что в пищевом, что в текстильном машиностроении. В обеденные перерывы играли в шахматы, в резуль-тате после проигрышей сотрудники  «элитных» институтов меня и нас стали уважать.
    В сентябре того 1959 года я со второй получки купил в комиссионном магазине бытовой магнитофон марки «Днепр-9» за 1000 рублей (цена до реформы 1961 года). Привожу характеристики магнитофона.
    Из википедии: «Модель 1956 года, первый из «Днепров» с двухдорожечной записью и лентой на катушках, и вообще первый советский серийный двухдорожечный магнитофон (до того двухдорожечным и были только магнитофонные приставки к проигрывателям) [2]. Конструктивно представляет собой модерни-зацию «Днепра-5». Скорость ленты 19,05 см/с, частотный диапазон 50—8000 Гц на самой качественной на момент выпуска аппарата ленте — советской «тип 2» или СН производства ГДР. При использовании катушек № 18 (350 м ленты) длительность записи на одной дорожке — 30 мин. Номинальная выходная мощность 2,5 Вт. Габариты 510×350×320 мм. Масса 28 кг».
    К магнитофону прилагался штекерный микрофон для звуковой записи. К тому времени у меня был огромный радиоприёмник с несколькими диапазонами приёма радиостанций. По вечерам я ловил музыку западных станций и записывал её на катушки магнитофонных лент. Жизнь у меня стала весёлой. Друзья: Эдик Орехов со второго этажа, живущие  рядом Сергей Петкевич, Юрий Загродский  и  Сергей
 
106
Михеев с Октябрьского поля, приходили в любое время. Мы сбрасы-вались по рублям. По выходным садились втроём-вчетвером за бутылкой красного вина объёмом 0,75 л. Чтобы не было скучно, я обычно составлял программу типа: «Сегодня мы находимся на берегу Нила. Подплывает крокодил. И говорит: «Привет!». Кто-то из друзей тут рявкает по-крокодильи. Комментирую дальше: «А вот к нам подо-шёл знакомый лев за колбаской». Михеев здесь импровизирует: «Пошёл вон отсюда. Самим мало». В общем, получалась дурь самобытная. Я продолжаю: «А сейчас к нам подходит друг из племени «Тумбо-юмбо». Исполнит свою любимую песню. И Эдит (это была его роль) затягивает: «Как умру я, умру, похоронят меня. И никто не узнает, где могилка моя». И мы, уже подогретые, затягиваем, припев: «И никто не узнает, где могилка моя». Такой, как бы, песси-мизм. Продолжаю программу: «А сейчас у нас в гостях ковбой Джо. Он споёт песню любимую». Юра Загродский начинает свой «шлягер»:
 
Хорошо в степи скакать,
свежим воздухом дышать.
Лучше прерий места в мире не найти...
Парабу-да, парабу-да-бу-да!
Сверху солнышко печёт
и лошадка не трясёт,
И пивные попадаются в пути.
 
И мы хором припеваем:
Эй-го! Эй-го! Эй-го! Эй-го!
Если только конь хороший у ковбоя!
Эй-го! Эй-го! Эй-го! Эй-го!
Всё равно найдет он счастие своё!
 
А Юра Загродский продолжает:
 
Мы ворвёмся ночью в дом
и красотку украдём,
Если парня не захочет полюбить.
Но зачем такая страсть,
Ну зачем красотку красть,
Если можно её так уговорить.
 
107
     И мы хором орём припев....
     Тогда с осени 1959 года и далее два-три года мы пели и без гитары, но под «красное» «интеллектуальные» песни. Одна из них была песня Александра Галича (как оказалось). Тогда мы не интересовались, кто автор, это было не главное. А пели песню «технарей» - технических специалистов, которыми мы себя считали. По тексту, по памяти:
 
«Думаем с товарищем: Ну и ну…
Ноги, словно ватные, и всё в дыму…
Думаем, нуждаемся в отдыхе,
Что-то непонятное в воздухе.
 
Взяли «Жигулевского» и «дубняка»
Третьим пригласили мы истопника.
Дернули, добавили еще раза,
Тут нам истопник и открыл глаза.
Да на ужасную историю,
Про Москву и про Париж,
Как наши физики проспорили
Да ихним физикам пари…
Всё на этом шарике вкривь и вкось,
Всё на этом шарике да набекрень…
А что вы себе думаете: День? То ночь!
А что вы себе думаете: Ночь? То день!
 
И рубают финики лопари,
А в Сахаре снегу невпроворот,
Это гады-физики на пари
Раскрутили шарик наоборт.
А там, где полюс был, там тропики,
А где Москва - Нахичивань…
А что мы люди, а не бобики,
А им на это наплевать…
Кончил ту историю истопник,
Вижу мой товарищ ну буквально сник…,
Раз такое дело, то гори огнём…
Нынче мы малярничать не пойдём.
 
 
108
И лечусь «Столичною» лично я,
Чтобы мне с ума не тронуться,
Истопник сказал «Столичная»
Очень хороша от стронция…
 
И то я верю, то не верится,
Что минует та беда…
А шарик вертится и вертится,
И всё время - не туда!
 
   Однако не всё было у нас однообразно. Иногда я создавал дискуссию, как импровизацию спора двух приятелей. На диспут, например: В чём состоит счастье? И каждый свободно под микрофон высказывался. В основном, все сводилось к желанию встретить красивую девушку, которая тебя бы понимала. Правда, в чём это понимание заключалось, ответа не было. Но главным признавалось презрение к барахлу. В то время ещё не было бардовских песен, ни Окуджавы, ни Высоцкого, ни Талькова, ни Пугачевой. Но  звучали песни Фатьянова. Эстрада только начиналась. Знали мы и полублатные песни типа «Мурка», только в порядке шутки, потому что не были мы - никакие блатные. Но эту послевоенную среду знали. Не знаю, правда, как говорится с какого бодуна, но пели даже «В кейптаунском порту с Жанеттой на борту...». А на следующей встрече мы прослушивали по желанию записанную галиматью.
   Магнитофон иногда ломался и мне приходилось чинить ленто-протяжный механизм. Залезал с отвёрткой в корпус и регулировал пружину натяжки. Дисковые кассеты я покупал в магазинах и записывал музыку с приёмника.
    Поскольку  я жил на первом этаже нашего двухэтажного дома-барака, то выставлял в окно магнитофон и дарил музыку на всю улицу по глупости. Никто, правда,  не возражал. Напротив нашего дома тогда в середине 50-х построили пятиэтажноый дом, в который поселили многих футболистов команды «Спартак».
   В районе центром культуры стал с 1959 года кинотеатр «Ленинград». Из интернета: «Это был — одноэкранный кинотеатр в районе метро «Сокол», на Новопесчаной улице, на территории бывшего Московского городского Братского кладбища героев Первой мировой   войны,   превращённого   в  парк  в  1932 году.   При   рытье
 
109
котлована под кинотеатр были извлечены останки солдат. Согласно распространённой легенде, кинотеатр был построен на месте снесённого храма Спаса Преображения на Братском кладбище[3], однако это не соответствует действительности. Храм располагался примерно в 240 метрах восточнее в середине нечётной стороны улицы Луиджи Лонго[4].»
   Из интернета: «Кинотеатр был открыт 13 января 1959 года [5][1] показом фильма «Кочубей»[5]. «Ленинград» был одним из первых кинотеатров Москвы, построенных в современной для того времени форме «коробки»[6], а также восьмым по счёту широкоэкранным кинотеатром столицы[5]. Облицовка здания красным и белым кирпичом образует сетчатый рисунок, напоминающий орнамент Дворца дожей в Венеции[7]. Над входом находится большая ниша, предназначенная для размещения афиш кинофильмов. Стеклянная «обрезка» в нижней части здания придаёт ему лёгкость и создаёт ощущение, что основной объём висит над пустотой[6]. В верхней части стен — круглые окна-люкарны. В кинотеатре было более 1000 мест [2][5], когда показывали обычные фильмы, и около 900, когда демонстрировали широкоэкранные. Экран кинотеатра имел ширину 18 м и высоту 7 м [8]. Было установлено три современных советских кинопроекционных аппарата, которые позволяли показывать как обычные, так и широкоэкранные фильмы [1]. В кинотеатре также имелись удобный вестибюль, большое фойе, читальня и буфет[5]. В 1980-х годах в кинотеатре действовало 9 киноклубов и кино-лекториев, среди которых «Клуб автолюбителей Ленинградского района» (киношкола автолюбителей) и «В мире кино»[2].
   В 2013 году кинотеатр был продан Москвой компании «Люксор Интертеймент» за 200 млн руб[12]. Тогда же появились планы реконструкция кинотеатра под культурно-просветительские цели в связи с его убыточностью. При этом планировалось увеличить площадь здания с 2625 м² до 5600 м² и устроить парковку[13]. Многие местные жители и градозащитники выступили против реконструкции, поскольку это могло нарушить историческую аутентичность района. Кроме того, кинотеатр расположен на территории бывшего Братского кладбища, имеющей статус объекта культурного наследия регио-нального значения[12], а строительство торгового центра бо́льшей площади неизбежно привело бы к вскрытию захоронений[14]. 30 июня  2014    года  проводился  митинг  против  сноса   кинотеатра    и
 
110
строительства на его месте торгово-развлекательного центра [15]. Звучали предложения перепрофилировать кинотеатр в музей Первой мировой войны. Против сноса кинотеатра было собрано около 7 тысяч подписей[12]. В августе 2014 года, когда отмечалось 100-летие начала Первой Мировой войны, московские власти отозвали проект строительства ТРЦ на месте кинотеатра «Ленинград». Моском-архитектура поручила департаменту городского имущества Москвы «подготовить предложения по разработке альтернативной схемы решения вопроса»[16]. Весной 2017 года кинотеатр лишился неоновой вывески на фасаде.
   По данным на 2020 год, кинотеатр принадлежит АО «РЭМ». Компания планировала к августу 2021 года реконструировать здание, открыв в нём «культурно-досуговый центр с сохранением функции кинопоказа»[17]. 9 марта 2021 года в кинотеатре произошёл пожар. Было обнаружено два очага возгорания: в подвале и на третьем этаже. Не исключается версия поджога[18].”
     В конструкторском бюро работа шла по годовому плану. Мне дали на разработку установку для покрытия какой-то стеклянной сферы напылением какого-то  неизвестного материала. Базой установки был герметичный стальной корпус и горизонтальная площадка, на которой размещали объект для напыления. Рядом стоял распылитель типа тигель. В полости корпуса откачивали воздух вакуумным насосом. Потом включали блок нагрева распылемого материала до высокой температуры. Материал распылялся, летел во все стороны и попадал на заданную поверхность. Вакуумный насос отключали. Камеру снимали или поворачивали на шарнире, вынимали полученные заготовки. Это  рассказ о технологическом процессе.
    Следующей моей разработкой была установка для изготовления ёлочных игрушек. В камере сконструировал поворотную платформу, на которой установил оси-штыри. На последние одевали стеклянные игрушки. Процесс технологически тот же. Откачивали воздух, созда-вали вакуум заданной величины, включали вращение платформы с игрушками, включали тигель, металл испарялся и покрывал поверх-ности игрушек. Получали однотонную цветную поверхностть.
    Инженеры рядом создавали какие-то конструкции, в том числе для электронной техники оборонного направления. Мы никогда не под-сматривали, чем кто занимается. Это было не принято, хотя нас никто не  предупреждал. Потому  что  понимали,  что   работаем в  закрытой
 
111
системе. В общем, нам не требовалось знать тонкости электронной техники. Технологии задавали и задают физики-электронщики. Мы создавали стационарные установки с несложными для нас конструкциями вращения для напыляемых объектов в вакууме. 
   Получали мы оклад инженера, который составлял 1000 рублей в месяц, что было больше оклада инженера примерно 800 рублей в пищевой промышленности. Плюс по итогам квартала нам давали премии, 20-40% к окладу, то есть 200-400 рублей. Эти деньги распределял начальник отдела по рекомендации руководителя каждой бригады конструкторов.
   Через два месяца после начала работы в этом КБ, руководитель группы сообщает, что сегодня комсомольское собрание. Я говорю, что не комсомолец. Тот несказанно удивился. Сообщает, что даёт мне рекомендацию. Хотя было известно по уставу, что рекомендующий должен знать своего кандидата не менее года, т. е. я должен был ещё отработать этот срок. Но руководитель, кстати, молодой инженер из МЭИ, старше меня лет на пять, заявил, что это не главное и ещё одну рекомендацию пусть даст мне кто из моих друзей, которые комсомольцы и знают меня более пяти лет по институту. Таким образом, с рекомендациями я приехал в райком, передал документы. В коридоре Бауманского райкома комсомола стояли четырнадцати — пятнадцатилетние школьники и школьницы и я, взрослый дядя. Члены приёмной комиссии райкома, когда я вошёл, очень удивилась. Задавали вопросы не по Уставу, а почему ранее не вступал в ВЛКСМ. Ответил, что в школе со мной никто не говорил по этому поводу. И в институте. Сам я не писал заявления, мне было как-то неудобно. На вопросы, чем занимался в инстутите, ответил, что играл за сборные в шахматы и в баскетбол, участвовал в самодеятельности. После этих ответов мне объявили о принятии в ВЛКСМ. Поблагодарил и удалился. Вот такая ситуация.
     Профессию конструкторскую я и мои друзья освоили. К нам не было никаких претензий. В то время у меня и друзей было желание увеличить заработки. Через год мы пошли по округе. Я увидел рядом в районе улицы Почтовой афишу: требуются конструкторы. Предприятие тоже было «почтовый ящик». Зашёл в отдел кадров. Представился. Проработал я там месяц, с 5-го августа по 6 сентября 1960 г. и ушёл, так как после испытательного срока мне срезали оклад с предложенного 1200 до 1000 рублей.
 
112
   Перешёл с 7-го сентября  на другое предприятие — «закрытое» ОКБ-2, которое расшифровывается как Особое КБ по специальным конструкциям. Вышел какой-то руководитель, переговорили и он, узнав, что я разрабатывал, предложил перейти на оклад 1300 рублей старшим инженером-конструктором опять с месячным испытатель-ным сроком, тогда это была обычня практика. Проверка месячная ведётся по линии госорганов на доверие, как тогда требовалась, мне не нужна была, т. к. у меня уже была вторая форма допуска к секрет-ным работам по предыдущим предприятиям.
 Я перешёл. Мои друзья остались в КБ на заводе полупроводников. Эти события проходили до денежной реформы, которая была объявлена  1-го января 1961 года  по плану Хрущёва, аналогичному планам Сталина по изъятию «теневых» накоплений торговой мафии.
    На новой работе дали кульман производства ГДР, которыми оснащали это специальное ОКБ-2. Сначала получил несложное задание, которое быстро выполнил. Но через месяц испытательного срока мне сообщили, что дают оклад 1100 руб вместо 1300, да ещё с понижением в должности до простого инженера. Я обиделся и решил, что работать здесь не буду. Сразу уходить не захотел, т. к. получа-лась уже беготня с одного на другое предприятия за «длинным» рублём. Это было близко к истине. Решил поработать целый год, набраться знаний, а потом решать, где и за что работать.
    Дали мне сложное задание. Конструировать узел в автоматическую линию, передача какой-то плоской подложки из одной секции в другую. Надо сказать, что конструкция базировалсь на знаниях теории машин и механизмом. Пришлось думать. Создал кулису - «руку», на которой располагался барабан с ячейками, который надо было повернуть и установить на новую позицию, в автоматическую линию. Нарисовал и рассчитал кулачковый механизм. Кроме того, надо было подавать подложки в каждую ячейку барабана, да и потом вращать на каждую новую позицию. Всё расписывать не буду. Но свой узел я сделал во время и без дополнительного привода. Вот это была автоматика на базе механики. И за полученные знания —  «спасибо» кафедре «Теория механизмов и машин» МТИПП. К новому году чертежи с полной деталировкой, то есть размерами, допусками и посадками, чистотой обработки деталей для изготовления в механических цехах я сделал. После 1-го января 1961 года вышел приказ перевести  меня  на  должность  старшего  инженера с окладом
 
113
120 руб. (это уже по денежной реформе 1 к 10 от 1961 года). Старший инженер в «почтовом ящике» - через полтора года после института. Это льстило. Но я уже ранее обиделся. А события шли своим чередом.
   12 апреля 1961 года, ранним утром, мощная ракета-носитель вывела на орбиту космический корабль "Восток" с первым космонавтом Земли — гражданином Советского Союза Юрием Гагариным на борту. Этот день навсегда вошёл в историю человечества.
     Мы узнаём эту новость по радио с позывными "Широка страна моя родная" и торжественно-тревожный голос Левитана. В воспомина-ниях Юрий Левитан сообщал, что он с трудом сдерживал слезы 2 раза в жизни — когда объявлял о безоговорочной капитуляции Германии  9 мая 1945 года и когда Гагарин в космос полетел.
    Мы, в то время инженеры-конструкторы закрытой организации, чувствовали причастность к этому событию наших руководителей, старших по возрасту и знаниям конструкторов и исследователей закрытых предприятий России и СССР.
    Наступает лето 1961 года. Мы встречаемся часто после работы с институтскими друзьями. Тогда нас, меня и Мишку Башкирова осеняет желание поехать за границу, то есть тогда в ГДР. Сергей Михеев сразу отказывается, у него есть невеста и желание жениться. По специальности военной мы были интендантами при звании «младший лейтенант», присвоенной перед окончанием института в связи с прохождением курса военной подготовки. Мы навели справки, направились каждый в «свой» районный военкомат и напросились на работу в ГДР по военной специальности. С нас потребовали характеристики. Я получил две положительных характеристики: из отдела КБ завода полупроводников и ОКБ-2, а Мишка Башкиров от КБ завода полупроводников. Задерживать нас руководители не стали. Хотя мне было неудобно, особенно перед зав. отделом первого моего КБ. Мы передали характеристики в военкомат и через две недели нам сообщили о разрешении на выезд в ГДР.
     В то время у меня была девушка Виктория, которой было тогда 18 лет, и жила она рядом за окружной железной дорогой. Вика поступала в пищевой, но не прошла по конкурсу. Одному, без жены, я ехать не захотел. Было известно, что жену к мужу в ГДР посылали только через полгода после работы за границей. Почему было такое указание, не знаю. Я предложил Вике выйти за меня замуж и поехать затем в Германию.   Она  отказалась.  Причём   заявила:  «Ты   езжай,  я   здесь
 
114
подожду. А ты мне присылай туфли, кофточки». И назвала ещё что-то другое — по моему мнению, барахло. Я подумал и сообщил в военкомат, что не поеду, остаюсь работать инженером в СССР. С Викой я сразу же расстался. Мы встретились с ней совсем случайно в Ялте каким-то летом, кажется, в 1974 году. В ресторане. Разговорились за танцем. Она сообщила, что пошла в пищевой институт лаборанткой, через год поступила на заочное отделение, которое и окончила. Сейчас поступила в аспирантуру в пищевом и работает преподавательницей. Я работал тогда в НИИ. Эта встреча состоялась через 13 лет, я был тогда женат. Она не замужем, развелась. Вика  радостно сообщила подруге, что вот тот Юра, который хотел на мне жениться, а я отказалась. «Дура», — сказала ей подруга. На том мы и расстались. Навсегда.
     А Мишка Башкиров поехал в ГДР  на хорошие деньги, на немецкие  марки и наши рубли. Через год мы встретились полуслучайно. Он сказал, что деньги были неплохие. Но однажды до приезда жены он гульнул где-то с немкой. Его, конечно, вычислили и в 24 часа выслали из Германии. Теперь он пошел работать на какой-то электронный завод. У него были вообще-то радионаклонности. И мы расстались, каждый пошёл своей дорогой.
    После эпопеи с поездкой в ГДР я работал в ОКБ-2. Однажды шёл случайно от м. Октябрьское в сторону парка культуры им. Горького и меня окликнула шапочно знакомая мне тогда Тамара Рождественская. В то время с ней встречался и в неё влюбился Сергей Михеев. Тамара работала рядом с метро в трёхэтажном здании и рассказала о своей работе. Это был конструкторский отдел закрытого предприятия, по факту НИИ вакуумной техники, которое затем в 1966 году и получило это наименование. Она посоветовала мне перейти на новую работу. Это было НИИ высшей категории в электронной промышленности и там простой по званию инженер получал оклад 140 рублей. Я сразу согласился и подал документы — трудовую книжку и анкету в отдел кадров. Поскольку по сведениям из трудовой книжки видно было, что я работал инженером в лаборатории вакуумного машиностроения КБ завода полупроводников и имел вторую форму допуска, то меня после короткой проверки пригласили на работу. 10 октября 1961 года я принят в конструкторское бюро НИИ вакуумной техники, тогда временно работавшее у метро  «Октябрьская».
      Прим. 1. При написании  повести  я  неоднократно   пересматривал
    
115
архив, в котором сохранились первые стихи, тексты рассказиков, интермедий и даже обнаружил повествование о годах жизни на улице Кипренского после института, юношеский небольшой рассказ для журнала «Юность» на 6-и размашистых страницах, написанных на основе жизненных авторских и с друзьями событий и ситуаций. Засвидетельствованных ещё перьевой ручкой с синими чернилами и иногда карандашом. В те студенческие годы (1954 — 1959)  ещё не было шариковых ручек. Привожу ниже в тексте, ничего не добавляя, а только слегка корректируя явные стилистические огрехи. Иногда это будут разрозненные рассказы-воспоминания. Мне они интересны. Может быть и для читателя (стр. 1-6, перо синих чернил). Рассказ.
        Повесть в повести . 1960 — 1961 гг.
                    Таня                                           
    Они познакомились на пляже. Конечно, не случайно, по крайней мере со стороны Сашки. Он долго и упорно наблюдал за девушкой в строгом синем купальнике. Она была среднего роста, имела точёную гимнастическую фигуру. Лицо её нельзя было назвать красивым, но Сашка никогда не гнался за красотой. Ему больше нравились не форма, а содержание.
   Таня играла в волейбол в одной случайно образовавшейся кампании. Увидев свою Мечту, Сашка вошёл в кампанию, играл по мере сил и способностей. Стараясь сохранить нарочитую небрежность, доставал падавшие на землю и летящие в сторону мячи. Это ему часто удавалось, хотя Сашка не был воспитан в воллейбольных традициях. Но он был баскетболист первого разряда и временами в случайных играх неплохой футболист, и как разносторонний, полностью отдающийся любой игре спортсмен. Ему хотелось понравиться. И у него почти всегда и почти всё получалось здравым, полезным и потому красиво. Известно: «Порядок бъёт класс!» и Сашка не прыгал выше головы своей, зная этот принцип.
    У девушки были тяжёлые пепельного цвета косы. Причёска была чисто русской, но некоторые завитки говорили о том, что она следила за модой. Серые глаза её смотрели прямо в упор, словно спрашивали, кто ты такой и с чем тебя едят. Сашку это несколько смущало. Хотя он уже прошёл студенческие годы, по образованию инженер, значит, во многом разбирающийся.  В том числе и во внешнем  виде и в характере девушки.  Для своих 23-х лет ему пора было бы и не смущаться.
 
116
    Когда кампания распалась также быстро, как и собралась, Сашка предложил девушке окунуться и познакомиться. Та без жеманности согласилась.
     С пляжа они вместе возвращались домой в сторону Сокола. Сашке  сразу понравилось, что девушку звали Таня. Вообще ему нравились ещё два имени: Аня (так звали его ушедшую на тот Белый Свет маму) и Вера. Остальные он недолюбливал в той или иной мере, потому что они были связаны с характерами некоторых сокурсниц-студенток. Впрочем он не был уверен в том, что не ошибается. Но если в девушке начинал сомневаться уже в начале знакомства, то сразу же разбегался с ней. Поэтому у него редко бывали знакомства длиной более двух месяцев.
   Таня понравилась Сашке своей сдержанностью. Сам он нёс в разговоре всякую чепуху и удивлялся себе. Его глупые шутки не действовали на Таню. Она слушала и слушала без эмоций. Сашка чувствовал себя не в своей тарелке, как говорится. Даже упрекнул Таню: «Что это вы всё молчите? У вас видно речь серебро, а молчание золото».
    Таня только слегка улыбнулась. Они  договорились встретится через день на автобусной остановке недалеко от её дома, который прилегал к местному известному парку.
   Поздее Сашка узнал интересное. Таня жила с матерью, уже вышедшей на пенсию, довольно бодрой старушкой, как он понял. Мама была членом домового комитета и не сидела без работы. Кроме домашних дел она много занималась с детворой. Водила с ними хороводы, играла в догонялки в прилегающих к домам скверах. Таня помогала матери по хозяйству. Кроме работы она училась на третьем курсе заочного института, ездила в институт 4 раза в неделю. По вечерам в остальные дни Таня, как правило сидела дома и занималась по учебникам. Мать буквально гнала её погулять и спрашивала: «Когда у меня будут зять и внуки?» Но Таня не хотела обсуждать эту тему. «Мне надо чертить», — и уходила от разговора.  
    К матери часто по вечерам приходили соседки со своими жалобами  и неудачами. И все они удивлялись, что её дочка, такая молодая, сидит всё время дома. «Наверно, никто не любит», — говорили самые злые, — красоты нет. Вон наша Муська работает в магазине. Каждую неделю с разным. Один лучше другого. Сегодня — в кепке, вчера другой — в папахе, позавчера третий — в шляпе.
 
117
   Татьяну задевали эти разговоры закулисные. Она инстиктивно чувствовала зависть бабскую. Оставаясь одна, смотрела на детскую площадку. Потом Таня вставала и подходила к зеркалу, разглядывала себя и опять садилась за стол. Уходя от маминых вопросов, впивалась глазами в тексты учебников. Но смутные ответы на женские вопросы, как бы, просачивались между строк и вязли в уставшей голове. Она иногда отбрасывала учебники, ложилась на тахту и думала, думала. «Неужели она хуже других? Но к ней же пристают с сальными намёками такие типы,  как этот институтский Казанова.
    Таня стала встречаться с Сашей раз в неделю.  Через два свидания  Таня уже не хотела постоянно идти на автобусную остановку и гулять по району. «Приходи ко мне домой» - прямо сказала она Сашке. «Это и с мамой твоей мне познакомиться?» — спросил Сашка. И заунывал. Придётся чай пить и вести неясные праздные разговоры.  Он терялся. Сам он был сирота и не был готов к разговорам бытовым.    
   Таня не пришла на следующее свидание. А вечер был очень тёплый. Небо кое-где было в облаках, подкрашенных лучами заходящего солнца. Так и хотелось их погладить. Но не дотянуться. Сашка целый час просидел у остановки на скамейке. Он поёживался от странного состояния одиночества. «Бросило в лёгкий озноб, что ли?» — подумал он. Поднявшись и встряхнувшись от прохлады, Сашка зашагал к дому Татьяны, попутно футболяя попадавшиеся под ноги камни, как будто они были в чём-то виноваты.
    У Татьяниного дома сидели несколько скучающих старушек. При появлении Сашки они  стали оживлённо болтать.
    Сашка прошёл мимо, поеживаясь под любопытными взглядами. «Не было печали, дома вам, бездельницам не сидится», — неприязненно  подумал он.
   Таня очень обрадовалась и Сашке объявила, что она перепутала время свидания. «Всё хорошо, что хорошо кончается», — заявила Таня. «Не обижайся». И погладила его по волосам. Сашку не ожидал этого непринуждённого жеста.
       «Я пошла переодеваться», — сказала  Таня.
  «А я подумал, что ты меня разлюбила», — пошутил Сашка. Таня внимательно посмотрела в Сашкины глаза. Через 10 минут она появилась, как царица бала, в белых остроносых туфельках и в светлосинем с блёстками платье. И прижалась к Сашиному пиджаку. «Тебе нравиться?»
 
118
       Естественная стройность Татьяны подчёркивалась платьем. Она была, конечно, Мечта. Какая-то небесная.
   «Едем в «Загородный», в наше «Покровское-Стрешнево»! Остальное недостойно»,  сказал  Сашка.
       Они вышли из подъёзда. Татьяна вся сверкала от туфелек и платья и до улыбки. Вцепилась в Сашкин рукав, как будто боялась упасть.
    Старушки пооткрывали рты. Таня шла медленно до самого угла дома, наслаждаясь ситуацией. А работа языков началась. «Ишь девицы моду взяли, схватилась за парня при всём честном народе», — вякнула самая вредая. «Заткнись!» — возразила подруга.
     «Танюша, не слушай. У нас всё впереди!». И Сашка притянул Таню к себе.
 
4.2. НИИ вакуумной техники. В конструкторском мире. Феодосия. Коктебель. Гурзуф. Теннис.  Немецкий язык. Октябрь 1961  и к июлю 1966.
 
Я иду, иду по свету,
Впереди родимый край.
Эй, цыганка, за монету
Мне на счастье погадай!
 
Я – не гордый, я упрямый,
О прошедшем не тужу.
Не терзай мне только раны,
О чём хочешь, расскажу.
 
Я прошёл Нечерноземье
И по Крыму кочевал.
У любимой был я тенью
Да в туманах пропадал.
 
Я ловил крупицы счастья
В самой дивной стороне.
Душу рвал, порвал на части,
Но не стало легче мне.
 
      Итак. Я опять в «почтовом ящике», в КБ НИИ вакуумной техники.
 
119
    Опять месячный испытательный срок. Прихожу на работу. Мне поручают за два дня организовать отправку  какого-то габаритного агрегата в Сибирь — сделать упаковочный ящик. На улице под навесом стоит  металлический «чёрт» с рогами — бак высотой около 1100 мм, диаметром примерно 400 миллиметров, патрубками в три стороны, каждый длиной 100-150 мм, и каждый с фланцами диаметром 150-180 мм (читателю сообщаю на будущее для справки; — настоящие конструкторы-механики всегда размеры объектов измеряют и обзывают в миллиметрах, строители — в  метрах, физики — в  микронах, прим. Ю.К.-М.).
     С такими конструкторскими заданиями ещё никогда не встречался. С упаковочными ящиками был знаком на заработках студентом на плодоовощных базах Москвы. Задание — значит,  задание. Взял рулетку, листы ватмана форматом А4 (197мм х 220 мм) и карандаш. Сделал эскизы этого бака-цилиндра, замерил рулеткой габаритные размеры. И пошёл за кульман чертить общий вид ящика и чертежи деревянных заготовок. Нарисовал за пару часов. Чертежи-эскизы деталей отдал руководителю группы для передачи в столярный цех.  Через три часа мне приносят все нарезанные детали на улицу, молоток, гвозди разной длины и толщины, ножовку, листовую резину и ножницы. Под упомянутым навесом сбиваю каркас ящика, на дне ящика закрепляю резиновый лист как опору-«подушку» для дна бака, набиваю некоторые заготовки для упора фланцев, засовываю в ящик бак, попросив на пару минут какого-то проходящего мимо мужика из нашей организации, и набиваю дополнительные резиновые упоры для  «рогов» фланцев. Раскрепляю дальше этот бак в ящике. Забиваю окончательно переднюю стенку ящика с упорами для корпуса бака. Переворачиваю ящик с бока на бок. Слушаю. Ничего внутри не гремит, никуда не падает. Зову начальника моей конструкторской группы. Он вместе со мной поворачивает ящик вверх ногами, трясёт. Тишина в ящике. Как раз заканчивается день моего испытательного срока. «Всё!» — говорит ведущий. «Сегодня гуляй. Завтра за кульман».
      На втором этаже  разместилось  конструкторское бюро, отдел  № 24. Начальник отдела, назовём его так, Генрих Александрович. КБ расположено в огромном светлом помещении размерами примерно 20 метров на 15 метров. Кульманы расположены рядами по 6 шт в одном ряду,  два  смежных  ряда — параллельно  друг  другу.  Так , что   два
 
120
конструктора сидят напротив друг друга через смежные столы. На столах справочники, чертёжные инструменты (линейки, угольники, лекалы для проведения кривых на чертеже, готовальни с циркулями и «балеринками» — циркулями  для проведения окружностей малого диаметра, наборы карандашей с грифелями разной жёсткости и жирности — для тонких наводящих линий конструкции и для обводки контуров, ластики для удаления ненужных линий и знаков с чертежа.
  Конструкторы имеют квалификации: руководитель группы (фактически ведущий констуктор) и инженер-конструктор. Ведущий конструктор выбирает принципиальную схему агрегата, машины, делает предварительные расчёты, эскизный проект компановки базовых узлов. И затем определяет размеры базовых элементов и чертит почти окончательный вариант конструкции.
    В нашей конструкторской группе — молодые инженеры и техники-конструкторы, это девушки из техникумов. Позднее мне рассказывают новые друзья-инженеры, что состав группы руководители компануют негласно по принципу: три-четыре молодых инженера и две девушки-чертёжницы для деталировки узлов конструкций, получаемых от инженеров. Это стимулирует психологически инженеров на показ знаний  перед чертёжницами.
    Из википедии сейчас сообщаю, что директором организации тогда являлся Сергей Аркадьевич Векшинский (1896—1974) — советский учёный в области электровакуумной техники, Герой Социалистического Труда (1956), лауреат трёх Сталинских премий (1946, 1951, 1955), Ленинской премии (1962). Был  репрессирован по доносу в 1938 году и до второй половины 1939 года. В 1953 году С. А. Векшинский становится академиком, награждён  золотой  медалью Академии наук СССР.
    Мне поручили разрабатывать так называемый вакуумный затвор, который  должен перекрывать вакуумное пространство от атмосферы. Конструкция — цилиндр с приваренным фланцем и выходным отверстием, скажем так,  диаметром около 250 мм.  Руководитель конструкторской группы показал мне применяющийся затвор с эксцентриковыми приводом. Сообщил, что затвор герметически ненадёжен, имеет конструктивные  недостатки. Я стал разрабатывать затвор с рычажным приводом. После того, что я делал в ОКБ-2 по автоматической линии с поворотами и вращениями блока-барабана, новая конструкция не представилась сложной.  Сделал прочерчивание
 
121
работы рычажного механизма подъёма-опускания заслонки и затем дожатия механизма заслонки к резиновому уплотнению на фланце.  Руководитель группы периодически подходит ко мне, как и к каждому инженеру, я объясняю конструкцию и после одобрения общего вида перехожу к деталировке узлов. Делаю эскизы и передаю подчинённой мне техничке, которая рисует на бланке форматки А4 чертёж на каждую деталь с размерами для изготовления. Я, как ведущий конструктор данного изделия,  выбираю марку стали или другого материала для каждой детали, виды обработки. Для токарных деталей также ставлю размеры длины, диаметра с допусками и посадками (то есть по условиям работы выбираю и записываю: широкоходовая, ходовая, скользящая, напряжённая, глухая, прессовая или др.). Форматку чертежа подписывает по вертикали в штампе «Чертил» - (техник), затем «Согласовано» — ведущий  инженер, «Утверждаю» — зав . группой.
   Затвор был изготовлен, смонтирован сборщиками и установлен в линию для технологических испытаний. Подробности работы опускаю. Затвор работал нормально на испытаниях. Герметичность  «держал». Как бывает нередко, по этому поводу появлялся «неприкосновенный» запас в размере полколбы спирта. Разведение водой: пятьдесят на пятьдесят. Закуска бывала от каждого участника «банкета» из дома, поскольку до магазина далеко и надо выходить за пределы пропускной системы. А техническая удача должна быть «обмыта». Коллектив уже тогда был спаянный, постоянно в обеденный перерыв играли в шахматы. Руководители групп умели играть, но слабее подчиненных и не ввязывались в игры, чтобы не терять авторитет при проигрышах.
    Сижу за кульманом. Солнце светит прямо в окно и на чертёжную доску. Июнь следующего года. Жара. Сообщают, что привезли вентиляторы бытовые малогабаритные, по кличке «подхалимчик», потому что при вращении лопастей корпус поворачивался направо-налево на 60 градусов примерно. Раздают конструкторам. Я включаю вентилятор, ветерок освежает «морду лица», как говорят у нас слесари. Напротив у соседа Коли, инженера-конструктора также работает вентилятор. В общем, руководители заботились об условиях труда инженеров и конструкторов.
   Внедрять рычажный затвор летом 1962 года меня направили в Казань,  на местный завод   электроники.  В   городе      действовала
 
122
трёхэтажная центральная  гостиница «Казань» с богатым интерьером на входе, какими-то пальмами на лестничных шикарных пролётах. В гостиннице обычно останавливались знаковые личности, в том числе артисты кино. Работал буфет с вином и пивом. Мне, простому тогда инженеру, по командировке выделяли место в номере. Однажды поселили в однокомнатном, как москвичцу, «по блату», однако рядом в стене был какой-то теплопроводящий канал, от которого «полыхал» жар, возможно от кухни ресторана. Я спал с полностью открытыми окнами и безо всяких там одеял.
    В местное КБ я привёз комплект чертежей, которые сдал в отдел информации и архив. Казанские  конструкторы придирчиво оценивали чертежи, по которым в Москве был изготовлен и испытан опытный образец. Перед казанским КБ поставлена задача сделать опытную партию затворов и испытать на стенде на 10 тысяч циклов. Подобная длительная цикличность испытаний показана  в кинофильме «Самая обаятельная и привлекательная» (1985 г.), в главной роли «конструкторы» по ролям Александр Абдулов, Леонид Куравлев, Ирина Муравьёва, Михаил Кокшенов, Людмила Иванова. Режисcёр: Геральд Бежанов. В фильме цикл технических испытаний показан с опозданием на 23 года (по времени технологии наших испытаний в России), сценарист был литератор, а не «технарь».
   Поскольку я в командировке был полторы недели, руководство завода пригласило отдохнуть на Волге с местными инженерами. Поехали на заводском микроавтобусе. На берегу был обустроен палаточный городок. Вечером — уха, конина, картофель и солёные огурцы. В общем всё, что полагается. Выпили, не увлекаясь, под местную уху полустаканчиками, закусили также и конской колбасой. Нормальная еда, если не знать, что она из коня. Поговорили мы о технических проблемах, потравили бытовые анекдоты. Наступили сумерки. Я вышел посмотреть на пейзажи великой русской реки. На берегу сидели рыболовы и я пристроился понаблюдать. Мне дали удочку. Половил я  минут пятнадцать без результата и вернулся к костру. Пейзаж и немного фантазии пришли почему-то тогда в голову и написал после трёхлетнего перерыва в гостинице такой стих.
 
На берегах приволжских спокойно очень,
Блестит вода, как разлитая ртуть.
Тревожно нам среди пустынной ночи,
Где царствует таинственная жуть.
 
123
Здесь, как в далёкой бабушкиной сказке
Иль неожиданном красивом сне.
Чернеющие лодки, как салазки,
Скользят и режут воду, словно снег.
 
Вдали играет рыбка золотая.
Чего ж не спиться ей? Зачем влечёт?
И мы о новом счастье  чуть мечтая,
Летим поймать хоть что-то на крючок.
 
   Конечно половина содержания — фантазии, но какие! Самому понравилось.
    Перед отъездом местные ребята, инженеры рекомендовали мне купить в Москву народный игристый напиток в бутылке из-под шампанского и типа шампанское под названием «Шато Икэм». В магазине не нашел этот игристый. Но вот спешу на вокзал в Москву. У меня в кармане три рубля, это деньги значимые после денежной реформы 1961 года. Вижу по пути на вокзал небольшую палатку. Захожу и покупаю две бутылки «Шато Икэм» по дешёвке, по рубль тридцать копеек за бутылку. Привожу домой и поставил бутылки  под стол в комнате до дружеских встреч. Холодильника у меня не было.
  Через пару дней заходит приятель Олег, знакомый ещё со студенческой скамьи, показывает из бокового кармана четвертинку коньяка.
      — Махнём?  — предлагает.
  Я говорю: «Вот у меня две бутылки из Казани напитка фирменного.... Давай поедем в парк культуры Горького».
    По пути решили, что пригласим каких-нибудь девчонок. Так и сделали. В прогулке встретили полузнакомых ещё с танцев двух подружек, симпатичных, обе в белом, прямо невесты. По ходу разговора приятель отодвигает лацкан пиджака, показывает бутылочку коньяка и предлагает: «Посидим. Не будем же выпивать на улице, поехали к нам, на Сокол».
   Приезжаем на метро ко мне. Тогда личных машин ни у кого из простых инженеров не было. Потому ездили на трамваях или ходили пешком. Пришли ко мне. Сели мы по деревянным стульям. Девушки на диван рядом со столом. Достал я гранёные рюмки, тарелки, вилки, в те времена всё было просто. Включил магнитофон с ненашей музыкой.
 
124
   В первые десять минут реализовали четвертинку коньяка под останкинские вкусные сосиски из нашего по пути местного магазина. Я заявляю о фирменных бутылках из командировки. Сам сижу с самого края у стола и у окна. Олег с другого края. Достаю из-под стола две бутылки. Хотел открыть. Но Олег перехватил инициативу и говорит: «Ты не умешь, я открою». Хватает бутылку. Снимает проволочную насадку, которая на пробке. Берёт пробку за голову, начинает поворачивать. Вдруг пробка вылетает у него из руки и из бутылки, шарахнула прямо в потолок, следом летит струя напитка. Олег растерялся, а струя полетела на ближнюю девушку. Я кричу: «Отводи!» Девчонки вскочили. Он отводит случайно горловину на подругу. Я кричу: «На дверь!», — чтобы струя туда летела. Олег отводит. Кричу: «Держи вино!». Олег затыкает горловину, из-под ладони брызжет пена во все стороны. И наконец горло бутылки закупорено. Запах — хуже не придумаешь.
    Говорю Олегу: «Дай сюда бутылку!» Смотрю — осталось  жид-кости сантиметров на десять от дна. В комнате похоже — запах гнилых яблок. Девушки — с залитыми платьями. Веду их на кухню и даю полотенце. Через пять минут они говорят, что уходят. Олег  предлагает попробовать напиток из другой бутылки и обещает открыть её правильно. Девицы хмыкнули, вероятно обиделись, ничего не сказали, вышли из квартиры и отказались, чтобы мы их провожали. Больше мы их нигде не видели. Другую бутылку я подарил Олегу. Он не отказался, сославшись, что у него есть холодильник. Что с той бутылкой было дальше, я не в курсе. Олег ничего сообщал.
…...........................................................................................................
    В середине августа 1962 года ко мне приходит Сергей Михеев, который недавно съездил в Крым. Сообщает, что поездка была бесплатно туда и обратно. Его мама работает в 1-ом троллейбусном парке г. Москвы, что расположен в начале Ленинград-ского шоссе. Сотрудникам и родственникам в период отпуска через каждые две недели выделяют в Крым бесплатно автобус, который везёт к морю. Полтора дня, одна ночь в пути — и ты в Феодосии. В автобусе выделяют одеяла для курортников. Каждому — на сдвоенное сидение, где можно спать. Сергей говорит, что сейчас последний рейс, который везёт туда последнюю группу желающих, обратно захватывает ранее отдохнувших. Я всё понял. На следующий день иду к руководителю группы, прошусь в отпуск на две недели  из официально  положенных
 
125
четыре недели, объясняю ситуацию бесплатного проезда. Он согласен и начальник отдела тоже. Мне разрешают отпуск, хотя я не отработал ещё положенных 11 месяцев на новой работе для отпуска, как это записано в Трудовом кодексе СССР. Сообщаю Сергею результат, тот передаёт маме, которая  делает заявку на меня в автобус.
    В один из двадцатых чисел августа приезжаю к 7 часам в 1-ый троллейбусный парк. Стоит автобус, ждут двое водителей. Нас едет по списку шесть отпускников, от парка четверо и нас двое «варягов» по списку. Две женщины выбирают первыми места для поездки, сзади на сидениях. «Мужики» на боковым сидениях автобуса. Выезжаем из Москвы и по магистральному Симферопольскому шоссе на юг.
      Немного истории. Частично из википедии.
    «В основе трассы дороги лежит древний Крымский тракт. Решение о строительстве капитальной дороги было принято императором Николаем I в 1828 году для организации надёжной транспортной связи с Крымом и военно-морской базой в Севастополе. Строительные работы продолжались несколько десятков лет, параллельно вдоль шоссе  устраивалась телеграфная линия (!!!). Трасса была закончена в 1858 году, тогда же было открыто регулярное сквозное движение пассажирских диллижансов (!!! - прим. Ю.К.-М.).
   До Великой Отечественной войны автодорога не на всём протяжении имела асфальтовое покрытие, имелось множество деревянных мостов, а ширина полотна составляла не более 5,5 м. После войны разрушенная дорога подверглась реконструкции, тогда земляное полотно было расширено до 12-15 м, наведены бетонные мосты и путепроводы, асфальтобетонное покрытие было устроено на всём протяжении шоссе... »
    Шоссе асфальтированное проходило мимо городов Тула, Орёл, Курск, Белгород, Харьков. Зачастую с объездами, чтобы не загрязнять воздушную атмосферу городов.
 Из интернета на поиск «москва крым трасса сталин 1946»:
«Дорога Харьков - Симферополь по её нынешней трассе начала строится в конце 40-х годов, как часть пути из Москвы в Крым. По воспоминаниям Светланы Алилуевой, в 1946 году Сталин поехал в Крым на автомобиле. Как ни старались местные начальники, сделать существовавшие к тому времени грунтовки пригодными для нормальной езды они не могли. Есть непроверенные сведения, что диктатор (любимый ярлык «либералов», прим. Ю.К.-М.) смог доехать
 
126
только до Тулы (возможно, до Мценска или Харькова), а потом пришлось пересесть на ЖД транспорт. Но как бы там ни было, Сталин (тогда Сталину 67 лет, прим. Ю.К.-М.)  изрядно намучился, и вот вышло высочайшее распоряжение... Дорогу строили с нуля, в основном, в обход населенных пунктов – уже  в те времена, когда машин вдали от городов почти не было (!!! - прим. Ю.К.-М.)... На строительстве "сталинской" трассы в конце 40-х многие работы выполнялись заключенными, в частности, возле Харькова трудились немецкие военнопленные. С обеих сторон высаживались лесо-защитные полосы. Уже к 1 августа 1950 г. все 1399 км от Москвы до Симферополя были закончены и приняты в эксплуатацию прави-тельственной комиссией. Дорогу построили всего за три с небольшим года, и это в разрушенной войной стране, при низком уровне механизации того времени!!!”
 “Приказ генералиссимуса (опять ёрничанье от либерала из википедии, можно было просто написать «приказ Сталина», прим. Ю.К..-М.) был короток: "Надо эту дорогу быстренько сделать. По ней советские люди будут ездить отдыхать на юг". В распоряжение строительства передали воинские части, подлежащие расформи-рованию по демобилизации — 120 тысяч человек. Их двинули с юга. Навстречу, с севера, шли бригады обычных рабочих и многочи-сленных заключенных. Чтобы дело спорилось, на обоих фронтах работ к финишной черте ежедневно подкатывали бочку пива. Бри-гада, выполнившая норму первой, эту бочку осушала. Дальше —  больше. Руководитель работ генерал-лейтенант В. С. Рясной добился, чтобы за выполнение определенного задания на каждом участке строительства вручали премии, за ударную работу досрочно освобож- дали по 200 заключенных, которых еще и награждали. Многие зэки раньше срока вышли на свободу с красным орденом на груди. А кроме бочек пива, трассу начали украшать столы с водкой и закуской — мощнейший стимул всенародного строительства. Источник данной информации — просталински настроенный писатель Ф. И. Чуев. Правдива она или нет, на его совести”. (сомнения — на совести автора из википедии — антисталиниста,  прим. Ю.К.-М.)
    По ходу длительной поездки знакомимся с пейзажами, останавли-ваемся по заявке нуждающихся (по туалетам или на кратковременную организацию обеда и ужина). Время в пути — 36-38 часов (водители меняются каждые три часа).  На второй день  к вечеру мы в Феодосии.
 
127
    В городе мы группируемся с Сашей — механиком троллейбусного парка. Вместе снимаем одну комнату, но с верандой. Оплата по рублю на человека в день. На пляж ходим втроём, к нам подсоединилась отдыхающая Рита, водительница троллейбуса, нашего же возраста. На пляже городском — какой-то мелкий песок серого цвета. Вода мутная — от наплыва купающихся. Через день Саша предлагает поехать за 20 км, в знаменитый Коктебель, он там бывал раньше. Полазить по горам и искупаться.
     На следующий день едем на автобусе. Взяли с собой тройку дынь по кличке «колхозница», пару веток винограда и бутылку красного крымского вина 0,7 л. По пути — виноградники совхозные на склонах. На автостанции «Коктебель» выходим и идём к подножию горы Кара-Даг, которая древнего вулканического происхождения. Подход к бухточкам — был тогда свободный. Каждая, даже небольшая, имеет название, которое сообщал нам гид, тогда Саша.
     Идём из бухты в бухту, каждая по дуге примерно двадцать метров. Первые три прошли, не разуваясь, по берегу. По пути собираем сердолик, полудрагоценные камешки. Из них туристы делают бусы. Одна из первых бухт называется «Бухта Барахты», так назвал Маяковский. Затем начинается обход-проход, только по воде, местами до полуметра. Снимаем кроссовки и пошли. Первая Сердоликовая, затем какая-то без названия, затем впереди вторая Сердоликовая. Проход во вторую: надо обходить по морю вплавь или лезть на скалу высотой около восьми метров, а внизу лежит плато с остроконечными пиками камней. Перелезаю малый хребет и пере- хожу на другую сторону скалы. Там удобный сход: ступенчато расположенные камни. Спускаюсь на малую «колючую» площадку. Однако плыть придётся всё равно. Через трёхметровый проливчик. С нами Рита, не умеющая плавать. Сашка знал о том проливчике и сразу решил перевозить Риту на надувном матрасе с выходом в море. Как раз разыгрывается ветер и приходится выводить матрас метров на двадцать в сторону моря, чтобы с волнами не налететь на скалу. Благополучно, но за полчаса только Сашка перевозит Маргариту. А я на малом плато  снимаю майку, шорты и кеды, и вплавь попадаю на сушу, во вторую Сердоликовую бухту.
    На берегу бухты решаем подняться вверх к скале, которая называется «Чертов палец». Идём по гальке и дальше по склону. Впереди  нас  группа  туристов   из   трёх   человек.  Идём  за  ними.  В
 
128
лощине при подъёме держу авоську с вином, дынями и виноградом в зубах. Нужны 4 «лапы» для опоры. Зона подъёма сужается. Мы попадаем в тупик, с обеих сторон обратные склоны. Первый турист перебегает по более-менее крутому-пологому в сторону моря направленному склону. Мимо нашей тропинки и нас летят камни. Сверху этот уже невидимый турист кричит и туда ему забрасывают друзья рюкзаки, это метров на десять. Оба парня по очереди перебегают опасный склон и скрываются наверху, мимо нас опять летят камни. Советуемся, что делать.  
   Мы решаем отступить, с нами Рита. Ищем другую дорогу. Взяли направо. Идём по пологому склону, по пути наверх надо обойти очередную невысокую скалу с хорошими выступами. Саша и Рита проходят. Я иду следом, для поворота приспосабливаюсь — в зубах авоска с «добром».  В какой-то момент, держась на четырёх лапах, отпускаю одну руку, потом вторую и хватаюсь за выступ впереди. И тут этот кусок гранита отваливается, я едва успеваю вернуть руку на место предыдущее. Перепроверяю новый захват и огибаю скалу. Туристы, будьте бдительны! Всё-таки поднимаемся и подходим к «Чертовому пальцу». Вид красивый сверху на Коктебель, пляжи и  море. Саша говорит: «Давай чуть вперёд и налево к тому хребту». Он знает эти места. Идём вверх к тому гребню. И выглядываем. От хребта вид потрясающий. Видим на море скалу «Золотые ворота» с проёмом в середине. Там в  кольцо скалы заплывает какой-то катер с любознательными отдыхающими и выплывает.
    Поднимаемся повыше рядом с «Чёртовым пальцем». Вид на Коктебель, на вдали хребет «Хамелеон», на плато, с которого в советские времена стартовали планеры и которые служили для подготовки первых лётчиков нашей страны. Делаем привал. Надо отметить наш подвиг. Чашек нет. Но есть ножик-штопор.  Разрезаю пополам одну и потом вторую дыни, вычищаю зёрна на большую газету и вырезаю мякоти. Это закуска. Получаем три пиалы. Пробку вывинчиваем. Наливаем по хорошей чарке с тостом: «За Карадаг и нас на нём!»
   Сейчас вот пишу эти строки и вспоминаю, что у меня есть «морское» стихотворение, но почему-то лежит в папке стихов 1959 года и написано перьевой авторучкой. Но ведь я тогда сразу после окончания института не бывал на море. Вот этот стих. Который в теме крымских морских переживаний того 1962 года.
 
129
      *    *    *
 
Среди угрюмых серых скал
Свою подругу шторм искал.
Он бился яростью могучей
В тупые и немые кручи,
Взвивался смерчами-руками,
Молил волнами-языками.
Ласкало знающее небо,
Поглаживая шторму гребни,
И пело всё о буйной силе,
Что океаны зря носили.
Не слушал шторм с небес хвалы,
Всё в те же скалы слал валы,
Всё бился яростью могучей
В неотвечающие кручи.
 
А образ сладкий звал и звал...
Валами шторм нарисовал
На скалах женскую фигуру...
И лёг у стройных ног понурый.
 
    Солнце начинает опускаться. Возвращаемся. Идём по натоптанной тропинке, но по пути природная каменная россыпь шириной метров шесть-семь. Перебегает первым Саша. Пока бежал, из-под ног сыпались мелкие камни россыпи, которая тянула его вниз в обрыв. На той стороне Сашка  оказался метров на семь ниже точки старта. Я и Рита забираемся выше тропинки на 6-7 метров, чтобы нас не «засосала» россыпь. Каждый по очереди бежит на ту сторону. И оказываемся по уровню на продолжении тропинки другой стороны  россыпи. (Считаю, что в любые горные переходы надо брать для страховки надёжную верёвку длиной на 30 метров, прим. Ю.К.-М.).
     Дальше безопасная тропинка ведёт нас в посёлок на автостанцию. В шесть вечера садимся  в автобус на Феодосию. Ещё один раз  мы приезжали в Коктебель, но чтобы купаться, понырять с местных валунов и позагорать на пляжах, которые тогда были свободные и «дикие» для любого залётного в тот рай. Вода всегда прозрачная, галька прибрежная «работает», как естественный фильтр.
 
130
   Отдохнув две недели, нагрузившись местными дынями и персиками, возвращаемся домой на поезде «Феодосия-Москва» через Джанкой, восточную Украину и Харьков.
    Осенью 1962 года завершаю работу по рычажному затвору. Смотрю сейчас в трудовую книжку и вижу приказ от 4 ноября 1962 года «За плодотворную и успешную работу объявить благодарность».  
    Зимой 1962 — 1963 гг.  и весной 1963 года меня  периодически направляют в командировки в Казань. Зимой  1962-1963 гг катаюсь на простых лыжах в парке Покровское — Стрешнево и играю  в баскетбол за родной пищевой институт.
     А летом 1963 года  — на стадион  «Водное Динамо», где играю в «диких» (случайных по составу) командах по баскетболу на вылет. Наигравшись, иду на пляж.
…...........................................................................................................
    Летом  1963 года в отпуск еду один на юг с прицелом на отдых в  понравившемся Коктебеле. В вагоне познакомилися с ребятами-инженерами из Куйбышева. Они с Волги и аквалангисты. Меня заманили на отдых в мало известное тогда местечко Ай-Даниль, которое расположено между посёлком Гурзуф и Никитским ботаническим садом. Комнаты в местных домах мы сняли для проживания без проблем.
     По утрам спускаемся  по крутым тропинкам к морю. Справа и слева можжевеловые деревья. Воздух просто как нектар, пьянит и радует. Море — чистейшее, когда спокойное. Недалеко резвятся дельфины. В море я нырял в ластах, но без акваланга на глубину до трёх метров и на полминуты. Под водой — мир необычный. Рыбы всякие диковинные плавают, человека не боятся. По дну ходили крабы. Иногда я дотягивался до них. Аквалангисты куйбышевские ныряли в глубину с водными  ружъями. Подстреливали нередко рыбу. Крабов ловили часто, но когда выплывали дальше в море. Жили мы в Ай-Даниле на том, что приготовим в любое время. Питание было безо всякой системы. Мне это не нравилось. Без первого блюда я не представлял себе нормальную жизнь. Уходил через день-два  в Гурзуф, который был в тридцати минутах пешком по тропам мимо виноградников. В местном кафе брал первые блюда. В основном, борщи. Запомнились в посёлке кривые улочки с домами из местных неотёсанных  камней, Дом  творчества художников имени Коровина. И дикий пляж  у домика Чехова среди прибрежных скал.
 
131
    В Гурзуфе случайно на причале встречаю сводного брата Славу, с которым не виделся несколько лет. Отец мой жил всё там же на Бакунинской, 36 с Анастасией Алексеевной, её детьми, Славой и Ритой, которые были уже сами с семьями. Слава дружил с местными рыбаками и мотористами катеров. Он катался в Гурзуфе на водных лыжах и «керосинил» красным вином по возможности. Предложил мне покататься и для расчёта с рыбаками и мотористами местным вином. Я согласился. На обычных лыжах, по снежным равнинам и склонам в парке Покровское Стрешнево в Москве я постоянно катался. И здесь решил попробовать. Пригласили на катер. Надел широкие такие лыжи, свесился сбоку от борта на воду. Дали державку с тросом на конце. Поехал по воде, держась за борт катера, затем за рукоятку. С катера трос понемногу отпускали на длину до двадцати метров. Качусь себе, качусь вслед за катером, за которым образуются два шлейфа волн. Ехать просто так надоело. Стал маневрировать. Пересекаю одну волну, потом обратно и на другой гребень. Ощущение, как на лыжах едешь с горки. Свалился я всё-таки. Как поучили меня на инструкции до катания, выставил носки лыж из воды, лежу на спинке. Катер делает круг. С борта мне Слава бросает  трос. Ловлю рукоятку. Размещаю трос между концов выступающих лыж. Катер разгоняется. Трос натягивается и вытаскивает меня из воды на поверхность. Через десять минут чувствую усталость непривычную и подаю знак, что хватит. Для выхода из воды есть два способа. С катера страхующий вытягивает трос на себя. Лыжника подтягивают к борту. Катер притормаживает и лыжник перебирается на катер. Другая технология: катер проплывает мимо пляжа, делает круг и водный лыжник, как пижон перед курортницами, вылетает на берег, отпуская трос. Вот и вся технология катания на водных лыжах.
   Помню, через день я пришёл опять в Гурзуф из Ай-Даниль. Встретил на причале Славу. Он мне сообщил, что сейчас на катере поедут с друзьями в Масандру. Если хочу, могу прокатиться на водных лыжах. Я, конечно, согласился. Прицепился за трос и покатился. Мимо остроконечных кипарисов, развесистых похоже каштанов, скал побережья. Красота! С борта Слава наблюдал за мной. Я еду на лыжах уверенно. Через минут двадцать Слава отошел вглубь катера, там закусить, видимо. А я качусь по глади минут пятнадцать. Чувствую устаю, ноги уже не держат. Кричу: «Эге-ге!» и «Стой!». За гулом мотора  на катере  меня не слышат. Кричал,  кричал минут пять.
 
132
Сил уже нет. Отпускаю рукоятку троса. И остаюсь на поверхности моря. На катере, видимо, почуяли, что нагрузка упала на движок. Смотрю, развернулись, подплывают ко мне. Я говорю: «Спасибо, хватит». Снял лыжи в воде, передал на катер. Меня  возвращают на палубу. Всему должна быть мера. Доехали до Мансарды. Кого-то там  высадили. Наверно, это была маленькая халтурка для моториста. Потому что ехать пыльной извилистой дорогой из Гурзуфа: километр наверх до трассы, потом по жаре по трассе и вниз к морю по серпантинам — трата  времени и нервов для какого-то заказчика. А мы поехали морем обратно в Гурзуф. Очень вкусная у рыбаков была вяленая на солнце рыбёжка. К вину, с которым рассчитываюсь с мотористом, и без вина. В то время сентября винограда было много и дыни «колхозница» по 10 копеек за кг. На набережной стояли бочки с сухим вином по 10 копеек за сто грамм. За три недели я наотдыхался, купаясь и наслаждаясь комплексным питанием в Ай-Даниле и Гурзуфе. На всё про всё при моей месячной зарплате 140 рублей затраты на три недели составили 120 рублей: купе в поезде Москва-Феодосия -15 руб + 15 руб; автобус Феодосия — Коктебель (туда и обратно)— 1 руб + 1 руб, оплата за проживание   18 руб (рубль в стуки), питание около 40 руб (по 2 руб в сутки), вино   - 20 руб (эпизодически). В то советское время  фрукты, овощи 10-30 коп за кг, хлеб 12 — 20 коп за батон, колбаса 1,5 — 2,5 руб за кг, масло 3 руб за кг, обед из трёх блюд в столовой 50-90 коп. Это рыночный социализм.
….................................................................................................................
        Осенью  1963 года  еду опять в Казань в командировки по конструкциям нашего КБ.  И работаю по сложным узлам каких-то установок, которые мне задаёт руководитель группы.    
    Играть в  баскетбол за родной институт МТИПП пятый год подряд мне уже неприлично в таком возрасте (26 лет), тогда появились в командах 17-летние  первокурсники.
  Случайно-неслучайно кто-то в КБ мне сообщает, что есть возможность научиться играть в большой теннис.
…..................................................................................................................
    Вспоминаю, что летом 1960 года я пытался поиграть в этот теннис. Тогда, к июню я отработал 11 месяцев в КБ завода полупроводников, вступил там в профсоюз, что тогда было обычным и обязательным явлением для любого трудящегося. В профком любого предприятия из  ЦК  отраслевого профсоюза  присылали  списки  домов  отдыха   и
 
133
пансионатов для отпускников. Я обратился в профком и в июне выбрал пансионат на Оке возле дома Поленова. Маршрут поездки: от Курского вокзала до станции Серпухов, затем от причала на берегу реки Ока на пароходе прямо до причала дома-музея Поленова. Пансионат расположен на берегу Оки, Заокский район Тульской области. Из википедии (апрель 2021 г.). «Василий Дмитриевич Поленов (01.06.1844 — 18.07.1927) — русский национальный художник, знаменит по картинам «Московский дворик» (1878), «Заросший пруд» (1879), «Вид на Оку» (1898) и множеству других, которые представлены в его доме-музее и музеях России. Дом-музей построен на вершине холма над Окой в 1892 году, до сих пор сохранил свой первоначальный вид. Дом создавался по проектам самого художника. Красная крыша, белые стены, общая архитектура делают похожим его на сказочный дом. Фасады дома различны, но гармонично связаны между собой разновеликими окнами, балконами, скатами крыши». Это надо видеть!
   Я посетил дом-музей, выслушал лекцию-экскурсию, любовался русскими пейзажами, которые разворачиваются прямо со склона пансионата и дома-музея к Оке. Около реки имеется лодочная станция, где я утром взял напрокат лодку и поехал с девушкой, кажется, Ларисой, отдыхавшей также в пансионате. Лодочник предложил плыть против течения налево, на городок Таруса. Я не придал значения его словам. Мы поплыли в другую сторону по течению, довольно быстрому. Грести было легко и просто. По пути любуемся берегами и рощами, песчаными плёсами. Вышли на песчаный плёс, искупались. Лариса рассказывает, что уедет пораньше из пансионата, ей надо отправиться в морскую интересную географическую экспедицию. Плывём и плывём, я даже весла «засушил». По времени мы проплыли часа полтора и довольно далеко. Я вспомнил, что обед у нас в 13 часов. И тут до меня дошло, что обратно возвратиться быстро не получиться, грести-то надо против течения. Развернул я лодку и гребу. Лодка стоит, как бы, на месте. Тогда я отплываю рядом к берегу и начинаю грести из всей дурацкой мочи. У берега течение слабое, но имеется. Худо-бедно гребу часа полтора и смотрю и трети расстояния не проехали. Предлагаю Ларисе погрести, пока я отдохну. Она, говорит, что руки у неё станут с мозолями и не согласилась. В общем, такая вот интеллигентка оказалась. Я машу вёслами и машу. Мозоли  заработал.
 
132
Причаливаю временами к берегу и отдыхаю минут по десять. Разговор уже не клеится. Окунулся для разрядки нервов. Сажусь опять за вёсла и вперёд вдоль берега по тиховодью. В общем, приплыли мы к пяти часам полудня. Даже воздушного поцелуя я не получил за такой труд. Только при каждой случайной встрече в пансионате у нас потом: «здравствуй и прощай».
   Теперь о другом. При пансионате были два теннисных корта. Я смотрел и смотрел на играющих теннисистов с большими ракетками по сравнению с пинг-понговскими и подумал, что игра не сложная для спортсмена. Всё-таки, у меня первый разряд по баскетболу и второй очень хороший по шахматам, а в настольном теннисе меня хвалили, присваивая уровень второго разряда. Зашёл однажды на корт, а я почти всегда ходил в полуспортивной форме и в кедах. Попросил и мне дали ракетку. Противник с той стороны послал сильно мяч, который пролетел мимо меня. Я попросил ещё прислать пару мячей для пробы. До одного я с трудом дотянулся, но мячик улетел в боковую сетку корта. Поблагодарил я игрока и ушёл так и  не оценив, какая радость в этой игре. А тот теннисист тогда просто поиздевался. Пижон. Такие бывают везде, и в большом теннисе.
…..................................................................................................................
   Однако вернусь к теме. Осень 1963 года. Собирается кампания в двадцать человек научиться большому теннису. Оплата тренеру по 10 рублей в месяц, занятия с октября и по апрель включительно в Сокольниках в закрытом тренировочном зале на кортах клуба «Шахтёр». Мы сдали деньги сразу за весь курс. На первые занятия в течение месяца приходили все заплатившие. Тренер пенсионного возраста, Владимир Михайлович, как сообщили детский тренер, давал основы общения с мячом, подкидывали мяч на ракетке, стучали об пол, ходили по залу, подбрасывая мячик. Потом попарно перекидывали мячики друг другу. В зале было очень тесно, мячи летали непредсказуемо. Через месяц занятий состав группы стал редеть, ходили по пятнадцать, затем по десять этих теннисистов. После нового 1964 года занятия посещали сначала по пять-семь, потом по два-три  таких теннисных фаната. А тренер отрабатывал по два часа с группой, как положено. В апреле месяце я ходил уже один. И по два часа Владимир Михайлович занимался со мной. Я  буквально «заболел»  большим теннисом. Осваивал и освоил почти все основные  приёмы  работы  с мячом, удары справа, слева,   сверху,
 
133
свечки, укороченные мячи, подрезки и др. и всё это в зале  с теннисной сеткой и в размерах баскетбольной площадки. Мы играли вдвоём со счётом, который в теннисе специфичен: 15:0; 30:0; 30:15; 30:30; 40:30, возможно и 40:40 и тогда выигрыш или проигрыш гейма  только при разнице в два мяча (при счёте «больше» или «меньше»), счёт становится  условно 60:40 или 1:0; это сыгран первый гейм. Итак, игра ведётся до счёта 6-и геймов — победы одного из противников.  При счёте 6:6 игра ведётся  до разницы в 2 гейма (как в волейболе разница в два мяча со счета 23:23 до 25 очков, т. е. игра почти бесконечная — при равном мастерстве партнёров).
        А за стенкой нашего зала был корт с земляным покрытием, на котором тренировались профессиональные теннисисты. В конце апреля Владимир Михайлович предложил мне оформить третий разряд, хотя я не играл ни разу на настоящей площадке. Я отказался. Сказал, что буду идти к разрядам через московские соревнования и на настоящих кортах.
   Летом  1964 года я уже знал теннисные корты стадиона «Динамо-3» в парке «Покровское  Стрешнево», на выходе улицы «Сосновая аллея». Стадион служил для спортсменов закрытого предприятия, построенного на развилке Ленинградского и Волоколамского шоссе.
    Я играл в стенку около теннисных кортов, отрабатывая технику ударов по мячу. Кто-нибудь из теннисистов при нехватке партнёра приглашал меня играть на корте. Через пару месяцев я обратился в теннисную секцию, представившись, что я работаю в «почтовом ящике». Меня приняли в состав секции, увидев мой уровень. И я стал участвовать в московских официальных соревнованиях на получение спортивного разряда.
........................................................................................................................
    Живу на Кипренского, в ранее упомянутом доме-бараке. В ванной-туалете стала обваливаться штукатурка с потолка. Большинство семей разъехалось в 1962 году, когда наши дома объявили под снос и выделили квартиры от Моссовета. Жильцы нашего дома № 22, как нас тогда называли квартирантами, получали квартиры последними из переселенцев. Я никуда не ходил по ускорению переселения, мне ничего не предлагали, рассчитывал получить однокомнатную. В квартире были прописаны я и мой отец. У меня на кухне колонка АГВ-80, в переводе на русский — автоматический газовый водо-нагреватель. По технике нагрева такая  технология. Газовая  форсунка
 
134
нагревает дно  водяного котла ёмкостью 80 литров. После нагрева до верхней заданной температуры, подача газа выключается, форсунки (горелки) резко гаснут. Фитиль для запалки остаётся гореть. После охлаждения воды до температуры, например, 20 градусов,  датчик температуры  подаёт команду на подачу газа в форсунки, фитиль поджигает газовый поток, вода в котле нагревается, подаётся в систему отопления и циркулирует по замкнутому контуру. После нагрева воды в котле  до заданной высокой температуры термодатчик срабатывает  и подаёт команду на перекрытие подачи газа в форсунки водяного котла и газ подаётся только к фитилю форсунок. Однако фитиль в том АГВ моей квартиры № 1  гаснет при резком отключении форсунок. Этот технический дефект возник с начала февраля 1964 года, автоматически отключались  подача газа к форсункам, нагрев котла и циркуляция горячей воды к батареям. Каждую ночь по холодному воздуху в комнате  и  по  холоду батарей  чувствовал  отключение АГВ. Шёл  на кухню, включал подачу газа, одновременно подносил спичку или подожжённую длинную скрутку бумаги к фитилю и горелкам. Цикл нагрева начинался. После работы я сразу возвращался домой и успевал запустить выключившуюся АГВ.
     Однажды в конце феврале 1964 года в те слегка морозные дни мне и некоторым конструкторам дали трёхдневную бесплатную путёвку в пансионат на Клязьме. Я поехал отдохнуть «на авось» морозной пого-ды. «Клязьма» тогда была самый модный туристический  комплекс, состоящий из нескольких пятиэтажных современных тогда зданий.
   Там я катался на лыжах.  Однажды утром в фойе увидел  объявление о сеансе одновремённой игры, который в 11 часов проводит международный мастер из Москвы. Тогда приглашали таких мастеров под их краткий отдых и  оплату за сеанс от профсоюзных организаций. Я думал, идти или не идти играть. Утром встал, оделся в спорткостюм. На лыжах я катался обычно часа по три. И по местным самодельным горкам. Два дня я жил один в трёхместном номере. Вдруг в комнату входят два парня весёлых. «Привет! Привет!». Знакомимся. Они вынимают бутылку водки. «Выпьем?» Я отказываюсь, идти же на лыжах собрался. Они настаивают и настаи-вают. Я соглашаюсь на треть стакан для знакомства. Махнули, закусили огурчиком солёным и я помчался кататься. Отдыхающие остались допивать. Катаюсь я по трассам и горочкам. В голове мысля: пойти  поиграть  или  не идти?  Смотрю  на   часы   советской   фирмы
 
135
«Слава» 2-го часового завода. Время 10.30. Победили мои азарт и любопытство. Собрал лыжи и не заходя в свой номер, иду в холл здания пансионата, где уже расставлены шахматы. За пять минут до начала явился. Многие уже за досками. Сажусь на свободное место.    
   Приходит известный мастер. Сначала кратко рассказывает о прошедшем чемпионате страны, где он занял призовое место. Потом — ответы на вопросы. Я задал провокационный, как бы, вопрос, какой гроссмейстер сильнее какого-то другого. Мастер ответил. И начал сеанс, то есть обход досок. Сеансёр делает обычно ходы е4 или d4 через каждую доску по ходу движения. Со мной он сыграл е4. Обычно я отвечал с5 и играл социлианскую защиту, которую хорошо знал с юности. Но, понимая, что мастер обиделся на меня за тот вопрос, ответил е4, рассчитывая, что тот  сыграет f4, т.е. королевский гамбит, острый  вариант, чтобы  меня  разгромить. Я хожу е5  и на ход
f4 беру пешку. Цепляюсь за неё, как сказано в теории, строю непробиваемую оборону в первые 8 ходов. За белых вообще-то нет явного позиционного перевеса, а пешки нет. Мастер начинает маневрировать. Перехватываю все ходы противника и перехожу в атаку. Забираю ещё пешку и угрожаю поставить мат. По времени сеанса мастер выиграл большинство партий, кроме трёх.  Он быстро переходит от доски к доске в расчёте на ошибочный ход каждого продержавшегося весь сеанс шахматиста. Я прошу пропустить ход. Мастер не соглашается. Делаю заготовленный ход и сеансёр, увидев мат в два хода, смешивает на доске фигуры при свидетелях, тем самым, признавая поражение. Не любят мастера самолюбивые  проигрывать цивилизованно, например, пожать руку победителю.
     Приехал я из пансионата домой, а морозы хоть и под 5-7 градусов, а систему отопления заморозили. Батареи холодные. Газ зажигать даже опасно. Вдруг вода из котла вообще не потечёт по трубам и не пройдёт на циркуляцию в батареи. Котёл может вообще «рвануть» кипятком на кухню.
    Ищу выход из ситуации. Раздвигаю доски пола квартиры, под ними песок. Набираю в кастрюлю песок. На газовой плите разогреваю песок почти до каления. Насыпаю песок в мешочек двойной тканный  и также в подушку наполовину. Кладу мешочек в постель под спину. На голову одеваю шапку. Другую часть горячего песка насыпаю в два носка. И кладу в ноги. Посреди ночи встаю. Холодно. Опять нагреваю песок  и  насыпаю  в мешочки. С трудом пересыпаю ночь. Думаю, что
 
136
надо делать мощный нагреватель. Электроплитка не поможет, маломощная.. Пока ехал на работу, придумал применить трубу, а на неё завить проволоку нихромовую. Иду к слесарям консультироваться. К кому ещё? Рассказываю про свою проблему. Надо мне трубу изоляционную и проволоку нихромовую.
   Один слесарь  приносит трубу асбестовую диаметром 100 мм и длиной около 70 см. Другой слесарь на токарном станке навивает из нихромовой проволоки спираль длиной полтора метра. Быстро рисую две опоры из стальной полосы шириной 20 мм и толщиной 2 мм,  нарезают мне заготовки на станке. Сгибаю полосы и получаю две опоры двуногие для трубы. Дают мне асбестовый лист для изоляции трубы  при её монтаже на опорах. Дома собираю из этих деталей бытовой нагреватель. Обматываю трубу спиралью, вывожу концы спиралей на  провода с электрической вилкой на выходе. Изолирую соединения изолентой. Получаю мощный электронагреватель типа электроплитки. Включаю в розетку.  Счётчик киловаттный «летит», как бешенный. А что делать? Жить то надо. Включаю нагреватель минут на двадцать. Воздух в моей комнате площадью 2,5 м на 4 м быстро  нагревается.  Выключаю   эту самоделку  и в постель всё равно кладу мешочки с нагретым на сковородке песком. Так вот жил на песке и с авторской самоделкой до середины апреля. Слесарям в знак благодарности презентую бутылку с закуской, что было обычным явлением для тех «тоталитарных» времён.
      В нашем доме в другом подъезде семья из нижней квартиры переехала на второй этаж, где всё нормально и там теплее, чем на пер-вом этаже. Я переезжаю в их квартиру № 5. Колонку АГВ-80 и сис-тему теплоснабжения по батареям я испытал, всё в нормально.  
    Через год, весной  1965 года  я излюбопытства зашел в бывшую квартиру. На кухне обна-ружил  ледяную конусообразную горку, высотой под потолок. Вероятно, на чердаке лопнул заморозившийся водяной бак, вода лилась на второй этаж и оттуда сквозь щели пола падала, медленно сливаясь на кухню первого этажа. Зимой она намерзала и так постепенно образовала сталлагмит ледяной бесформенный до потолка. Другого названия этой фигуры я не нашёл.
….....................................................................................................................
    В феврале 1964 года вижу  у моего соседа-конструктора во время работы какую-то книгу. Спрашиваю, что интересного. Коля сообщает, что   осенью 1963 года  поступил на   платные  курсы  разговорного (!)
 
137
немецкого языка. Полгода отзанимался и закончил первый семестр. Курсы размещались в школе, расположенной на Садовом кольце, в районе между Большой Никитской и  метро «Смоленская». Стоимость занятий составила тогда 7 руб. в месяц. Это при моей месячной зарплате в 140 руб. были копейки по затратам.  Коля  планировал заниматься  дальше. Показал мне учебник немецкого языка, который рассчитан на два семестра обучения. Я полистал книгу. И «загорелся» темой. И себе сказал, что же это я за инженер, если не знаю хорошо или в совершенстве ни какой иностранный. На курсы английского я не захотел, мне он не нравился. Даже по слуху. На немецком занятия начались уже с 1 февраля.
   Я поехал на курсы в конце месяца, нашёл преподавателя, который вёл занятия с первого семестра. Переговорил с преподавателем в перерыве его занятий,  и очень попросил  принять меня, рассказав о причинах. Тот сообщил, что в группе уже 30 человек, перебор. И я уже опоздал, приходите в сентябре. Я сказал, что догоню начинающих. Преподаватель разрешил, я тут же оформил квитанцию и заплатил 7 руб. С марта занимаюсь. В группе человек двадцать девушки, которые, видимо, решили найти в немецком или рядом свою профессию и судьбу. Занятия велись три раза в неделю: понедельник, среда, пятница — по три часа с 17 часов (доехать к началу занятий я успевал). В те годы был сокращённый рабочий день (с 8 и до 16 часов). Задания давали к каждому занятию, надо было по два-три часа готовиться письменно и устно к следующему, иначе отстанешь. Дома надо читать вслух. Тогда использовал я свой магнитофон. Записывал по микрофону текст и включал кассету на время ужина. В общем так «втянулся» в учёбу, что немецкое «r» стал грассировать. На занятиях — хорошая подготовка: слушаешь немецкое произношение от других слушателей и впитываешь. В июне сдал экзамен на «хорошо».
     Начинается лето. Решил второй семестр освоить самостоятельно, не из-за денег, а чтобы не терять драгоценное время. Грамматика (перфект, плюсквамрефект, футурум и пр.) была расписана в учеб-нике. Задания к каждому уроку прописаны. Летом получил отпуск, как обычно для инженера, 24 рабочих дня (это с субботой тогда считали), то есть всего 28 календарных дней. Еду в Крым, в Гурзуф.
    Снимаю комнату за рубль в сутки. Создал себе режим дня. Встаю в восемь, завтрак  на набережной в кафе или столовой. Иду на пляж к 9 часам.   Тогда  все  пляжи  были  открытые  и  бесплатные.   Ложусь  в
 
138
стороне от загорающих на большое полотенце. Всего уроков десять мне на весь отпуск. На каждые два урока выделяю три дня изучения. Читаю базовый текст урока три раза вслух. Потом закрываю учебник и вслух или шёпотом про себя делаю пересказ. Конечно, с ошибками. Опять открываю текст и читаю два раза. Закрываю книгу. Иду купаться. Отплываю от берега метров на двадцать, где нет пловцов, ложусь на спинку и читаю текст три раза. Конечно, с ошибками. Приплываю на пляж. Открываю учебник, опять читаю текст вслух или шевеля губами, если рядом какие-то соседи. Закрываю и бубню под нос текст. Затем читаю грамматику к данному уроку, перехожу к с заданиям. Ставлю ручкой в учебнике там, где надо нужные окончания, или впереди необходимый предлог или глагол в нужном времени, или правильное окончание к базовому слову. В уроке есть другой параллельный текст, его читаю и стараюсь выучить наизусть. И опять иду купаться с чтением текста вслух. Так продолжается до 12 часов. За время отпуска составил свой немецко-русский словарь с наиболее употребительными речевыми оборотами.
   Иду на обед в столовую. Днём жара, отлёживаюсь в комнате, почитываю учебник. После пяти часов иду купаться. Пытаюсь пройти иногда в элитный военный санаторий. Там отдыхающие, рангом не ниже полковника, были даже первые космонавты. Пройти офици-ально через проходную невозможно. Но мы с приятелями-отдыха-ющими  знали пути-дороги и тогда через проходы по пригоркам, оказывались на территории санатория. Там были два корта. Иногда после обеда в санатории на кортах никого не было, и мы успевали перекинуться мячами минут на двадцать. Иногда с кем-то из отды-хающих. Это, пока нас не удаляла охрана. Видел я там одного прилич-но играющего штатского москвича, которого генералы и полковники брали для игры. И он иногда давал уроки большого тенниса.
      На пляже тогда, летом 1964 года бывал почти каждый день  артист Савелий  Крамеров. Раздевался и лежал  недалеко. Тогда он ещё был мало известен. Две симпатичные крали постоянно были с ним. Видимо, не могли киноартиста поделить, это продолжалось почти полторы недели. Отдыхающие «дикари» узнавали Крамерова и лезли в разговоры. Однажды его не было целый день. Появился Савелий на набережной уже с одной, но совсем другой девицей. И потом  исчез.
     Иногда я ходил купаться на «дикий» пляж около домика Чехова, рядом с домом художников имени Коровина.  Местные ребята  опасно
 
139
ныряли в проём между скалами. Во имя местных девчонок, что купались недалеко. Рядом, за высоким забором находился знаменитый пионерский лагерь Артек. По аллее рядами и друг за другом стояли кипарисы. Заглянуть на пляж Артека можно было, отплыв в море метров на тридцать.
   В Москве продолжал заниматься немецким. В конце августа приезжаю на курсы. В это время туда приходили-приезжали  новые желающие на овладение иностранным с какими-то целями. Запись — на первый семестр. На второй или третий семестр — приём с экзаме-ном, в зависимости от знания иностранного.
     Встречаю случайно своего первого преподавателя и сообщаю, что хочу сдать экзамен за второй семестр и сразу перейти на третий. Он удивился и направил меня к другому преподавателю, которому я сдал свои знания  за курс второго семестра.
     На третьем семестре был другой учебник, очень сложный, близкий по текстам к подлинному немецкому. Преподаватель — Александр Васильевич, если память не изменяет. Известно, что он был в немец-ком плену и там освоил язык. Этот русский мужик пенсионного возраста  был с юмором, весело проводил занятия. Чтобы было не скучно, устраивал диалоги на разные темы. Но были новые сложные задания на базе основного углублённого грамматического курса и с переходом на бытовой и литературный немецкий. Даже читать было тяжело. Но произношение я уже поставил через грассирующее «р-р-р» и мне успели поставить основное по другим нюансам разговорного за время первого семестра. Я применил свою методику изучения. На базе нового текста составлял свой попроще. Для разгона пересказа сделал несколько «паразитных» фраз. Типа «Ich moechte heute mitteilen, dass ......(«я хотел бы сегодня сообщить, что....») и далее, уже пока это говоришь, не думая, составляешь следующую часть фразы грамматически на немецком. За два месяца освоил свою методику  и уже к ноябрю поймал себя на том, что составляю фразу, уже думая на немецком, то есть из того словарного багажа, который приобрёл. В общем, верна поговорка: «Упорство и труд, всё перетрут». Учил шаблоны наизусть.
    Через полтора месяца Александр Васильевич меня похвалил: «Ну, Кириенко, пришли Вы никакой, а сейчас уже всех догнали и давайте дальше». Ставил мне оценки «хорошо» и «отлично». Диалоги среди учащихся сразу помогали втянуться в понимание содержания темы.
 
140
   Третий семестр я сдал на «отлично». К сожалению, на четвёртый семестр с февраля 1965-го нам дали другого преподавателя. Дальше я шёл по своей методике заучивания наизусть. За весь двухгодичный курс в июне 1965 года сдал экзамен на «отлично». Диплом храню.
   А в сентябре 1965 года поступаю на третий год занятий по совершенствованию знаний языка. По принципу «учить, так учить».
…....................................................................................................................
      Насколько помню, весной 1965 года наше КБ перевели от метро «Октябрьская» на Нагорную улицу, где рядом со «старой» территорией для НИИВТ было построено капитальное шестиэтажное здание. КБ отдела   24   расположилось на втором этаже в светлом помещении. Видно было, что здание строили по специальному проекту. На первом этаже разместился отдел испытаний новой техники. На новой территории мне дали разработку напылительных установок. Подобными конструкциями я занимался ещё в лаборатории вакуумного машиностроения завода полупроводников.
    Для ознакомления с технологией изготовления новых изделий нас, двух конструкторов направили в Новосибирск на местный завод. Летели самолётом Ту-104 четыре часа в одну сторону. Вылетели в 12 часов. Прилетели в 20 часов по местному времени. Тогда я почувствовал часовые пояса. В свободное время мы посмотрели на известный Академгородок, который был построен специально под Новосибирском с целью приближения научного центра  к разработкам Сибирского региона. Рядом песчаный пляж. И хотя был холодный сентябрь, мы принципиально искупались в Оби под стаканчик оздоровительного напитка. Ознакомившись по цехам с технологиями будущей разработки, отправились в Москву. Вылетели в 12 часов по времени Новосибирска и прилетели  в 12 часов по московскому времени. Мы летели параллельно,  вместе с солнцем.
    На работе я выполнял основные конструкторские задания группы на приличном уровне и замещал руководителя во время его отпусков. Тогда при начальной зарплате 140 рублей в месяц мы постоянно получали квартальные премии в размере 40% месячного оклада. По результатам работы за 4 года меня перевели на оклад 160 руб и при том же звании инженер-конструктор. Тогда  при премиальной системе более 40 % квартальные премии составляли  более  60 рублей.
  После снятия Хрущева с должностей в октябре 1964 года, руководство  ЦК и Политбюро стало отходить от  оголтелого  атеизма
 
141
и хрущёвского уничтожения уцелевших в 30-е годы православных храмов. Кто-то придумал в ЦК поднимать культурный  уровень инже-неров, наверно, во всех предприятиях. Начались экскурсии по право-славному Золотому кольцу храмов и церквей Подмосковья, Влади-мирской, Ярославской и прилегающих областей Европейской России. Во время поездок под поздний вечер мы всей группой выходили из автобуса, разбивали палатки, разводили костры, ночевали на природе. Ездили мы в Переяславль Залессский, Ростов Суздальский, в Кижи. Менялась социальная политика в обществе к демократизации.
   Летом 1965 года раз месяц нам конструкторам и исследователям давали «разгрузочный» день отдыха от «большого ума» среди рабочей недели. Вывозили на природу в Подмосковье, выделяли автобус. С нами ездил новый начальник отдела. Генрих Александрович переведён на другое предприятие или уехал в Зеленоград на повышение. Мы организовывали игры в футбол или волейбол на любой поляне. С нами ездил свой баянист и песнями по дороге развлекались.
   Однажды с Северного речного вокзала поехали на «ракете», судно на подводных крыльях. Тогда они впервые появились в России и в СССР. Кто-то из инженеров додумался, что не надо преодолевать сопротивления воды, что называется в лоб. Пришла идея поднять корабль над водой. Воздушными струями из форсунок у дна корабля в поверхность воды, а  поднятый корабль воздушными горизонталь-ными струями отталкивается и направляется вперёд с большой скоростью. Сопротивление создаёт только воздух. Это  было пионерсое  изобретение. Где был хвалёный Запад? Принципы работы многих агрегатов  брали у русских, в большинстве, инженеров.
    Приезжаем на пристань в Подмосковье по каналу имени Москвы.  Идём в лес, находим площадку, играем в футбол. Женщины и девушки в волейбол. Затем застолье с минимум вина красного. Никто никогда не увлекался напитками, потому что при начальнике отдела это для кого-то могло кончиться увольнением. За столом народные и лирические песни из советских фильмов  песни.
 
 «Когда весна придёт, не знаю...»,
«Виновата ли я,  виновата ли я …»
 
     и самобытные:
 
142
На мосту стоит корова,
Смачно семечки грызёт.
Отморозила копыта,
никто замуж не берёт
 
Дай на маленькую!
Дай на маленькую!
Я ведь больше не прошу.
Дай на маленькую!
 
Девки: «Ух!» И бабы:  «Ух!»
В положении петух.
То же семечки грызёт.
Словно соловей поёт.
 
   И опять тот же припев от конструкторов. Ну и так далее. Отсебятина полная! Кто-нибудь может удивиться, как такие «придурки» делают уникальные конструкции и проводят глубокие пионерские технические исследования.
…...................................................................................................................
      В августе  1965 года еду на две недели  в Крым,  в Коктебель. Отдых стандартный, вечером проходим окольными путями на танцы в молодёжный международный лагерь «Спутник». Кстати иностранцев там было мало, около двадцати французов на весь заезд на триста наших. После этих танцев идём стихийной группой на набережную. Кто-то включает переносной магнитофон с  твистами. И я в этой случайной группе под твист тру ботинки об асфальт. За два дня  истёр подошви до дыр, пришлось переходить на кеды и на баскетбол на площадке у пляжа.
…..........................................................................................................
  В наш технологический отдел новой техники № 24 входили конструкторское бюро, лаборатория испытаний новой техники и лаборатория по исследованию процессов в  вакууме. В НИИ было множество технологических отделов и производственный цех, а жизнь по интересам просто кипела.
    Сейчас в архиве нахожу записную книжку 60-х годов. Привожу просто состав культмассовой комиссии НИИВТ — фамилия, в скобках № отдела, вид работы: Лобачева Галя (№ 25), работа в школе;
 
143
Пятибоков (№ 9), лекции, пропаганда; Горбунов Виктор (№ 09), Антонова (№ 24), Лобачева (№ 25) - проведение вечеров; Маликов (№ 23) - проведение экскурсий; Вислобокова Лена (№ 10) - распространение билетов; Лещук Вита (№ 25)  - распространение художественной литературы; Рождественская Тамара (№ 20) - билеты в кино; Минакина Рита — политехнический  музей;. В записной книжке также список культоргов 26-и (!!!) отделов: номера отделов, фамилии и имена. В списке разрозненные мероприятия в разных отделах: сентябрь — поездки за грибами; дни отдыха в разных отделах; поездка в Ленинград; поездки на немецкую, австрийскую выставки в Москве и др. Помню свою спортивную поездку в Ленинград на товарищеские встречи по баскетболу с командами родственных по профилю исследований предприятий. Я лично готовил трафареты из ватмана (нарезки букв) для нанесения гуашью надписей НИИВТ на майки баскетболистов. Всё проводилось за счёт бюджета профкома института и на инициативе молодёжи.
   С осени 1965 года профком объявил о проведении конкурсов самодеятельности среди отделов НИИВТ. По линии профкома в каждом подразделении отдела — культорги. Собрались, поговорили, кто и что может предложить. Мне поручили и я с удовольствием взялся за организацию команды отдела на конкурс. Посмотрел свои юношеские литературные записи, предложил две интермедии, одну сценку с темой на «театр теней». Кроме того, у меня были пародии и зарисовки-юморески объявлений, сообщений и бытовых разговоров. Одним из номеров был песенная сатира «Нас здесь четыре братца — четыре тунеядца», которую принёс Миша из испытательной лаборато-рии. Добавили и скорректировали текст. Сатира шла на «Ура» под чаплинскую мелодию. Кто-то принёс проигрыватель и перед каждой репетицией мы минут двадцать разминались танцем «хали-гали». Образовалась тогда и танцевальная пара для номера. В день выступления заболел партнёр по танцу и мне пришлось, вспомнив молодость,  выступать с основной партнёршой во время конкурса.
  Конкурс проводился в Доме культуры текстильной фабрики, расположенной рядом с нашим НИИ. В результате конкурса нам при-судили второе место среди отделов-участников. Победила команда отдела вакуумной лабораторной техники под руководством Феликса Л., как сообщили за счёт исполнения бывшей балериной, а в то время лаборанткой, номера на пантах из «Лебединого озера».
 
144
  В общем, мы в те времена, чем только не занимались. В 60-е годы московская продвинутая молодёшь ходила на танцы в  парках культуры г. Москвы. Я ориентировался на известный танце-вальный зал «Шестригранник» в парке культуры имени Горького. Зал получил название из-за шестигранной формы здания и зала. Туда по выходным трудно было купить билеты.  Поэтому танцы стали делать даже в павильоне парка на набережной Москва-реки.
    На танцах весной 1965 года  познакомился с симпатичной девуш-кой (без «верхнего» образования). Но тогда  не получилось понимания по интересам с её стороны. Через полгода осенью  встретил её опять на танцах. Тогда мне надоело жить одному. После нескольких свиданий предложил ей замуж. И мы стали жить у меня на Кипренского. В июне 1966 года родилась девочка. В доме № 22 живём мы тогда втроём на первом этаже, на втором — другая семья. В соседних: доме  № 20 и № 18 остались жить две семьи.
 
4.3. От кульмана в науку. Сублимация продуктов в вакууме.  Кишинёв. Одесса. Культуру  в Подмосковье. Из барака в квартиру. Теннис.
 
   С февраля  1966 года продолжаю заниматься на курсах немецкого языка. Пятый семестр закончил на «отлично». Меняется на шестом семестре преподавательница, которая стала придираться к любой моей запятой, любой миниошибке и перед всей группой. Были в составе просто слабые курсантки, но им Сойфер ставила пятёрки. Я понял, что это уже политика. Некоторым любимицам надо было выставить в дипломе пятёрку, с которой можно было бы устроиться на престижную работу в какой-либо советской организации. Весной 1966 года  заканчиваю эти трёхгодичные курсы немецкого и меня одаривают в дипломе оценкой «хорошо». Это была первая интрига.
    В 1966 году, насколько я помню и знаю, главный инженер НИИВТ сообщил, что пришло указание из ЦК КПСС и Совета Министров СССР применить высокие технологии для народного хозяйства. Я это понял из случайно-неслучайного посещения главным инженером института Михаилом Ивановичем Меньшиковым нашего отдела 24. НИИВТ арендовало теннисные корты в спорткомплексе Лужников. А я, фанат большого тенниса, играл на этих кортах вместе с теннисистами института. И там встречал шапочно М. И. Меньшикова,
 
145
который играл со своими друзьями рядом на другом корте.
    Во время беседы в присутствии моего руководителя группы Михаил Иванович достаёт  какие-то бумаги, листает и говорит, что есть несколько предложений-заданий использовать вакуумные уста-новки для пищевой промышленности. И смотрит на меня и руководи-теля группы. Продолжает: «Например, для отсоса молока из вымени коровы». Я говорю, что не в курсе этой проблемы. Тем более, коров близко не знал. Меньшиков зачитывает ещё пункт о проблеме обезвоживания-сублимации пищевых продуктов для поставки космонавтам. Я, особо не думая, говорю об интересной реальной  теме. На этом разговор и закончился. Через несколько дней меня и руководителя группы вызывает начальник отдела и говорит о задании на разработку сублимационной установки. Как я понимаю, визит М.И. Меньшикова был неслучаен, вероятно он знал, что я закончил пищевой институт, по специальности инженер-механик. Не беру много на себя, но, как я знаю, Михаил Иванович, в то время кандидат технических наук (позднее доктор техн. наук), постоянно посещал лаборатории института, как уникальный специалист в вакуумно-электронной технике, курировал все разработки, помогал в разрешении технических и организационных проблем и знал в лицо всех специалистов НИИВТ. Интересно, что М. И. Меньшиков был беспар-тийным в то время, это удивительно при тех исследованиях секретного характера. Михаил Иванович в те 60-е и позднее годы постоянно занимался теннисом, катался на горных лыжах и помогал в решении материальных проблем в общественной жизни института. Директор НИИВТ С.А. Векшинский решал на высоком уровне и принципиально проблемы и вопросы с применением вакуумных систем для электронной области, контактировал, как правило, в системе НИИ с начальниками отделов, которых было более двадцати.
   Итак, в 1966 году возникла проблема обезвоживания пищевых продуктов в вакууме методом сублимации. С целью поставлять облегчённые пищевые продукты на космические станции и для туристических целей. Разрабатывать установку поручили мне. Я даже обрадовался. Со стороны заказчика новой полупромышленной установки выступал Всесоюзный научно-исследовательский институт консервной промышленности (ВНИИКОП). Позвонил во  ВНИИКОП, представился как ведущий конструктор из НИИ вакуумной техники. Попросил   соединить   с   директором.  Секретарь   поинтересовалась,
 
146
какая у меня фамилия. Назвал: Кириенко. Спросил: «А что это имеет значение?» Она ответила, что это важно. У директора — фамилия Кочерга. Позднее мне сообщили, что был случай, когда директору ВНИИКОП позвонил из Украины директор какого-то предприятия и сообщил: «Беспокоит директор Сковорода». И спросил: «А кто у телефона?». Директор ВНИИКОП ответил: «Кочерга». И Сковорода бросил трубку.
   Я получил первую консультацию. Составил список технической литературы, в том числе на немецком и английском языках. Журналы и книги заказывал, получал и прочитывал во Всесоюзной институте научно-технической информации, что был расположен на Кузнецком мосту. Ничего необычного и сложного, в том числе из западной техники не оказалось. Для ознакомления с практической технологией и имеющимися отечественными лабораторными установками меня с руководителем нашей группы Иваном Никифоровичем (если не ошибаюсь по И. О., фамилия, кажется, Ермаков) командировали в Киев, Кишинёв и Одессу. В Молдавии в те 60-е годы находился республиканский НИИ консервной промышленности.
    Приезжаем в Кишинев, свободно устраиваемся в гостинице, и затем в НИИ два дня знакомимся с работой малогабаритной лабораторной установки. Берём в руки образцы натуральной клубники, нарезки картофеля и моркови. Ничего они не весят. Дают нам блюдце с водой. Кладём туда образцы и получаем сырые продукты. Конечно пробуем: клубника как настоящая, но с некоторым запахом. Пробуем и сырую морковку. Технологию видим и записываем. Упаковка примитивная, взвешивания обезвоженных образцов не имеется. Почти всё я знаю из литературы по сублимации.
   Выходим с Иваном Никифоровичем из НИИ, идём в гостиницу. Город спроектирован на кварталы продольно — поперечной  планировки. По пути расположены винные подвалы. Заходим в первый. Несколько бочек с разными винами. Пробовать надо. Заказываем по стакану, по 200 г молдавского вина. И под конфетку типа «ласточка». Выпили, понравилось. Выходим на улицу. Идём дальше. На следующем перекрёстке — такой же погребок. Заходим, заказываем два стакана по сто грамм разных вин, чтобы продегус-тировать качество. Выпиваем. Закусываем другой фирменной  конфеткой, теперь «ромашкой». Выходим. Идём к гостинице. Опять перекрёсток  с   погребком.  Заходим.  Выбираем   два  по   сто   грамм
 
147
других марок красных вин. Заедаем «ласточкой». Выходим. Идём к гостинице. Мой начальник, которому 59 лет, тут и говорит: «Чёрт возьми! Мы же за пятнадцать минут выпили по 600 грамм вина. Пойдём в ресторан». Зашли, заказали и сьели по большой тарелке первого — борща. В номере отпивались чаем без закуски.
   Поехали в Одессу для консультаций на каком-то полузакрытом предприятии. Я знакомился с приборами  бесконтактного тензовзвешивания продуктов, который применялся в бытовых условиях. Зарисовал схему взвешивания, записал параметры и типы датчиков — комплектующих изделий. Для использования в системе управления установкой. Тензометрический метод непрерывного взвешивания образцов планировал применить в системе  контроля процесса сублимации. Это было ноу-хау  по тому времени.
    В Одессе мы пошли специально по знаменитой Дерибасовской. Я вспомнил из молодости песню псевдоблатных «На Дерибасовской открылася пивная...», которую мы распевали в весёлые студенческие годы как юморную. Привожу часть услышанного нами в своё время текста (остальное смотрите - поиск в интернете)
 
На Дерибасовской открылася пивная,
Там собиралася компания блатная,
Гуляли девочки — Маруся, Роза, Рая,
И был там с ними — Васька-шмаровоз.
 
Две полудевочки, один роскошный мальчик,
Который ездил побираться в город Нальчик
И возвращался на машине марки Форда,
И шил костюмы элегантно, как у лорда.
 
Вошла в пивную Роза с Молдаванки,
Прекрасная как  тая древняя гречанка,
И к ней подсел  всегдавешний попутчик
И спутник жизни Вася-Шмаровоз.
 
Держа её, как держат ручку от трамвая,
Он ей шептал: "О, моя Роза дорогая,
Я вас прошу, нет — я вас просто умоляю!
Сплясать со мной прощальное  танго".
 
148
Но тут Арончик пригласил её на танец,
Он был тогда почти что иностранец,
Он пригласил  галантерейно очень
На Шмаровоза посмотрел он между прочим.
 
Красотка Роза танцевать уж не хотела,
Она уж с Ваською порядочно вспотела.
Но улыбнулася в ответ красотка Роза,
И раскраснелась морда Васьки-шмаровоза.
 
Услышал реплику маркер известный Моня,
О чей хребет сломали кий в кафе Фанкони,
Побочный сын мадам той тети Песи, -
Известной бандерши в красавице Одессе.
 
Он подошел  походкой пеликана,
Достал визитку из жилетного кармана
И так сказал, как говорят  поэты:
«Я б вам советовал беречь свои портреты».
 
Сказал ещё в изысканной манере:
«Я б вам советовал пришвартоваться к Вере,
И чтоб в дальнейшем не обидеть Вашу маму,
Я отойду, надвинув белую панаму».
 
Тут поднялася катавасия такая,
Передралася вся кампания блатная...
 
    И вот мы на той Дерибасовской, кстати обычной одесской улочке. В это время две дамы остановились и спросили у меня: «Привоз? Привоз?» и добавили на своём. Я понял, что это немки. Пояснил им, как проехать. Получил: «Danke!». И затем они отошли и одна дама говорит: «Wo sind unsere Suessen?»  Они оглядываются, ищут кого-то. Я думаю, что это за «Suessen» и к чему оно. А впереди оказались две девицы, это были  дети этих дамочек или девушки из тургруппы. Я понял, что «Suessen” (в переводе «сладкие») относится к этим девушкам. Выясняется, что и у немцев есть жаргоны и сленги.
      В Одессе, также  как  в  Кишинёве,  имелись  винные  погребки  на
 
149
перекрёстках улиц. Но мы, без соблазна,  осторожно попробовали три раза по сто грамм.  Перед отъездом из Одессы зашли на знаменитый Привоз. Там купили по две толстых селёдки домой. Кстати потом в Москве я резал эту селёдку длиной 50 см вдоль брюха и там в полости лежала прослойка  жира натурального. Такая вот была селёдка! Вкус настоящий. 
   Сели мы на пассажирский поезд, который полтора дня тащился до Москвы (обычно скорый ехал сутки). Зато по пути на каждом полустанке можно было купить и мы покупали варёную картошку с солёными огурцами, варёную курицу, помидоры натуральные украинские, лещи вяленые, яблоки краснобокие. У нас была с собой общая бутылка молдавского вина. Под эту народную закусь.
    В конце августа 1966 года  мне  профком НИИ  предлагает путёвку, как обычно  бесплатную, на 12 дней. Еду в подмосковный дом отдыха «Берёзки». Там традиционно: завтрак, обед, ужин. Запомнился мне этот отдых некоторыми эпизодами.
    В пятиместный номер, который я занимал три дня один, въехали четверо весёлых украинцев. После традиционного винного знакомства они стали петь украинские песни. Среди них была «Червона рута», которая мне нравилась. Я попросил написать текст. Один из ребят спрашивает: «По-русски?». Я говорю: «На украинском». Поскольку считаю, что песню надо исполнять только на языке оригинала. Остальное — суррогат. Мне парень с Украины записал текст. Потом в любой смешанной  кампании я пел «Червону руту» на  украинском.
    На другой день Сергей из той кампании спрашивает: «А ты знаешь Василий обладает гипнозом? Как Мессинг». Я не верю. Мне предла-гают испытаться. Прошу показать пример. Тогда Василий  вызывает и ставит друга Николая  перед собой, проводит какие-то движения руками. Приятель вытягивается в струнку. Гипнотизёр нажимает Николая на грудь и отклоняет его назад на угол градусов в тридцать. Тот  не падает, как будто прирос к полу. Сергей  расставляет два стула примерно на полтора метра. Двое берут Николая как бревно и кладут его на стулья, голова на одном, ступни ног на другом. Лежит как доска. Удивительное рядом. Но я отказался от такого эксперимента.        
    Запомнились футбольные игры отдыхающих с местной молодёжью обычно после обеда,  примерно с 17 часов и до ужина. Наш заезд обыгрывал местных сначала. Я играл в нападении и полузащите. В одном матче помню забил два мяча. Повели 4 : 0. Приходят другие местные на замену. Нам сказали: вот  у  них  сильные  вратарь  и  двое
 
150
нападающих. Забили они нам в течение 10 минут два мяча. А их вратарь взял пару неберущихся мячей от моего партнёра. Престиж наш падал ежеминутно. И тут мне повезло. Справа наш крайний прорвался и сделал навес в район одинадцатиметровой. Бегу в эту зону. Успеваю посмотреть, что делает вратарь. Он — в воротах, не успевает выйти и перехватить навес. Мяч летит. Я уже на точке удара. Бить надо головой. Отклоняюсь чуть назад и посылаю мяч прицельно в дальнюю «девятку». Вратарь прыгает хорошо, но не дотягивается. Мяч в воротах. Гол престижа забит. Хорошо, что начинает темнеть, уже сентябрь. Расходимся. Местные домой, а мы на ужин. После этого играть перестал. Смаковал тот гол последние два дня отдыха.
     В те 60-е годы 20-го века  профком НИИ вакуумной техники время зря не терял. Из номеров нашей самодеятельности была составлена программа и образована концертная бригада. Выделили автобус  и однажды снежной зимой 1966 года нас направили в подшефный совхоз для проведения концертов. Сняли всех «артистов» с работы на три дня с обеспечением питания и проживания в местных условиях. После одного из выступлений автобус застрял в сугробах. Так, что от правления совхоза прислали трактор, который и вытащил автобус на трассу. В план выступлений вошли наши «Четыре тунеядца», номер «театра теней», несколько пародий. Хорошо пели девчата-технологи из механического цеха лирическую песню «И таяла сладко малина на тёплых губах у тебя...; Ты помнишь, Ты помнишь — на тёплых губах у тебя...». Балерина отсутствовала. В общем, выступили мы в трёх клубах разных деревень совхоза. Кормили нас в местных столовых замечательно. Ну и отзывы о наших концертах в профком НИИ послали положительные.
     В трудовой книжке вижу приказ по НИИВТ от 07 января 1967 года «За активное участие в проведении смотра художественной самодеятельности объявить благодарность и наградить почётной грамотой».
….....................................................................................................................
     С 1965 года параллельно с конструкторской работой я активно занимался организацией культмассовой работы, то есть общественной деятельностью. Тогда же был избран комсоргом отдела 24. Через два года дали мне рекомендации и вступил в КПСС. В августе 1967 года меня вызывают в партком и предлагают учиться в Университете марксизма-ленинизма. Это  без  обсуждения. Я приезжаю в здание на Ленинградском шоссе и  выбираю
 
151
факультет «Внешняя политика СССР и международные отношения», потому что мне  ещё в школе нравился как предмет «История СССР», которая, в основном, базировалась на истории России. Занятия проводились раз в неделю и дважды за семестр каждый писал реферат по заданной исторической или внешнеэкономической теме.
…...................................................................................................................
 Осенью 1966 года сочиняю и оформляю на работе на пишущей машинке под копирку в 6-и экземплярах письмо-заявление руководителям в 4 московские организации: первый экз. в адрес Московского горкома КПСС (от которого зависит практически всё тогда в городе), второй экз. в адрес Краснопресненского райкома КПСС (который курирует все проблемы в районе), третий экз. в Моссовет (который планирует жилищное строительство в городе), четвёртый экз. в Краснопресненский райисполком (который знает все проблемы в подконтрольном районе). В письме изложена ситуация по состоянию  наших домов на Кипренской и что выселение остановилось, хотя дома признаны были аварийными ещё в 1960 году и через год началось и проведено расселение большинства квартир. Остались в домах 4 семьи. Пишу о состоянии квартир. Не выехавшие семьи подписываются под письмом. Даю в письме свой адрес. Проходят месяц, второй. По тем временам ответ на обращения должны давать в течение месяца. Молчание.
      В марте 1967 году опять печатаю заявление в 6-и экз. и посылаю в те же 4 адреса. Добавляю фразу типа: «Мы вам писали, вы нам не отвечали». 
     Через месяц приезжает комиссия в составе трёх человек. Сначала они побывали в домах № 20 и № 18. Мне говорит одна из членов комиссии, что в тех квартирах жить можно.  Я веду членов комиссии сначала в другой подъезд, в квартиру № 1, где я был прописан, и там на кухню, где стоит ледовый сталагмит, который за лето не расстаял.  Объясняю, что по этой причине я не мог остаться жить в той квартире. Веду комиссию в «свою» квартиру № 5. Приглашаю в ванну-туалет. Беру швабру и тычу в потолок этой комнаты. С потолка падают куски штукатурки размерами по 30-40 см прямо перед ними. Любопытные выходят. Председатель комиссии (вероятно) заявляет, что мы (т. е., Они) включат наши семьи в план отселения на 1968 год. В 1967 году нас в планах выделения квартир нет. Значит, ещё зиму 1967-1968 г.г.  придётся   пережить.  Правда,   задают   вопросы,    где
 
152
работаю и могут ли на работе дать жильё. Отвечаю, это от меня не зависит. Даю глупый совет: «Обратитесь туда в закрытое НИИ».
…...........................................................................................................
     В командировках получил я тогда основную техническую информацию, требования со стороны натуральных заказчиков и приступил к работе. В установке по техзаданию предусмотрены серийный вакуумный насос (откачка атмосферного воздуха и влаги из образцов пищевого назначения), специальный корпус установки, упаковочный блок, тензометрическая система взвешивания, пульт управления с мнемосхемой блоков и процессов откачки воздуха и влаги из образцов.
    Корпус установки выполнил в  виде параллепипеда, у которого имеются верхняя панель, боковые стенки и дно. Верхняя панель корпуса выполнена из стали толщиной 4 мм, имела четыре ребра жёсткости для предупреждения изгиба-прогиба под действием атмосферы. Рёбра жёсткости — это стальные полосы толщиной 4 мм и шириной 40 мм, приваренные перпендикулярно к плоскости верхней панели с зазором по 100 мм. Чтобы читатель  представил себе нагрузки, сообщаю, что давление атмосферы на любую плоскость составляет 1 кг на кв. см. При площади верхней панели 2800 кв. см (ширина 400 мм и длина 700 мм) давление составляет 2800 кг или почти 3 тонны. Боковые стенки и дно также были «оребрены» от прогиба. На верхней панели были размещены две откидные  крышки, прикрывающие блок с резино-выми перчатками под левую и правую руки для будущей упаковки сублимированных обезвоженных образцов. Это  после выключения вакуумного насоса, т. е. окончания сублимационной сушки.
    Итак, я разработал конструкцию полупромышленной сублимационной установки для производства обезвоженных продуктов, предназначенных для космонавтики, геологов и потенциальных альпинистов и туристов в СССР. Разработал все чертежи на установку. Согласовал с руководством, технологами  и механический цех НИИВТ под моим конструкторском надзоре, как это обычно установлено, изготовил две установки: одну для ВНИИ консервной промышленности, другую для НИИ вакуумной техники. Уже тогда я задумал перейти на научную работу и для этого мне нужна была опытная установка. Всё было в тенденции экономической политики оказания помощи со стороны оборонной промышленности отраслям гражданского назначения.
 
153
     Изготовленную установку осмотрел М.И. Меньшиков. На вопросы об условиях эксплуатации я ответил. Затем не по теме установки, Михаил Иванович сообщил об идее использовать плоскую крышу главного шестиэтажного корпуса НИИВТ для размещения теннисного корта и предложил мне нарисовать проект и с чертежами. В те годы я продолжал интенсивно играть в теннис: в Лужниках, где меня видел на площадках М. И. Меньшиков. Также играл в нашем районе на стадионе «Динамо-3» в Покровское- Стрешнево, и начал играть в московских соревнованиях, добравшись до получения 2-го, а потом и 1-го разряда. По указанию М. И. Меньшикова,  охрана института допустила меня на  крышу здания, куда я поднялся с одним из теннисистов. Сделали эскизы, рулеткой замерили контуры крыши и некоторые технологические блоки системы вентиляции и слива дождевой воды, которые пришлось «обходить» при размещении площадки. Затем на кульмане я нарисовал расположение корта на крыше, систему металлического ограждения высотой в 8 метров на базе стальных уголков и сеток для исключения падения случайных теннисных мячей с крыши на землю (и на прохожих). Передал проект М. И. Меньшикову. Результат обсуждения не знаю. Кажется, от этой идеи отказались. Позднее, уже после моего ухода  с работы, рядом со зданием НИИВТ построили песчаные  корты.
    20 апреля 1967 года я по заявлению в адрес начальника отдела 24 был переведён на должность инженера в исследовательскую лабораторию, которую возглавлял Александр Борисович Цейтлин, доктор технических наук. Замом у него был инженер Валерий Кадацкий, женившийся на москвичке и приехавший из Харькова. Он командовал оргхозделами по лаборатории. Раз в две недели он зака-зывал и списывал спирт на специсследования.
   Со спиртом в НИИ был связан интересный эпизод. Директор НИИВТ С. А. Векшинский был в длительной командировке и НИИ временно на два месяца возглавлял его заместитель не по науке, а по хозяйственной части. Спирт в НИИ широко использовался для дезинфекции (чистки) многочисленных вакуумных, в том числе стеклянных измерительных приборов и систем. Расход спирта обос-новывался нормами и выдавался по заявкам зав. лабораториями или их заместителей. Назначенный заместитель директора НИИВТ придумал, как прекратить использование спирта в алкогольных целях. Он  дал  указание  в  ёмкости со спиртом добавить сыпучие препараты
 
154
по уничтожению клопов и тараканов. Спирт приобрёл коричневатую окраску. Заказчики получили коричневый спирт, применили его для стериализации  и получили на стеклянных колбах налёт. Который надо было откачивать вакуумными насосами для получения стериль-ности вакуумной системы. Такой вот получается результат, когда вмешиваются в работу дилетанты без технической подготовки.
     Специалисты отпробовали коричневый спирт на вкус, понравился и стали заказывать одну бутыль с окрасой, а другую — без окраски. Директор НИИВТ С. А. Векшинский после возврата из команди-ровки, конечно, отменил эту глупость.
   В нашей лаборатории  по пятницам, через неделю, Валерий устраивал небольшой товарищеский ужин по сто грамм «разведёнки», больше не получалось сэкономить.  Нас было обычно четыре специалиста, один из них слесарь предпенсионного возраста, очень высокого разряда и смекалки для выполнения дежурных работ по лаборатории. Со мною рядом работал Слава Бывшев, умный инженер из электроники, ходивший почти постоянно в джинсах и свитере. Цейтлин ценил Славу за знания и как исследователя. Меня Слава, как механика из какого-то пищевого института, не признавал. И всячески подначивал и иногда подлавливал. Но я ему в ответ приготовил сюр-приз. Однажды разыграл на подхалимаже. Сообщаю Славе, что в конце дня звонил шеф и просил завтра утром быть у проходной, причём в лучшем костюме, при галстуке для поездки в министерство. И ждать. Он может задержаться. Так и получилось. Слава простоял два часа (тогда не было сотовых телефонов для мобильной связи, это 1968 год). И вот Слава является в лабораторию возмущённый. «Шеф не приехал», сообщает. А торчать у проходной неприятно. Его спрашивают проходящие на работу инженеры: «Что ты тут делаешь?» А он отвечает: «Жду шефа, едем в Министерство».
    Приезжает Александр Борисович. Слава к нему с претензиями: «Почему не приехали во время?». А тот отвечает: «А с какого бодуна?» Слава: «Ну вы же сообщили, что надо ехать в Министерство с Вами». Цейтлин: «А я Вам лично это сказал?» Тут до Славы дошло, что его разыграли. Он бросает в меня, кажется, цивильный пиджак. Я ловлю. И на его возмущение отвечаю: «Ну не тебе же одному нас разыгрывать!?» После этого Слава переменился, уважать стал. Я думал, что мне «влетит» за эту отсебятину (простой Славы два час у проходной). Но юмор оказался сильнее мелкого нарушения режима работы.  
 
155
     Весной 1968 года мне предлагают сначала одну квартиру в двухэтажном доме в Тушино за выездом. Я отказываюсь. Мне хватит забот уже с любым «старым» домом. Через две недели предложили малогабаритную трёхкомнатную квартиру 35 кв. метров, на 8-ом этаже в новом доме на Туристской 18.  Я согласился сразу.
     В июне 1968 г. в НИИ объявили приём в аспиратуру. Первый экзамен — немецкий. К тому времени я уже годами читал технические журналы на немецком. Терминологией электроники владел. Прихожу на экзамен. Дают мне технический текст. Читаю без акцента. По следующему заданию перевожу с листа. Специалистка по немецкому спрашивает, где я учил язык. Отвечаю на немецком: «Закончил трёхгодичные разговорные курсы». Получаю по экзамену пять баллов. За дверью слышу: «Ну ни разу не встречала такого знания языка у поступающих». Для меня это было не удивительно после стольких трудов.
    А я думаю, что мне делать с аспирантурой. Конечно, за семь лет много чего узнал в вакуумной области. Но надо перелопатить учебники базовые по электронике. Дело в том, что наш НИИВТ относится к электронной промышленности. А у меня базовое образование — механик по оборудованию пищевой промышленности, а по роду работы — конструктор. Такой специальности, как сублимация, в перечне специальностей нет в той заочной. Можно перейти во ВНИИКОП. Но там под эту сублимационную установку запланированы свои исследования и аспиранты, которые являются технологами пищевой продукции. Решаю, что надо менять курс. Установку полупромышленного назначения из лаборатории отдадут на какое-нибудь пищевое предприятие. А мне или вернуться работать конструктором, или …? Решил сделать поворот на внешнюю торговлю, тем более с приличным знанием немецкого языка, техники, конструкций агрегатов и общеполитическими знаниями по факуль-тету «Внешняя политика СССР и международные отношения».
   Иду к начальнику отдела и сообщаю, что подам документы на поступление в Академию внешней торговли. Меня отговаривают, всё-таки семь лет я работал по созданию конструкций и без каких-либо ошибок Но у меня аргумент, электроника — не моя специальность. Мне разрешают идти на экзамены и дают положительную характеристику. 
 
 
156
4.4.  Из науки в другой мiр. Экзамены в Академию внешней торговли. Август 1968 — октябрь 1968. Собеседование.
 
   Сдаю документы в Академию внешней торговли и получаю в НИИВТ отпускные на 15 дней для сдачи экзаменов с оплатой по месту работы.
   Здание Академии внешней торговли расположено в Москве на Мосфильмовской улице. На первую встречу собрали всех кандидатов на поступление. В актовом зале — примерно 300 чел. Представитель Академии разъясняет условия и порядок проведения экзаменов. Сообщает, что сейчас зачитают пример диктанта на знание русского языка. Всем присутствующим раздают листы бумаги и авторучки. Каждое место оборудовано откидными столиками на спинке прилегающего кресла. Сообщается, что если поступающий сделает меньше тридцати ошибок, то он может считать, что хорошо знает русский язык. Ведущий из президиума зачитывает какой-то литературный текст, похоже из рассказов Тургенева. Слушатели пишут текст по слуху, расставляют знаки препинания и проверяют правильность написания гласных и согласных в словах, сдвоенные или не сдвоенные согласные в прилагательных, правильность написа-ния слова «корова» и т. п. Ведущий объявляет окончание диктанта и зачитывает текст с правильными грамматическими знаками.
     Мы сидим в зале и отмечаем авторские ошибки по тексту. Затем каждый для себя подсчитывает количество ошибок.
     Из президиума просят поднять руки тем, у кого меньше двадцати ошибок. Таких нет. У кого ошибок меньше тридцати? Поднимается одна рука. У кого ошибок меньше сорока. Поднимется несколько рук. В общем, ясна грамотность поступающих.
    Из президиума сообщают, что завтра состоит официальный дик-тант. Просьба записать свои Ф. И. О на экзаменационном листе и сдать написанный текст. Оценки не будут выставляться. Тексты будут у приёмной комиссии. Даты экзаменов и номера аудиторий для разных групп будут указаны на информационном стенде. Оценки по каждому экзамену также выставляться официально не будут. После окончания экзаменов будут объявлены фамилии поступивших в Академию. Средняя зарплата от предыдущей работы будет сохранена на время учёбы. После окончания Академии выпускники будут направлены во внешне-торговые объединения по специальности каждого кандидата.  
 
157
    На следующий день проводится первый экзамен. Преподаватель из академии зачитывал минут тридцать какой-то текст, напоминающий фрагмент из «Мёртвых душ» Гоголя. Листы с текстом каждый канди-дат сдаёт на кафедру.
      Экзамены чередуются через день.
    Сдаём марксизм-ленинизм. Большинство поступающих — это инструкторы КПСС из обкомов и райкомов, с высшим и, как правило, с техническим образованием и с рекомендациями по партийной работе.
   Затем по графику — экзамен по политической географии и истории: Вопрос от экзаменатора: Название страны — название  столицы? Название столицы — наименование государства? Основные города в Германии? Какой язык в Швейцарии? Когда был создан ООН? Когда началась первая мировая война? Кто и на чьей стороне участвовал? И другие непредсказуемые вопросы.
   Экзамен по физической географии земного шара. Сообщить, где находиться остров Мадагаскар? Как называется канал между Северной и Южной Америкой. Самая высокая вершина в Африке? А в Европе? Где находится «Бермудский треугольник». В общем самые неожиданные вопросы. Проливы, заливы, моря, океаны, горы, вершины. Что, где, в каком полушарии, на каком континенте?
  Во время каждого экзамена член комиссии  записывает что-то в журнал. 
    Последний экзамен — иностранный  язык. Захожу в аудиторию. Встречает молодая преподавательница Сразу вопрос:
— Wie ist Ihre Name?  (Ваша фамилия?)
 —Mein Name ist  Kirienko  (Моя фамилия — Кириенко)
  —Und Ihre Vorname?  (И как вас зовут?)
  —Meine Vorname  ist  Yiri.   (Юрий)
  — Nehmen Sie eine schriftliche Aufgabe. (Возьмите письменное задание.)
 — Мit Vergnügen!  (С удовольствием!)  Отвечаю несколько фривольно. Принимающая экзамен смотрит на меня с удивлением. 
 — Wo haben Sie  die deusche Sprache studiert? (Где Вы изучали немецкий язык?)
 — Ich  habe  die dreiyaerige Kurse hinter  mir. (У меня трёхгодичные курсы позади).   Это я говорю, чтобы показать нестандартное знание языка.
 
158
— Wie alt sind Sie? (Сколько Вам лет?)
— Ich bin einunddreizig Yahre aber nicht alt,  sondern yung. («Я по возрасту  31 года — не старый, а молодой»). Это «не старый, а молодой» —  пришло мне в голову неожиданно.
— Wunderbar! Genug  fuer heute. Ich hoffe Sie  im Herbst  im Unterricht zu sehen. (Чудесно! На сегодня достаточно.  Надеюсь Вас увидеть осенью на занятиях.)
—Ich hoffe darauf.  (Я  надеюсь на это). 
 
       Весь разговор продлился не более пяти минут.
      Проходит август, идёт сентябрь. Я на работе в НИИВТ в неопределённом положении.
     В конце сентября меня письмом вызывают в здание МИД на Смоленской. Приезжаю к назначенному часу. В коридоре сидит несколько человек. Узнаю одного из поступавших в Академию внеш-ней торговли. Вызывают по одному. Вхожу в небольшой зал. Во главе стола — председатель   пенсионного возраста. Вдоль стола сидит несколько человек, как выяснилось, это представители внешнеторговых объединений. Председатель задаёт вопросы и я отвечаю.
    — Где Вы изучали немецкий язык?
    — На трёхгодичных курсах немецкого языка.
    — Вы работаете в НИИ электронной промышленности. А закончили пищевой институт. Какая взаимосвязь?
  — Работал после института конструктором. Сейчас в НИИВТ конструировал и изготовлена сублимационная установка сушки пищевых продуктов в вакууме.
     — Спасибо. Вы свободны.
       Я вышел и еду домой.
     В начале октября мне на адрес приходит вызов приехать в В.О. «Промашэкспорт» Госкомитета по внешнеэкономическим связям (ГКЭС), расположенного у метро «Новокузнецкая». Приезжаю. Со мной беседует начальник конторы  пищевого оборудования Дмитрий Григорьевич (если отчество не путаю) Зинюк.
    Приглашает на работу в контору на должность старшего инженера с окладом 160 рублей. Д. Г. Зинюк сообщает, что при сдаче экзамена по немецкому языку в конце года на курсах в МИДе для работников ГКЭС могу получить надбавку в 10% к окладу. Я соглашаюсь.
 
159
    Дома понимаю, что теряю сейчас ежемесячно по тридцать рублей за счёт премий в НИИВТ. Но я уже настроился  на уход из института и на работу в системе внешней торговли оборудованием.  
 
Глава 5. Проммашэкспорт. Контора пищевого оборудования. Командировка во Вьетнам.  Октябрь 1968 — август 1970
 
    Уважаемый читатель! Поскольку я стал работать в системе внешнеторговых отношений,  приведу некоторую пояснительную информацию. Давайте разберёмся в дезинформации на тему «вот мы (СССР и Россия, как основа СССР) всегда вывозили своё сырьё. А взамен получали «шедевры» бытовой техники по импорту. Мы - отсталые и бесталанные, по демагогии либералов. Однако одни типы бытовых изделий поставляла СССР за рубеж, в том числе в капстраны, а другие типы получали по импорту. Это и называется товарообмен.
 Из интернета данные:   В табл. 1 — Общие итоги внешней торговли СССР в 1938—1975 (в ценах соответствующих лет), млрд. руб.
 
 
Оборот 1938 1950 1960 1970 1975
0,5 2,9 10,1 22,1 50,7
Экспорт 0,2 1,6   5,0 11,5 24,0
Импорт 0,3 1,3   5,1 10,6 26,7
 
    Видим, что экспорт в 1970 году составил 11,5 млрд. руб и превысил импорт 10,6 млрд. руб., т. е. внешняя торговля работала с прибылью для народного хозяйства  СССР. И только в 1975 году импорт превы-сил экспорт. Что бывает периодами в любых товарных отношениях. 
   Из интернета: «Экспорт машин и оборудования из СССР в 1975 составил 4,5 млрд. руб. (в 4 раза больше, чем в 1960 г., тогда 1 долл. США был равен 90 коп. СССР). Советский Союз — крупный экспортёр металлургического, энергетического, химического и другого промышленного оборудования. Важное место в вывозе продукции машиностроения занимают станки. СССР (в основном, заводы промышленных республик России, Украины, Белоруссии, прим. Ю.К.-М.) экспортирует не только разрозненное оборудование, но и комплектные заводы и установки для различных отраслей промышленности.  Большое   значение   приобрёл   вывоз    тракторов,
 
160
грузовых и особенно легковых автомобилей, судов, вертолётов и самолётов. В больших объёмах экспортируются телевизоры, часы, изделия оптической и приборостроительной промышленности, радиоактивные изотопы, сложное медицинское оборудование и фармацевтические препараты». Привожу  данные из интернета на  поиск «Внешняя торговля и внешние экономические связи».
             Табл. 3. — Товарная структура экспорта, %
 
 
Всего 1938 1950 1960 1970 1975
100 100 100 100 100
B том числе: машины и оборудование    5,0   11,8   20,5   21,5   18,7
топливо и электроэнергия     8,9     3,9   16,2   15,6   31,4
руды и концентраты, металлы и изделия из них, кабель и провод
   3,9
  11,3
  20,4
  19,6
  14,3
химические продукты, удобрения, каучук     4,0     4,3     3,5     3,5     3,5
лесоматериалы и целлюлозно-бумажные изделия
 20,3
    3,1
    5,5
    6,5
    5,7
продовольственные товары и сырьё для их производства
 29,5
  20,6
  13,1
    8,4
    4,8
промышленные товары народного потребления     7,9     4,9     2,9     2,7     3,1
 
    Видим, что в 1970 году (то есть в тот период, когда я пришел на работу в ГКЭС) экспорт составлял  (вывоз из СССР по контрактам):
машины и оборудование  - 21,5%,
руды, металлы, кабель, провод (т. е. промтовары) — 19,6%
топливо и электроэнергия — 15,6 %,
химудобрения — 3,5 %
лес и целлюлозные (бумага) — 6,5 %
продтовары — 8,4%,
промтовары бытовые — 2,7 %.
    Структура экспорта  в 1938 году.
    Сравните с 1938 годом (началом  промышленной модернизации и продукция колхозов)
лес и целлюлозные (бумага) — 20,3 %
продтовары — 29,5%,
промтовары бытовые — 7,9 %.
 
161
 В 1938 году СССР ещё расплачивался за импорт машин и оборудования для создания собственной промышленности. А в 1970 году — после разрухи от нападения Германии, войны 1941-1945 г.г., СССР (основа индустрии - Советские Россия, Украина и Белоруссия) уже поставляла за границу машины, оборудования и промизделия в объёме более 50% .
    А вот данные из Интернета, цитирую: «Структура экспорта. За три десятилетия после 2-й мировой войны в структуре советского экспорта произошли большие изменения. Они связаны с высоким уровнем развития науки и техники, машиностроения, а также с углублением международной специализации и кооперации, в результате чего советский экспорт приобретает всё более ярко выраженный промышленный характер. Постоянно возрастают операции по продаже лицензий и «ноу-хау» (технологии)». 
 
       Табл. 4. — Товарная структура импорта,%
 
 
Всего 1938 1950 1960 1970 1975
100 100 100 100 100
В том числе: машины и оборудование 34,5   21,5   29,8   35,5   33,9
топливо и электроэнергия     1,2   11,8     4,2     2,0     4,0
руды, металлы и изделия из них 29,8   15,0   16,8     9,6   11,5
химические продукты, удобрения, каучук     5,2     6,9     6,0     5,7     4,7
лесоматериалы и целлюлозно-бумажные изделия    0,8     3,8     1,9     2,1     2,2
текст. сырьё и полуфабрикаты   10,0     7,7     6,5     4,8     2,4
продовольственные товары и сырьё для их производства
 12,7
  17,5
  12,1
  15,9
  23,0
промышленные товары народного потребления     1,0     7,4   17,2   18,3   13,0
 
 «Наибольшая доля в закупках оборудования приходится на промышленное оборудование для предприятий металлообрабаты-вающей, автомобильной, химической и нефтехимической, целлюлоз-но-бумажной и металлургической отраслей промышленности, а также для лёгкой и пищевой промышленности. Ввоз этого оборудования позволил ускорить решение ряда важных задач, в частности таких, как подъём  на  качественно новую ступень советской  автомобильной
 
162
промышленности (выпуск автомобилей возрос за 1966—75 в 3,2 раза, в том числе легковых — в 6 раз)...»
  Всесоюзное объединение «Промашэкспорт» Государственного комитета внешнеэкономических связей СССР занимался поставкой оборудования для промышленных объектов и обеспечения их бесперебойной работы в странах поставки. В Объединении работали пять  контор  технико-экономического направления.
   Директор каждой конторы взаимодействует  на уровне правительст-венных указаний для министров и зам. министров  СССР по обеспечению работы оборудования за границей. Поскольку срочная инфор-мация поступает в ГКЭС от заграничных представительств СССР.
 
5.1. Контора поставок пищевого оборудования.
 
    7 октября 1968 года я  прихожу на работу в контору № 5 на должность старшего инженера. Директор конторы — Зинюк Дмитрий Григорьевич (имя и отчество, если мне память не изменяет), в возрасте под 60 лет. Позднее я узнаю, что Д.Г. Зинюк  по специальности перед 1941 годом был конструктор, очевидно поэтому  участвовал в приёмке оборудования из США по ленд-лизу (то есть определение качества поставляемой техники).
    Главный инженер, фактически заместитель директора конторы — Ф.И.О не припоминаю, потому что я мало контактировал с ним. Коротко о некоторых работниках конторы.
     Встречаю знакомых — выпускников МТИПП механического факультета, что интересно из команды баскетболистов института. Юра Федотов — прекрасный  защитник с дальним точным броском, с которым вместе играли в первой команде МТИПП. Алексей Ш. (фамилию не помню). Оба в должности старших инженеров конторы, заканчивали институт позже меня. В конторе Сергей моего возраста (Ф. и О. не помню), который отслужил 4 года на флоте, потом работая на пищевом комбинате, закончил МТИПП, также старший инженер.  Выпусник института иностранных языков им. Мореза,  Лев Сергеевич Богданов, по первой основной специальности — переводчик англий-ского и французского, работает в должности эксперта, что выше на ранг старшего инженера. Он закончил заочное отделение МТИПП, в пищевой промышленности не работал. В конторе старший эксперт, предпенсионного   возраста   (Ф. И. О.   не помню, прим. Ю.К.М.).   В
 
163
конторе также работал экспертом  Нагульнов  (И. О. не помню), который заканчивал МТИПП ранее меня на два года. Он вёл объекты в Гвинее и туда должен был уехать и уехал на 2 года для работы в представительство ГКЭС.
    В основном, работа каждого специалиста инженерного профиля состояла в  обеспечении работы курируемых конкретно зарубежных объектов с поставленным советским оборудованием, в частности для нашей конторы это было оборудование машиностроительных предприятий для пищевой промышленности и рыболовных. Поступали заявки на поставку запасных частей и специалисты составляли заявки на изготовление и поставку этих комплектующих от советских заводов-изготовителей, как правило в экспортном варианте изготовления, т.е. повышенного качества. Кроме того надо было обеспечивать поставку заявляемых материалов. 
    Я, как специалист от В. О Промашэкспорт, курировал поставки на Кубу, с которой тогда были очень широкие торгово-экономические связи, в том числе по обеспечению работы сахарных заводов и промышленных холодильников.
  В конторе работала опытная экономистка, которая контролировала  отправку оборудования, запасных частей,  материалов по контрактам-договорам с зарубежными организациями со стороны каждого специалиста. Работа была ответственная. Как она сообщила, ей нравился мой стиль работы.
   С октября 1968 года я учился на курсах немецкого языка в здании Министерства иностранных дел СССР на Смоленской площади. Главное для меня было освоить внешнеэкономическую терминологию (форс мажор и др., отправку грузов через морские порты, оформление накладных и т. д.) Всё это из области транспортировки товаров и экономических расчётов.  В начале января 1969 года я сдал экзамен в МИДе на знание экономической иностранной терминологии и по требованиям разговорного немецкого языка, получил на экзамене «хорошо» и  затем надбавку 10% к окладу, т.е. дополнительно 16 руб.  в месяц.
   Осенью 1968 года — весной 1969 года я учусь на втором выпускном курсе в Университете  марксизма-ленинизма на факультете «Внешняя политика СССР и международные отношения». В качестве слуша-телей курсов были специалисты с высшим образованием из научно-исследовательских  организаций и производственных предприятий. Еженедельно  и  ежемесячно   готовим     рефераты    на    задаваемые
 
164
исторические темы. В качестве дипломной работы мне дают задание написать реферат  «Конвергенция в современных условиях». Тогда мне пришлось покопаться в газетной и журнальной информации, познакомится с «трудами» русофоба Збигнева Бжезинского.
      Что такое «Конвергенция», из википедии.
  “Конверге́нция (от лат. convergere — сближаться, сходиться) — политическая теория второй половины XX века, согласно которой СССР постепенно становится более либеральным, а Запад — более социалистическим, в результате чего должна возникнуть усред-нённая социально-экономическая система, сочетающая прин-ципы социализма и капитализма (например, плановую экономику и политическую демократию соответственно). В более широком смысле — увеличение сходства между различными обществами, находящимися на одной стадии истории, устранения внешнего внеэкономического неравенства, логика сглаживания социальных конфликтов, либерально-демократических преобразований [1].
      Идею сближения двух систем впервые выдвинул П.А. Сорокин в книге «Россия и Соединённые Штаты», написанной в 1944 году. Авторы теории: Джон Гэлбрейт, Уолт Ростоу, Франсуа Перру, Ян Тинберген и другие.
      Ярым идеологом так называемой конвергенции выступил поляк по национальности Збигнев Бжезинский.  Согласно этой идеи холодная война может иметь 2 исхода: или 3-я мировая с применением ядерного оружия, или идея конвергенции - постепенное сближение противоборствующих держав, в ходе которого обе стороны будут освобождаться от неприятных другой стороне черт.
       Идеологом политической конвергенции в СССР в 1960—1970-е годы был  физик  А. Д. Сахаров, один из участников создания водородной бомбы в СССР.
    Согласно теории конвергенции, обе экономические системы не являются совершенными с точки зрения передовой культуры и гуманистических идеалов и дальнейшее противостояние систем чревато острым классовым конфликтом на международной арене, который может привести к гибели цивилизации. Учитывая эти опасности, сохранить мировую цивилизацию можно путём сближения систем, создавая новые формы социально-экономической и культурной жизни, в которых бы в концентрированном виде могло найти своё выражение то лучшее, что имеется в обеих системах”.
 
165
    Эта теория в 60-е — 70-е годы выразилась в заявлениях и политике мирного сосуществования различных социально-экономических систем, в результатах переговоров между СССР и США, тогда двух великих мировых держав.
   Всё это было бы теоретически прекрасно, если бы США и его союзники не преследовали, в первую очередь, свои национальные (эгоистические) интересы, за счёт национальных  интересов другой стороны, тогда в лице стран Варшавского блока и СССР. Как показала история, наивная внешняя политика руководства СССР в лице членов Политбюро КПСС, привела к самороспуску Варшавского блока без договорных обязательств со стороны противоположного блока НАТО. В результате закулисных действий к 1991 году из состава СССР вышли страны Прибалтики, воспользовавшись пунктом Конституции о праве наций на самоопределение вплоть до отделения. В 1991 году распущен СССР (республики, образовавшиеся на территории  бывшей Российской империи). Постепенно группами восточно-европейские страны и Прибалтика вошли в состав НАТО, которое приблизилось к границам России в лице Российской Федерации. 
    Вероятность такой хитрой концепции теории  З. Бжезинского, тем более с его участием в работе спецслужб президентов США обсуждалась и на занятиях  на факультете «Внешняя политика СССР и международные отношения» Университета. Весной 1969 года я пишу работу по теме «Конвергенция» и получаю диплом с отличием № 1213. В дипломе следует текст:
     Тов. Кириенко Юрий Иванович в 1967 году поступил и в 1969 году окончил Университет марксизма-ленинизма Московского городского комитета КПСС и получил высшее политическое образование в системе партийной учёбы.
        Секретарь ГК партии А. Шапошникова
      За период двухлетнего срока обучения на факультете Международных отношений и внешней политики СССР  Университета марксизма-ленинизма
тов. Кириенко Ю.И. прослушал учебный курс, сдал зачеты и экзамены по следующим предметам:
Научный коммунизм ….................................................................отлично
История международных отношений и внешней политики СССР …......................................................................................................отлично
 
166
Современное международное революционное движение ….....отлично
Страноведение....................................................................................зачет
Основы международного публичного права...................................зачет
Методика партийной пропаганды...............................................отлично
       Ректор Университета подпись    Секретарь   подпись
                                             18 июня 1969 года        Печать
 
     Д. Г. Зинюк брал меня периодически на переговоры в каком-нибудь посольстве. Где он решал вопросы, а я просто присутствовал во время бесед, которые велись то на русском, то на английском, и  не включался  ни  в  какие беседы. Жизнь в конторе шла по заведённому распорядку, часто проводились партсобрания по нюансам экономи-ческой деятельности.
    Я, как старший инженер по реализации госзаданий, контактировал на уровне начальников управлений Министерств рыбной и пищевой промышленности, в том числе для холодильного оборудования.
     Летом 1969 года меня приглашает для беседы Д. Г. Зинюк и сообщает о срочном задании. В Гаване на Кубе действует промыш-ленный холодильник, на котором работает поставленное из СССР  оборудование, в том числе, девять советских компрессоров, обеспечи-вающих подачу хладагентов на морозильные и другие камеры холо-дильника. То есть обеспечивают хранение продовольственной  скоро-портящейся продукции. На холодильнике вышли из строя восемь компрессоров. Не исключена  диверсия контреволюционных групп.  Работает один компрессор на все холодильные камеры, и конечно едва поддерживает нулевую температуру хранения. Компрессор прозвали за надёжную работу «Русский Иван». С Кубы  запросили поставку кривошипно-шатунных механизмов  для  восстановления ра-боты компрессоров. Д. Г. Зинюк даёт задание связаться с московским заводом «Компрессор» (директор — Кац Михаил Эммануилович), заказать, получить оборудование и отправить на Кубу самолётом. В Гаване ждут срочно. По поручению руководства В.О. «Проммаш-экспорт»  Д. Г. Зинюк уже позвонил на завод директору.
  Я сразу готовлю текст письма в адрес директора завода «Компрессор», также письмо с полномочиями от В. О. Проммаш-экспорт» ГКЭС на оформление отправки оборудования из аэропорта «Шереметьево». Машинистка срочно печатает письма. Д. Г. подписывает и я «лечу» на завод и в аэропорт.
 
167
   Чтобы понять специалисты какого уровня работали в то время на командных должностях в промышленности и как оперативно они работали, я приводил сведения по руководителям НИИВТ и сейчас привожу из википедии сведения по директору завода «Компрессор».
  «Михаил Эммануилович Кац (1908, Сураж, Витебская губерния — 25 мая 1983, Москва) — советский инженер-технолог, специалист по производству броневой стали. С 1922 года работал учеником токаря и токарем. Окончил рабфак и Ленинградский политехнический институт(1935) — также как мои родители..
   С 1935 году мастер, начальник цеха, начальник производства, главный технолог станкостроительного завода им. Орджоникидзе. В 1941—1945 годах главный технолог Уральского военного завода  № 183 (Нижний Тагил). Один из организаторов серийного производства среднего танка Т-34. Разработал гипоидную передачу поворотной башни танка, что увеличило его боеспособность. В 1945—1946 годах главный технолог заводов в Харькове и Москве. С 1946 года главный инженер Московского тормозного завода. В 1959—1980 годах директор московского завода холодильного оборудования «Компрессор». Награды и премии: Сталинская премия первой степени (1946), Государственная премия СССР (1979) — за создание новой техники для народного хозяйства. Награждён орденами Ленина, Трудового Красного Знамени и др.»
     Приезжаю на завод «Компрессор», предъявляю удостоверение от ГКЭС,  передаю служебные письма. Узнаю, что директор завода уже  дал задание изготовить партию кривошипно-шатунных механизмов для поставки на Кубу. Два срочно изготовленных механизма упаковывают в ящики для экспортной отправки.  И дана команда срочно  доставить их в аэропорт.
     Приезжаю в Шереметьево, представляюсь начальнику аэропорта. Через час нахожу упакованные ящики с оборудованием. Выхожу на контакт с пилотами самолёта. Возникает заминка с отправкой. Дело в том, что масса  каждого ящика — более 80 кг. Что значительно превышает нормы приёма груза. Выясняю на ходу, что каждый ящик по размеру впритык проходит в габариты грузового отделения (насколько помню, самолёт типа Ту - 104). Возвращаюсь в администрацию   аэропорта.  Объясняю ситуацию с необходимостью срочной отправки. Звоню в нашу контору ГКЭС. Срабатывает система управления. Через короткое время звонок  начальнику аэропорта и тот
 
168
даёт команду на погрузку. Теперь моё дело проследить погрузку и когда ящики с оборудованием  уходят в самолёт, я со спокойной душой возвращаюсь на работу. Изготовление и поставка дополни-тельного оборудования от завода «Компрессор» на Кубу проводится уже без специальных распоряжений.
   Летом 1969 года  получил я небольшой отпуск и поехал в спортивный  лагерь моей предыдущей работы — НИИВТ, который был создан для сотрудников на Истринском водохранилище. Это был палаточный лагерь со столовой в новом хозблоке. Устроился я туда с оплатой проживания при содействии институтского приятеля Сергея Михеева, который поступил в НИИВТ в конце 1968 года при содействии своей жены Тамары Рождественской, которая работала в отделе № 20 и с которой и с Сергеем я неоднократно пересекался в той молодости. Главным развлечением было катание на водных лыжах. В составе лагеря, в основном, молодые  инженеры, которые стали осваивать водные лыжи. На причале образовывались очереди научиться и покататься.  Для меня это занятие было не в новинку, я катался  легко и просто по волнам от катера и как пижон красиво выкатывался на песчаный бережок у пристани. В лагере была также баскетбольная площадка, где иногда организовывали соревнования с соседним лагерем. Вечерами в лагере устраивался костёр и пели под гитару бардовские песни.
  В  октябре 1969 года по предложению директора меня избирают  секретарём парторганизации конторы.
   В декабре 1969 года меня вызывает Д. Г. Зинюк и сообщает о предложении командировать меня в Демократическую республику Вьетнам (ДРВ). В тот отрезок времени США прекратили бомбардировки ДРВ, образовалась мирная пауза. Три года назад СССР поставил в ДРВ оборудование и материалы для монтажа промышленного холодильника в портовом городе Хайфон. За три года нет сведений о состоянии этого оборудования. Надо с вьетнамской стороной провести ревизию поставок. Я соглашаюсь на поездку. Конечно, приличные материальные условия командировки влияют на такое решение. Хотя есть и риски.
     По условиям поездки в южную Азию мне делают прививки от  малярии и ещё от чего-то, в поликлинике  осматривают зубы, имеются ли татуировки. Татуировок у меня никогда не было. Дают со стороны медиков Добро на выезд во Вьетнам.
 
169
5.2. Вьетнам. Хайфон. Ревизия оборудования. Халонг. Январь — апрель 1970
 
  У меня с собой в командировку перечень поставленного по контракту оборудования: компрессоры, приборы, автоматика, блоки  пульта управления, краны-автопогрузчики и др.
  Всё оборудование поставляла тогда советская промышленность для комплектации городских холодильников и хладокомбинатов СССР и за рубежом.
   В начале января 1970 года самолет Ту-104 вылетает из Шереметьево по маршруту Москва — Ханой (в то время столица ДРВ). Проводы со стороны друзей проходили у меня в семейном кругу на Туристской улице полночи. Затем на такси в аэропорт. С собой сумка с консервами, копчёной колбасой, банками селёдки и буханкой чёрного хлеба. Я уже выяснил на работе, в чём состоит пищевой дефицит для Вьетнама. В боковом кармане пиджака бутылка коньяка. Которая случайно выпадает у меня в аэропорту при каком-то наклоне к сумке во время регистрации, но я успеваю подставить ногу, бутылка падает на мягкую поверхность ботинка и дефицит остаётся целым. Это, конечно, знаковое событие для начала поездки. Со мной летел инженер-холодильщик (Ф.И.О. не помню, назовём его Алексей). Который ранее уже ездил в Африку (кажется, в Гвинею) по обслуживанию работы советского холодильного оборудования. И который также снабдился всем положённым для начала командировки за рубеж. Я — руководитель нашей малочисленной  делегации, поскольку представляю госинтересы. 
   Во время полёта по маршруту была сделана незапланированная посадка в Самарканде по погодным условиям и затем перелёт в Ташкент. Далее летели по маршруту на Карачи. Во время полёта мы и другие пассажиры принимали наши народные напитки. В аэропорту Исламабада нас направили на обед, где дали суп-харчо, который было просто невозможно было съесть и до половины из-за концентрации красного перца. В зале аэропорта присутствовала какая-то большая группа американских пенсионеров, половина из которых сидели задрав ноги на спинки сидений противостоящего кресла.
    Нужно сказать, что  в то время, 1970 год противостояние между США и СССР было довольно высоким. США пытались в середине 60-х годов подавить национально-освободительное движение вьетнамцев
 
170
и за объединение Северного и Южного Вьетнама, направляла туда реактивные самолёты, бомбардировщики и наземные войска, бомбили даже напалмом вьетнамские деревни. Ничего не могло США поделать с партизанским движением, тем более в джунглях, которые вьетнамцы знали также хорошо, как наши партизаны  знали наши леса во время войны с фашистской Германией. А пока что в аэропорту самодовольные янки-пенсионеры и пенсионерки  изображали из себя богоизбранных.
   В общем, летели мы во Вьетнам по времени почти 24 часа. В аэропорту Ханоя нас, советских командированных специалистов, встретил представитель аппарата экономсоветника Причалов (фамилия — по памяти) и мы на машине «Победа» отправились в гостиницу для советских специалистов. Во время поездки мы проехали по сборному трёхкилометровому мосту, иногда понтонному,  через водные речные и озёрные по виду преграды.
   Гостиничный комплекс  для советских специалистов представлял собой несколько четырёхэтажных зданий, каждое квартирной планировки. Мы устроились в отдельной квартире. Поужинали.
     На следующий день встретились с куратором нашей командировки Причаловым. Он рассказывает нам об условиях работы и проживания. Организует в посольстве в счёт зарплаты получение денег во вьетнамской валюте для оплаты питания и покупки продтоваров в местных магазинах, в порту Хайфон.
    Национальная валюта  ДРВ в то время — бумажный вьетнамский донг и мелкая монета — су, в одном  донге  содержится 100 су. Монеты представляют собой диски из дюраля диаметром примерно 20 мм, тлщиной 3 мм и с отверстием диаметром примерно 3 мм в центре. Оригинальная конструкция, видимо, с целью хранения и ношения  монет путём нанизывания на ниточку, верёвочку или на проволочку.
    В Ханое мы встретились также с переводчиком, который доставил нас в местное пошивочное ателье. Где с нас сняли размеры для пошива рабочей одежды. Уже в Хайфоне каждый получил из синей материи рабочие брюки и куртку с  верхним и нижними боковыми карманами.
    В Ханое, как и затем в Хайфоне, весь  транспорт — это личные велосипеды. Регулирование движения самостийное, но видно, что велосипедисты уступают другу другу  дорогу по каким-то правилам. Встре-чались в Ханое рикши, на  которых нам ездить  не рекомендовали, так
 
171
как  это рассматривается как конкретная эксплуатация наёмного труда. Один такой факт — и в 24 часа улетаешь на родину. К иностранцам других стран эта рекомендация не относилась.
     Итак, мы едем  на машине «Победа» в Хайфон. По пути известный  мост Long Bien длиной около трёх километров через знаменитую Красную реку.
     Поездка по времени примерно четыре часа. По пути справа и слева расположены  канавы  с мутной водой, за ними  рисовые поля, одни — покрытые водой полностью, другие — почти осушенные. На перемычках между полями вьетнамки в конусообразных шляпах перебрасывают ковшами воду из одного поля на другое. Около канав встречаются вьетнамцы с подвесными сетями и с рыбами длиной под метр наперевес. Как я обратил внимание не только во время этой, но и множества других наблюдений, рыбная ловля была очень проста. Двое рыбаков опускают навесную сетку и через полминуты вынимают её из воды. Через раз — улов с большой рыбиной.
 В Хайфоне Причалов встречается с советским консулом, представляет нас как специалистов по ревизии холодильного  оборудования. В местной гостинице наш куратор беседует дружелюбно с вьетнамцами и устраивает нас в огромный двухместный номер на втором этаже. На первом этаже размещена столовая, где готовят первые и вторые блюда. На этаже жили  также  специалисты-монтажники из Владивостока. Приняты, так как с Дальнего Востока к Вьетнаму ближе, чем от Европейской части СССР. В фойе гостиницы почти каждый день демонстрировали фильм «Кавказская пленница» на ленточных кассетах из набора  дисковых упаковок и с кинопроектором 60-х годов. Зрителями были, в основном, вьетнамцы из персонала гостиницы.
   В номере у каждого была кровать с накомарником, то есть над постелью установлен своеобразный шатёр из марлевой прозрачной сетки. Комары во Вьетнаме в 3 раза крупнее советских и они малярийные.  Бояться их надо, хотя прививки нам сделали. Поэтому перед тем, как ложиться спать, залезаешь в полог и трясёшь гибкие стенки. Комар вылетает, ловишь его и ухлопываешь, чем попало. Через день-два  в полость кровати залезает  откуда-то новый комар.
   Мы встречаемся с переводчиком Ван (называю по памяти,  прим. Ю.К.-М.), который будет работать с нами. Ван учился в СССР в техникуме  холодильной  промышленности, прилично  знает  русский.
 
172
Для поездок с вьетнамской стороны выделена машина «Победа» с вьетнамским водителем.
    Над городом  изредка с ревом пролетает реактивный самолет США, так низко, что не успеваешь увидеть. Вдоль тротуаров через 30-50 метров вырыты метровой глубины колодцы, прикрытые  металличе-ской крышкой и служащие для укрытия от возможной бомбёжки.
   На местном рынке продают лангусты, рис, кокосовые орехи, бананы, свинину, рыбу, ну и что-то другое, которое шевелится в мисках. В магазине — вьетнамская водка, по-русски называется  «Ламой».
    Распорядок дня. Отъезд от гостиницы в 9.00 и работа до 13 час. Затем обед и режим работы после обеда с 16 час и до 18 час. Длительность обеда объясняется тем, что в этот период в тропиках очень высокая  жара.
  Работа состояла в ревизии содержания многочисленных упаковочных ящиков, сосредоточенных на складах под открытым небом. Выделена бригада из четырёх рабочих, при них инструменты (монтировки, силовые отвёртки, кусачки, пассатижи, наборы гаечных ключей, молотки и гвозди). Вскрываем по порядку каждый ящик, вынимаю упаковочный лист с наименованием  содержимого, осматриваем состояние оборудования, прибора, аппарата и т. п.). Я записываю в тетрадь перечень оборудования, количество по списку поставленного по договору во Вьетнам и состояние после хранения. Претензии о состоянии содержимого в ящике не выставляю, для этого есть другие службы. И так каждый рабочий день. Обычно через два часа работы «перекур» на пиалу тонизирующего чая. У вьемнамцев большой термос на 3 литра и набор пиал.
    В Хайфоне нас предупредили, чтобы мы в такой-то переулок не заходили. Однажды мы вышли из машины за квартал до гостиницы и пошли пешком. Посмотрели на католический костёл, построенный когда-то французами. Идём как раз мимо того переулка. Зашли из любопытства метров на двадцать. Посмотрел направо во двор и вижу на стенке в доме висит портрет Мао. Значит, это китайский район. Мы тут же разворачиваемся. Через две недели при встрече получаю замечание от куратора нашего: «Зачем заходили в тот район?» Отвечаю: «Заблудились». Всё-таки понимаю, не надо лезть туда —  куда не просят и предупреждают. То же я бы сказал  нашим любопытным и озабоченным  в Турциях, Таиландах и т. п. странах.
 
173
  Обедали мы зачастую в столовой гостиницы, куда городские вьетнамцы без спецдопуска не имели права входа. К сожалению, запахи от еды не вдохновляли нас, но обедать надо было. Поэтому мы практически каждый день перед обедом принимали по 50-70 грамм водки. Кстати, и советские специалисты ещё в Ханое рекомендовали нам для дезинфекции пользоваться водкой. Но русская водка у нас быстро кончилась, запасы не довезёшь, она была только в посольском магазине в Ханое. Нас предупредили, что местная водка была с сивушными маслами (то есть без перегонки). И по рекомендации наших специалистов в бутылку бросали несколько кристаликов марганцовки. Напиток становился малиновым, а на дне бутылки появлялись слои осадков сивушных масел. Наливали эту водку осторожно до контакта с осадками.  Суп часто был куриный или рисовый со свининой. Вторые блюда — гарниры  из макарон и каш. Картофель был крайне редко. На третье — чай  вьетнамский. Вечерами мы потребляли зачастую русские консервы.
    Когда всякие запасы кончились (в течение 2-х недель) я придумал обратиться к морякам наших торговых судов, приходящих в Хайфон из Владивостока или Одессы. Кстати, перепад уровня воды во время приливов и отливов очень большой. Вечером трап у судна поднимается на 3-4 метра от уровня причала, а утром трап даже бывает ниже причала. Мы подходили к нашему судну, я у вахтенного просил подозвать главного механика («дед» по морской термино-логии) и во время встречи объяснял по-простому, что сокучились мы по русскому борщу. Никакого криминала я здесь не видел, поскольку мы советские обращались к своим же гражданам. Как правило, рассчитывались крепкими напитками и анекдотами за столом. Одесские механики угощали нас селёдкой и чёрным хлебом.
    Однажды, когда мы обратились к вахтенному одесского сухогруза, тот доложил капитану, который и пригласил нас к себе в каюту, за стол. Не знаю, за что такая честь? Но мы представились, что из Москвы, инженеры и здесь по холодильным делам. В каюте у капитана сидел попугай красноголовый, ясно, что фирменный. Который отмалчивался. Капитан обратился с вопросом: знаем ли мы анекдоты. Кое-что мы знали, и в застолье травили, что получится. Капитан вроде остался доволен. На том мы и расстались.
   В другой раз Причалов приехал в Хайфон и пригласил нас к знакомому капитану  из  Одессского пароходства.  В каюте было всё к
 
174
застолью. Я остановился вовремя. Капитан в ходе беседы запросил развлекательную  прогулку для женщин, персонала  судна, на берег за цветами.  Я дипломатично сказал, что согласую с переводчиком. Всё оказалось решаемо и дамы с корабля поехали с нами в какой-то цветник.  Цветы были невероятные по виду и спектру.  Садовник местный нарезал то одних, потом других, которые нравились женщинам. А расплачиваться надо было за все нарезанные с кустов. У наших женщин с корабля денег было очень  мало даже в валюте. И они пытались отказаться. Но переводчик сказал, что половину срезанных надо оплатить. Пришлось и нам малость раскошелится. В общем, век живи, век учись. Думать иногда надо, чтобы не лезть в приключения.
   Узнаю от переводчика, что в Хайфоне есть теннисные корты. Заехали мы на эти асфальтовые тогда площадки, которые оказались недалеко от гостиницы. Поговорили с местными теннисистами и они согласились принять меня в парные игры. Уровень игры у вьетнамцев  был довольно высокий, у меня тогда был уже второй разряд. И мы в паре то выигрывали, то проигрывали. Два раза в неделю я ходил  на корты. Темнело в Хайфоне очень быстро. Поэтому, как только начинало смеркаться, я уходил сразу в гостиницу.
    Своеобразный случай со значком произошёл в Хайфоне. С собой в поездку я взял, купил несколько советских значков, в том числе с портретами известных советских руководителей.
    Из википедии: «... в марте 1969 году  произошёл Даманский конфликт — пограничный советско-китайский инцидент, в ходе которого было применено оружие. СССР и Китай  находились в шаге от войны. Причиной конфликта стало  нежелание Китая признавать законность Пекинского договора 1860 года, устанавливающего границу между государствами.
    В ночь с 1 на 2 марта 1969 года около 300 китайский военных по льду реки Уссури скрытно перешли государственную границу СССР и заняли замаскированные позиции на западной оконечности острова Даманский. Так начался  Военный  конфликт, который  закончился жертвами и был остановлен резкими военными действиями советской стороны».
   Примерно через месяц после  работы во Вьемнаме сажусь я в машину,  как  обычно  рядом  с  шофером. Смотрю  у  того  на  куртке
 
175
появился значок с портретом. Сбоку вижу портрет Мао Дзе Дуна. Ничего я не сказал. Разозлился. После обеда среди своих тридцати значков нахожу с портретом Дзержинского. Одеваю его на лацкан куртки. Сажусь после обеда в машину. Переводчик Ван смотрит на мой значок. Думает и потом спрашивает: «Это кто?»  Я ему: «Угадай?». Диалог далее:
 — Калинин?
 — Не угадал.
 — Молотов?
 — Нет.
–    Будённый?
–    Нет.
–    Тогда кто?
–    Ты же был в СССР. Надо наше начальство по истории знать в  
       лицо.
–   Так кто это?
–    Это Джержинский. Знаешь такого?
–     Конечно.
 
     На следующий день сажусь в машину. Ван говорит: «Вот наш шофёр любит нашего вождя Хо Ши Мина. Поэтому он одел его значок». Дело в том, что размеры значков с портретами вождей во Вьетнаме и КНР были одинаковы. Тут я понял, что допустил ошибку. Спрашиваю: «Можно погляжу?» Смотрю на значке у водителя действительно портрет вождя вьетнамского народа Хо Ши Мина.   
     — Это правильно, — говорю  переводчику.
      На следующий день снимаю значок Дзержинского и одеваю зна-чок с портретом Сталина.
       Все довольны, и я, и шофёр, и переводчик.
    Вообще-то атмосфера встречи с китайцами тогда была нормаль-ной. Были два случая, когда мы приезжали на обед и в вестибюле гостиницы случайно встречали беседующих за столом вьетнамцев и  делегацию китайцев. Которые при нашем появлении вдруг все встают и отдают нам поклон. Я  делаю встречный кивок головой. То же — Алексей. И мы проходим к себе  наверх.
   В первый выезд на отдых, через месяц работы вьетнамцы пригла-сили нас в залив Халонг на прогулку. Я  предупредил Причалова и он разрешил. Халонг — красивейшее прибрежное место, сейчас  известный  курорт.
 
176
Наш катер курсировал между  причудливых природных скал, с характерными названиями.  Я  там запомнил  «Два  петуха», «Черепаха», «Крокодил». Скалы похожи на наши крымские в районе Коктебеля.
     В другой раз вывезли нас на приморье. На плато над морем стоял замок французской постройки. Пошли искупаться в это Южно-Китайское море.  Прошли метров 50, вода по колено. Далее не рискнули, неизвестно, что там ждёт. Окунулись принципиально. Надо же для Истории оставить этот факт.
    На берегу была двухэтажная гостиница. В обед, в застолье подали под вьетнамский «Ламой»  суп из акульих плавников, лангусты, куриные части и пирожки. Ранее мы узнали от наших монтажников, что вьетнамцы  употребляют мясо собак. Для нас это было неприемлемо. И вот за столом руководитель с вьетнамской стороны предлагает для закуски пирожки. Ну я отрезаю ножичком с одного края кусочек и закусываю им. Под второй тост  также осторожно отрезаю ломтик, а на третий срез встречаю следы от фарша. Переворачиваю пирожок и отрезаю с другой стороны ломтик до мяса. А приятель мой всё подряд режет и жуёт. Но вот он увидел, что я ем пирожок с двух сторон, и понял свою ошибку. После этого банкета пристаёт ко мне  с претензиями, почему я его не остановил. Говорю, что кто-то должен был уважить хозяев, да и как я мог подать сигнал.
     Однажды во время работы перед обедом вдруг почувствовал, что не соображаю, плывут мысли, не могу сосредоточиться. Говорю переводчику, что голова кружится. Тот говорит: «Это бывает с русскими.  Всё, хватит.  Едем  к врачу». Значит, такое состояние случается. Врач беседует со мной. Выписал какие-то таблетки и отдых в гостинице на 4 дня.  Принял таблетки и через полтора дня говорю переводчику, что все нормально и работаем дальше.
    Кружим на машине вокруг Хайфона по отдельным складам и осматриваем оборудование, веду записи. Склад со штабелями блоков теплоизоляции  осмотрели в целом. Считать и перебрасывать каждый такой матрас смысла не было. Рассчитал наличие по объёму хранения.
   Я спрашиваю у Вана об отсутствующем блоке управления из списка поставок. Он сообщает, что упаковочные ящики находятся в тридцати километрах от города. На следующее утро едем туда. По ходу поездки проезжаем местные деревни. В одной из деревень я прошу остано-виться, чтобы  зайти  в  аптеку. Заходим  в  домик  типа  мазанки.  Там
 
   177
на стеллажах лежат травы и стебли сушёные. Спрашиваю о знамени-том корне «жень-шень». В продаже нет. Из советских  лекарств-упаковок нет ничего. Проезжаем далее мимо зелёной чащи, это оказываются джунгли местные. Из любопытства прошу остановиться. В зелень ведёт тропинка. Захожу метров на десять. Вокруг  деревья с кривыми стволами, висят лианы, похожие на наши. В таких дебрях прятаться легко и просто. Никакой американец туда не полезет. Когда военные США поняли, что таких партизан никогда не победить, они и решили прекратить бомбёжки и вернуть  своих Рэмбо на родину.
     Упаковочные ящики, которые хранились в этой «зелени» джунглей нам показали, их вскрыли, провели резизию состояния оборудования, и закрыли до будущего.
      Командировка,  рассчитанная  на 3 месяца заканчивалась.
      К началу апреля  составил перечень оборудования и поясни-тельную записку. Отметил нехватку трёх автопогрузчиков, которые местный вьетнамский представитель и переводчик не предъявили. В общем, это объяснимо использованием для оборонных целей Вьетнама в какой-то местности. Вьетнамцам говорю, что учтено всё, что предъявили. Они по своим каналам передают в Ханой об окончании работы. Приезжает Причалов. Докладываю результаты. Машинки пишущей у нас не было. Передаю рукописную пояснительную записку. Мы собираем сумки и вместе уезжаем.
    В Ханое вьетнамцы вызывают нас на заключительную встречу. Меня награждают медалью «Дружбы с ДРВ», прикалывают на лацкан пиджака.  Передают диплом-удостоверение с надписью на латинском шрифте «KirienkoYouri Yoanovitch». Диплом подписан премьер-министром Фам Ван Донгом. Узнаю от переводчика, что Фам Ван Донг учится  на 5-ом курсе Ханойского университета для получения высшего образования. Алексею объявляют благодарность. Поскольку наш руководитель отсутствует, я в ответ награждаю вьетнамского представителя значком с портретом Ленина.
   В Ханое Причалов предлагает мне остаться работать в аппарате  экономсоветника во Вьетнам на те хорошие деньги. Говорит, что свяжутся с ГКЭС и договорятся. Его устраивает моя работа. Я отказываюсь, сообщая о случае со здоровьем, с потерей ориентации в связи с климатическими перепадами давления во Вьетнаме.
    Нам дают  несколько дней на сборы,  получаем местную валюту. Идём по  магазинам, покупаем экзотику.  Я покупаю  почтовые марки,
 
178
которыми увлёкся, рассматривая   экзотических птиц, ракушек, бабочек, животных  Вьетнама и других азиатских и африканских стран. Покупаю сувениры и статуэтку льва из куска чёрного антрацита, несколько цыновок из планок бамбуковых, на которых нарисованы виды Вьетнама,  и висячие бамбуковые цыновки для дверных проёмов.
    В Ханое мы осматриваем пагоду, заходим в храм, на переднем плане сидит золотой Будда, переводчик рассказывает о буддисткой религии. Побывали мы на концерте лаосских артистов. Поразила виртуозная игра девушки на  инструменте с одной струной.
       В посольстве нам заказали и мы получили билеты на Москву. Нас и  меня ждёт наша Родина, родные и друзья, народные продукты и напитки. Ждут  соловьи в лесах и полях.
 
Пускай далеко я от наших просторов!
Я знаю, вы ждёте, тоскуя в лесах!
Мои соловьи! Песни русских узоров
Пропойте негромко в родных голосах!
 
А я провожаю в родимые дали
Плывущие к вам  в синеву облака.
Мои соловьи! Мы о счастье мечтали,
И в песню ложится с печалью строка.
 
Я скоро вернусь! Вы меня не вините!
Мы трудной судьбою дорогу ведём!
Мои соловьи! Вы меня подождите!
Мы песню о Родине вместе споём!
 
5.3. В конторе № 5. Апрель- август 1970. Возвращение в технику.
 
    После моего возвращения из Вьетнама продолжилась текущая работа в конторе пищевого оборудования по поставкам агрегатов и запчастей в третьи страны.
    Эксперт Нагульнов уехал за границу. Юра Федотов и Алексей Ш. приняты по заявлениям на шестимесячные курсы турецкого языка с отрывом  от  работы  в конторе  и  для  последующей   шестимесячной
 
179
командировки в Турцию. Я попытался попасть на эти курсы, тем более, что знаю  — в Турции второй иностранный язык исторически немецкий. Но мне сообщили, что набор завершён.
   В июне 1970 г. меня вызывает для задания директор конторы. Сообщает, что в Москву прибывает из Ирана на несколько дней возможный Заказчик нашего оборудования для холодильника в г. Тегеране. Надо составить программу пребывания иранского гостя с женой и примерный объём расходов. Я составляю эту программу. По одному из пунктов заложил посещение московского холодильника, в котором хранились мясные продукты, фрукты и овощи. Звоню от имени нашей конторы в админстрацию холодильника, сообщаю о приезде гостя-заказчика из Тегерана. Прошу принять его с экскурсией по оборудованию. Директор, конечно, соглашается и я спрашиваю, надо ли письмо о приёме гостя. Директор или зам. директора холодильника сообщает, что могут принять и организуют небольшой показ хранимой продукции. Я сообщаю дату посещения. Запланиро-вано мной по программе выделение машины для приёма гостя. Был также заложен пункт: посещение Останкинской башни. Составил примерную калькуляцию расходов. Передал директору конторы, который направил председателю Объединения. На следующий день Д. Г. Зинюк сообщил, что приедет заместитель мэра г. Тегерана, машину не могут выделить, а выделяют сопровождающему, то есть мне, пятьсот рублей на заказы такси и поездки по Москве.
     Через день сообщают, что гость с женой остановились в гостинице «Украина». В согласованный день я заказываю такси, встречаю гостей и мы выезжаем на холодильник. Два инженера показали гостям холодильные камеры, компрессорное  оборудование, рассказали об условиях хранения. Затем пригласили в банкетный зал. За столом был дипломатичный разговор, в основном, о погоде в Москве и Тегеране. Подали жареное блюдо. На столе коньяк и сухие вина. Налили по бокалам. Все выпили за здоровье присутствующих. Гости осторожно спросили, из чего жареное. Им сообщили, что это наша русская свинина. Они не стали закусывать. И взяли наше печенье и мороженое в вазочках. А я и местные специалисты, не думая ни о чём, закусили жареным из свинины прекрасной готовности. Позднее я узнал, что мусульмане (которыми и были гости) свинину не едят.
   На осмотр телебашни гостями и в ресторан «Останкино» поехал Председатель Объединения  и кто-то  ещё из участников переговоров.
 
180
Проводами гостей из Ирана я также не занимался. Я это пишу для того, чтобы каждый работник понимал своё место в любой государственной  бюрократическом  системе.
     В связи с уходом из конторы инженеров Ю. Федотова, Алексея Ш., переводом с практической работы Л. С. Богданова на оргработу, нагрузка на оставшихся конкретных исполнителей возросла в два раза. Я продолжал вести объёмные поставки на Кубу и планировалось работа по холодильнику в Тегеране (не случайно же мне доверили организацию встречи с заместителем мэра г. Тегерана).
     Курированием будущей поставки холодильного оборудования в Иран мне не пришлось заниматься. В отделе расчетов В. О. Проммашэкспорт инженер-экономист А. Когут (И. Ф., если я не ошибаюсь) занимался обсчётом экспортной стоимости оборудования будущего холодильника в г. Тегеране. Состав оборудования в проектной организации «Гипрохолод» определяла  главный инженер, которая передавала сведения в отдел расчётов. Для участия в тендере (объявления валютной стоимости) на поставку оборудования из СССР в Тегеран выехала делегация из трёх человек в составе руководителя от ГКЭС, инженера-расчётчика А. Когут и главного инженера (женщина) от проектной организации «Гипрохолод». Меня несколько удивило участие от СССР в переговорах женщины, в качестве специалиста. В Иране, как мусульманской стране, тогда (не знаю, как сейчас) отношение к женщинам, как специалистам, не было положительным.
   В июле 1970 года прошли кадровые изменения в конторе. Директора направили на работу в торгпредство Венгрии. Его место занял главный инженер конторы. А на должность главного инженера поставили эксперта  Л. С. Богданова.
    В то время в Объединении увеличилось количество партсобраний (до трёх раз в неделю) по реализации договоров и  поставок. Партсобрания проводились после окончания работы с 18 часов и продолжались по два часа, т. е. до 20 часов. Мои затраты времени  на дорогу с работы складывались из: 10 минут до метро «Новокузнецкая», 25 минут до ст. «Аэропорт», затем 50 минут на автобусе № 160 до начала Туристской улицы (в Тушино), 10 минут пешком до дома или ожидание попутного автобуса № 62. Дорога в один конец составляла час сорок пять минут при 3-4-х видах транспорта. После ужина спать я ложился не ранее 23 часов.  А вставать приходилось в 6.30. Чтобы выйти из дома в 7.15 и во время приехать на работу.
 
181
    Тогда же я ещё раз оценил надобность моей работы в конторе и во внешней торговле. Во-первых, режим работы стал изматывающий. Во-вторых, по здоровью в случае командирования в одну из стран третьего мира, то есть в Африку, на Кубу или в Юго-Восточную Азию (потенциально высокий оклад) трудно рассчитать своё здоровье. И это пишу я, в то время системно занимавшийся спортом. В-третьих, работа была довольно однообразной и не творческой, как скажем в том же НИИ вакуумной техники.
     Поэтому  я решил уволиться из В.О. «Проммашэкспорт», даже не имея, как говорится, запасного аэродрома в виде найденной работы.
     Подаю заявление по трудовому законодательству об увольнении по собственному желанию. Задерживать меня особо не стали. Как я понял, на курирование поставок оборудования в Иран, запланировали инженера из расчётного отдела А. Когут. Я отрабатываю две недели и 20.08.1970 года увольняюсь с работы.
    Отдыхаю неделю, играю в теннис в Лужниках и на стадионе «Динамо-3» в Покровское-Стрешнево. И затем  начинаю искать работу на базе  конструкторского и инженерного опыта.
  Анализирую. В Тушино на предприятиях авиационного направ-ления мне не надо устраиваться, у меня другая специальность. Ищу работу в районе м. Сокол (тридцать минут на трамвае от дома). Обратился в отдел кадров закрытого предприятия на Ленинградском шоссе в расчете на отдел вакуумной техники. При мне работник звонит в одно из подразделений и просит подойти товарища Ц. (называет фамилию). Я тут же вспоминаю, что этот Ц. работал в НИИВТ в отделе испытаний  отдела № 24 и мне он не нравился по поведению и уровню знаний. Я сразу покидаю отдел кадров.
    В районе улицы Усиевича вижу объявление на стенде проектного института, что требуются инженеры-конструкторы. Выходит на переговоры главный инженер, которому я рассказываю о своём творческом пути. Он сообщает кратко о направлении проектирования оборудования объектов и в принципе может принять меня на должность ведущего проектировщика с окладом 180 руб. Я сообщаю о принятии решения через несколько дней.
     Из ближайших для меня районов направляюсь в Марьину Рощу. На одном из заводских стендов  встречаю объявление о приёме инженеров-конструкторов. Как обычно после моего сообщения в отделе кадров, чем ранее  занимался, для переговоров  выходит главный конструктор. Он
 
182
сообщает, что это завод  по выпуску бытовых холодильников, сейчас заменяют клееные полиэтиленовые панели  и  перерабатывают корпус под изоляцию из вспениваемых синтетических смол.  Сообщаю, что лично я этими смолами занимался ещё в 1967 году в НИИВТ, когда  спроектировал и в цеху изготовили холодильную камеру для сублимационной установки. Тогда по договору со Всесоюзным НИИ синтетических смол из г. Владимира мы получили два компонента (большую бутыль и одну маленькую) и на своё «мастерство» и по инструкции готовили термоизоляцию камеры вспениванием в два этапа. Поскольку при одном заливе на всю высоту камеры очень вероятно было бы вспучивание стенок из тонко-листовой стали. Первое вспенивание прошло штатно, как  говорится.  Для второго залива я рассчитал смесь с запасом по объёму и предусмотрел выпуск избытка пены через два  увеличенных отверстия. Тем не менее напор вспененной смеси был таков, что крепёжные болты плоской крышки не выдержали и «выстрелили» головками. Но мы тогда подстраховались, отошли от греха подальше. Главному конструктору разговор понравился и он предложил мне заполнить анкету и должность ведущего инженера с окладом 180 руб. Я решил для себя ещё подумать.
     На следующий день в Марьиной Роще вижу на четырёхэтажном здании надпись «ВНИИторгмаш», ниже «Всесоюзный научно-исследовательский и экспериментально-конструкторский институт торгового машиностроения». Понимаю, что это НИИ по созданию оборудования для торговых сетей. Это, как бы, ближе к профилю моего диплома «инженер-механик». Это НИИ открытого типа,  что меня даже устраивает в плане свободы входа-выхода по режиму работы. Обратился в отдел кадров, заполнил и передал анкету. Как и в других организациях я сразу просил предусмотреть оклад 180 руб, что объяснимо для женатого специалиста и с учётом моего конструк-торского  и внешнеэкономического опыта работы. Через два дня на встречу вышел начальник технического отдела Тараховский (И. О. подзабыл). Предлагает мне работу в качестве начальника сектора внедрения новой техники с окладом 180 руб. Очевидно, решено с  директором.  Я соглашаюсь. Потому что специальность интересна и надо уже устраиваться в течение не более одного месяца. Потому что иначе теряется непрерывный мой стаж 11 лет, что необходимо для будущей нормальной пенсии и оплаты больничного листа в размере 100% в случае непредвиденного заболевания.
 
183
    Глава 6.  Внииторгмаш, август 1970 — октябрь 1975.  К внедрению новой техники и к науке
 
     07 сентября 1970 года я назначен в технический отдел ВНИИторг-маш на должность врио начальника сектора внедрения научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ.
 
6.1. Сектор внедрения и сектор координации НИОКР
 
   Впервые сажусь за стол руководителя. У меня в подчинении    несколько инженеров.
   Направление работы мне объяснил Тараховский. В Москве и Московской области внедрены или планируются к внедрению образцы новой техники. Каждый инженер курирует один из объектов. Состав сектора был просто уникальный.
      Инженер Маслов, ростом 190 см, массой за сто кг, мастер спорта по регби, входит в состав команды «Слава», чемпиона СССР. Постоянно берёт рабочие дни за свой счёт и уезжает на матчи. То на неделю, то на две, но с перерывами для учёта работы в институте. В то время не было профессиональных клубов.
    Инженер по имени Гена (фамилию не помню). Отличается уникальной спортивной  растяжкой. Демостририрует по запросу отпечаток подошвы над входной дверью в сектор. Весёлый парень, умеет работать слесарем, если надо.
      Старший инженер Виктор Николаевич, предпенсионного возраста, по званию майор, служил в качестве заместителя начальника какой-то колонии, рассказывает интересные случаи из лагерной жизни.
      Инженер Кибицкая Галина, окончила институт народного хозяйства имени Плеханова. Работает «на побегушках», то есть ездит по организациям  со служебными  письмами  от  начальника отдела   или
директората института. Умеет печатать на машинке.
     Каждый из инженеров-мужиков «ведёт» какой-нибудь объект — образец новой техники от одного из профильных отделов ВНИИторгмаша. Составляет графики внедрения, в которых отражены сроки монтажа или заключительных испытаний. Обычно в период испытаний выясняются конструктивные или технологические недостатки, на устранение которых определяют сроки и ответственных.
 
184
    В принципе контроль за внедрением опытного образца новой техники осуществлял также конструктор этого образца и заведующий  отдела-разработчика, которому принадлежала техдокументация на упомянутый образец.
     В общем, весёлая такая работа появилась у меня после ответственности по поставкам за границу в конторе № 5  В.О. «Проммашэкспорт» или в НИИВТ.
       В январе 1971 года в сектор был принят старший инженер Марк Владимирович (И.О. - по памяти), которому поручили какой-то объект для контроля этапов внедрения.
   В начале зимы декабря 1970 года я продолжал кататься на бего-вых  лыжах по пригоркам в районе Покровское-Стрешнево и заезжал несколько раз в котлован в районе Братцево, поскольку жил тогда на Туристской улице. Купил предусмотрительно две пары беговых лыж Львовской спортивной фабрики. И в течение месяца сломал две лыжины. Остался у меня один комплект. Мой институтский приятель Сергей Михеев  катался тогда  на горных лыжах на склонах  в районе Нагорной улицы, что напротив НИИВТ. Он мне предложил перейти на горные лыжи и дал попробовать прокатиться. Мне понравилось. 
   Сергей посоветовал для начала новой спортивной «карьеры» приобрести инвентарь в комиссионке, которая находилась у метро «Кузьминки» . Там я купил сразу за 75 рублей (при зарплате тогда 180 руб) полный спорткомплект: лыжи со спецкреплениями, горнолыжные ботинки и палки. Вышел в Братцево кататься 20 января 1971 года (запомнил дату, об этом ниже). И в это обычно морозное время началась необычная продолжительная оттепель. По технике спуска с горы лыжник делает непрерывно повороты, опираясь мгновенно на палку в одну сторону, затем слегка прокатившись, с опорой на другую палку разворачивает лыжи на ходу в другую сторону. При спуске образуется петлеобразный след. Однако слой снега на склоне тогда, в январе-феврале стал влажный и при попытке поворота просто сползал под опорной лыжей, которая буквально тонула в борозде, и приподняться для выхода на поворот было невозможно. То есть катания с поворотами не получалось. Так я мучился больше месяца, приходя на горку через день. Лишь в конце февраля наступили морозы, снег сделался рассыпчатым, лыжи стали скользить по поверхности склона.
   Гораздо позднее я узнал, что 19 января 1971 года в Вологде в возрасте 35 лет был убит русский национальный поэт Николай Михайлович  Рубцов, автор  текста  известной  лирической  песни   «Я
 
185
буду долго гнать велосипед...», песен «В горнице», «Журавли», «Звезда полей», нескольких сборников и член Союза писателей СССР. А позднее где-то «заклятые друзья» нашли и Рубцову присвоили текст стихотворения «Я умру в крещенские морозы, Я умру когда трещат берёзы...». Но не сходилось и не сходится «пророчество» с реальной тогда необычной оттепелью, плачем природы, чему бюро погоды и я были свидетели.
    25 февраля 1971 года меня вызывает Тараховский и сообщает о назначении заведующим сектором координации научно-иследовательских и опытно-конструкторских работ технического отдела. Предыдущая заведующая Раиса Михайловна переведена на должность заместители начальника. Цель такого перевода мне не ясна, но возражать бесполезно. В составе сектора координации четыре женщины-инженеры и ведущий инженер, пенсионер по фамилии Железняк. Который был переведён во ВНИИторгмаш из министерства пищевой промышленности, видимо для усиления уровня работы или в почётную ссылку. В частной беседе Железняк мне сообщил, что когда его перевели с должности директора завода на должность начальника Главка, он спросил у своего предшественника, на кого ориентироваться в работе. Тот запросто ответил: «На подхалимов и карьеристов».
   Сектор координации курировал ежегодное планирование НИР и ОКР в отрасли торгового машиностроения, в том числе внедрение новой техники на заводах отрасли. Из подмосковных заводов ключевым в отрасли был Люберецкий завод торгового машиностроения, выпускавший прилавки для продовольственных магазинов. Но были и заводы, выпускавшие сложное оборудование для автоматизированных складов многосекционного хранения и выгрузки товарной продукции, а также для кассовых аппаратов системы самообслуживания. В течение года проводилась так называемая координация планов, в том смысле, что сроки выполнения нередко сдвигались на квартал и изменялось-увеличивалось финансирование темы. Эти процессы должен был отслеживать сектор координации, которым фактически руководил зав. техническим отделом. Осенью каждого года ВНИИторгмаш, как головной институт в области  торгового машиностроения, проводил в Москве  совещание по согласованию планов НИР и ОКР на следующий год. Зачастую с претензиями к разработчикам по причинам срыва плановых сроков.
 
186
     В сентябре 1971 года в Братиславе (Чехословакия) открывается выставка торгового оборудования, преимущественно стран Совета экономической взаимопомощи (СЭВ), то есть стран социалистического лагеря. В качестве  посетителей выставки направляется делегация из нескольких сотрудников ВНИИторгмаша, в том числе и я, видимо, как специалист отрасли. Условия поездки, в основном, за свой счёт, кроме оплаты проезда в обе стороны и проживания в гостиницах. Из Москвы доехали до Бреста, где проводится замена колёсных пар с русской широкой колеи на европейскую более узкую колею под каждым вагоном поезда. Въезжаем в Словакию, которая тогда входила в состав Чехословакии. При первой остановке поезда слышу громкий вопрос какого-то местного парня: «Откель компани?» Понимаю по корню слов: «Откуда кампания приезжих?». С перрона отвечают: «Россия». Смотрю парень хмыкает, не нравится это. Я понимаю, что только недавно в 1968 году под флагом демократии велась антисоветская пропаганда, пришлось ввести советские войска для блокирования начавшихся репрессий против коммунистов страны и ожидаемого переворота.
    Осмотрели выставку в Братиславе, сфотографировали экспонаты, взяли проспекты.  И поехали на арендованном автобусе к Праге.
    В Праге остановились в гостинице. На следующий день экскурсия по городу. Видим знаменитый Карлов мост четырнадцатого века  через Влтаву, Из википедии: «По легенде,[2][3] согласно исследованиям чешского историка и астронома Зденека Горского ,[4][5] первый камень заложил Карл IV  9.7.1357 в 5:31 утра. Эта дата и время были выбраны по рекомендации астрологов. Если записать числа следующим способом: 1 3 5 7 (год) 9 (день) 7 (месяц) 5 (час) 3 1 (минуты), то мы получим сначала восходящий, а потом нисходящий ряд нечётных чисел (палидром) В те времена очень большое значение придавали магическим цифрам. Заложенный в такой момент мост должен был выстоять столетия». В Праге множество  достопримечательностей, в том числе средневековые католические соборы. К слову, наши православные соборы и к примеру Кирилло-Белозерский монастырь, основанный Иваном Грозным, и Московские сорок сороков церквей, построенные в те же исторические времена не уступят по архитектуре Пражским. Или наоборот, Пражская архитектура мало уступает русской исторической.
    Посетили мы тогда какое-то предприятие по выпуску пищевого оборудования. Во время  краткой остановки  к нашей группе, озираясь  
 
187
по сторонам, подбегают чешские женщины примерно сорока-пятидесяти лет и говорят: «Мы за Россию!» И тут же убегают. Понятно, что после 1968 года продолжаются моральные преследования тех из гражданского населения, которые не хотят, чтобы страна ушла из социалистического лагеря и союза с Советской Россией, тогда в форме СССР. Лично я тогда знал, что в Чехии во время войны промышленность и, значит, рабочие выпускали танки для фашистской Германии. Никакого партизанского движения не было и в помине. Известно, что 8 мая 1945 года была попытка восстания против фашистов, участников которых от гибели спасли советские танкисты, которые ночным маршем из Берлина успели в Прагу. И это за несколько часов до подписания акта капитуляции фашистской Германией.
    Наш автобус направляется к западной границе Чехословакии. По пути водитель останавливается в местечке, где работает завод фирмы  «Мозер» по производству знаменитого чешского хрусталя и стеклоизделий. Глаза буквально разбегаются от красоты. Раздумываю, что прикупить. Время летит. Водитель торопит каждого: «Берите любое. Не пожалеете!» И он прав. Я купил шесть бежевой расцветки бокалов. Заглядываешь в полость бокала и видишь такую игру света, как будто бокал полон вина или напитка. Мастерски изготовлено.
    И вот мы вьезжаем в знаменитый город-курорт «Карловы Вары». Центральной и наиболее живописной улицей города считается Стара Лоука: старинные таунхаусы на северном берегу реки Теплав в окружении вечнозеленых холмов. Город представляет собой какой-то разноэтажный калейдоскоп с расположением домов то у берегов реки, то как на горном плато, возвышающихся над центральным бульваром. В городе колонады, дома готической архитектуры, костёл.
     Из википедии: «В городе находится великолепный храм святых апостолов Петра и Павла 1898 года. Несмотря на то, что церковь расположена в районе, известном своими невероятно красивыми виллами в стиле модерн, ей удаётся выделиться из общего фона благодаря своим высоким золотым куполам и голубым сводам крыши. Церковь была построена на средства богатых россиян, посещавших курорт. Внешний вид заимствовал типичные черты дизайна русских церквей XVII столетия, поэтому храм в разрезе имеет форму креста. Интерьер   церкви  столь  же  привлекателен, как  и  его
 
188
внешний вид: особое внимание привлекает барельеф Петра Великого, многочисленные фрески и большая деревянная стена с иконами и картинами».
   Прошли мы по нижней терассе вдоль реки и по набережной города, так и не рассмотрев из-за нехватки времени многие достопримечательности. 
    На автобусе возвращаемся в Прагу и остаёмся ещё на день в городе. Затем на автобусе возвращаемся в Братиславу. Садимся на поезд до Москвы. По сторонам чистые как на  картинке поля, где  разгуливают непуганные фазаны. В Бресте снова смена колёсных пар под вагонами и далее едем на Москву.
….................................................................................................................
    В своей работе технический отдел контактировал с планово-экономическим, который возглавлял Александр Александрович Сак-Шак. Работа по координации планов НИР и ОКР была довольно монотонной и бюрократической.
    Осенью 1972 года меня вызывает директор института Касатиков Иван Петрович  и предлагает возглавить профком института.  Так как действующий руководитель потерял доверие. Я соглашаюсь. На профсоюзной конференции (что обычно запланировано) выбирают состав профкома, а на заседании профкома выбирают председателя. Для ВНИИтрогмаша ввиду малочисленности установлена должность председателя,  не освобождённого от основной работы. Почти весь предыдущий состав профкома остаётся без изменений. Таким образом, я вхожу в так называемую тройку руководителей института в составе директора, секретаря парбюро и председателя профкома.
   По заведённному плану профсоюза работников машиностроительных отраслей предусмотрена профсоюзная учёба на месяц для вновь избранных проф. руководителей. В январе 1973 года приходит  письмо на имя директора ВНИИторгмаш  о направлении Кириенко Ю.И. на учёбу - семинар  с отрывом от работы. Меня ставят в известность и я еду на станцию «Правда» Ярославского направления Московской железной дороги на Центральные Профсоюзные курсы в пос. Правдинский. Целый месяц участники курсов слушали лекции о нюансах профсоюзной работы. После собеседования получили зачёт по полученным знаниям. Профсоюзная работа начала меня затягвать, с отчётами надо ездить в орготдел Центрального Совета профсоюза. Однажды там предложили турпоездку в Югославию-Румынию за счёт
 
189
профсоюза, это было предусмотрено для профруководителей. Я, конечно, согласился. Небольшую сумму за валюту каждый платил, поскольку в то время Социалистическая Федеративная республика Югославия (кратко — СФРЮ) при соцалистической форме собственности и при развитом свободно-рыночном производстве товаров народного потребления, по структуре туризма и торговле с европейскими странами, причислялась в СССР по валютному уровню к капстранам. Но страна исторически была многорелигиозной и многонациональной, хотя этнически все народы считались южными славянами.
   В конце апреля наша тургруппа в составе 30 профактивистов машиностроительных НИИ и предприятий направилась самолётом в Белград. Один день мы провели тогда в православном Белграде, осматривая достопримечательности города, расположенного на великой реке Дунай. Южные славяне с одним древним языком и близкими диалектами веками боролись с католическими и турецко-османскими нашествиями, с попытками ассимилировать южных славян и обратить их в католичество или мусульманство. Католичество приняли Хорватия и Словения, мусульманство — боснийцы. Жестокая борьба со стороны православных сербов и черногорцев велась с гитлеровским фашизмом, которую возглавил Иосип Броз Тито, руководитель компартии Югославии, по национальности хорват. Ему в конечном итоге удалось тогда после 1945 года создать единое государство южных славян.
   Из Белграда наша делегация направляется в самую высокогорную республику Югославии — Черногорию, в город Цетине, который считается одной из «столиц» страны наряду с Подгорицей. Цетине расположен на высоте 800 метров над уровнем моря, был основан в XIII веке и имеет богатую историю борьбы за независимость страны. Там нас встречает переводчица и представитель администрации, мужчина лет тридцати. Завязывается интересная дискуссия. В ходе беседы на вопрос о семье черногорец говорит, что у него один ребенок. На что переводчица замечает,  что у него есть ещё две дочери. «Это не считается», заявляет черногорец. Переводчица поясняет, что в Черногории муж считает за детей только сыновей, потому что они являются воинами. Ждёт от жены ещё сыновей. Наши женщины тут замечают черногорцу, что детей и сыновей рожают вообще-то женщины и его дочери в будущем. Но черногорец остаётся при своём мнении.
 
190
    Переночевав в Цетине, мы на автобусе направляемся к морю. Из окон автобуса видно, что дорога непрерывно петляет от одного обрыва к другому при чуть ли не вертикальном спуске с горы. Внизу синеет море. Некоторые женщины при каждом повороте с резкими тормозами автобуса нервно вскрикивают. Здесь у автобуса нужны обязательно надёжные тормоза, потому что остановки производятся перед самым обрывом. Водитель останавливает автобус и через переводчицу предлагает желающим начать спускаться пешком по этой дороге. И добавляет, что так всегда поступают немецкие туристки и туристы. Просыпается русская и советская гордость у профактивистов из СССР и все отказываются от предложения водителя. Десятка два  поворотов перед каждым обрывом проходят на тормозах с характерным  скрежетом.  Наконец, выезжаем на более или менее пологий спуск и на побережье у местечек Котор и Херцег-Нови. Останавливаемся в гостинице на несколько дней. У каждого курорта здесь несколько пляжей, преимущественно галечные, как в Коктебеле.
    На берегу Адриатического моря в этом холодном апреле мы, три профактивиста,  решили искупаться принципиально. Купили бутылку виньяка (вино типа коньяка), взяли по бутерброду. Утром пришли на пляж, хорошо оборудованный и с лежаками для туристов. На берегу — никого, не сезон это для теплолюбивых европейцев. У проходящего мимо черногорца по-русски спрашиваю: «А здесь кто-нибудь купается?» Он отвечает: «Никто, кроме русских». Разделись мы. Каждый — при плавках. Попробовал воду, холодная очень. Решили, чтобы не простудиться, принять по полстакана напитка. Выпили с оглядкой, не знаем, какие тут законы. Захожу в воду. Иду вперёд — в  море. Прохожу метров двадцать, глубина по колено, холодина. Падаю в воду, окунаюсь таким способом, плыть не получается. Друзья также окунаются. Бежим к настилам на пляже, к банкетному столу. Срочно наливаем по полстакана и принимаем народное лекарство от простуды. Теперь можно в автобиографию записать, что окунулся в Адриатическом море, в Черногории.
   На берегу расположены санатории, которые полупустые. Ещё не сезон для валютоносителей. В санатории есть тёплые бассейны с морской водой. Случайно узнаю, что можно заплатить за сеанс советским значком. Ещё в Москве и по вьетнамскому опыту взял несколько значков. Таким способом рассчитались три раза за бассейн, немного валюты сэкономлено.
 
191
     Из Черногории выезжаем в горы, в Боснию и Герцеговину, в столицу этой республики, г. Сараево. Город перед первой мировой войной был многонациональным (боснийцы, сербы, хорваты, евреи) и многоконфессиональным (костёл, мечеть, синанога, православная церковь). Кратко из википедии: «В 1908 году власти Сараева с радостью восприняли аннексию Австро-Венгрией Боснии и Герцеговины. 28 июня 1914 года в Сараево членом организации Млада Босна Гаврилой Принципом был убит наследник австрийского престола эрцгерцог Франц Фердинанд, прибывший в город наблюдать за военными манёврами. Убийство послужило поводом для начала Первой мировой войны, и вызвало двухдневные сербские погромы...». Обвинили почему-то сербов, как всю нацию. Это была провокация, ищите и, как сейчас пишут, найдёте: это выгодно Англии. Австро-Венгрия предьявила ультиматум с разооружением почему-то православной Сербии, в которую Сараево не входил. Сербия отклонила ультиматум и войска Австро-Венгрии начали наступление. Царская православная Россия вступилась за Сербию и объявила войну католической Австро-Венгрии, за которую вступилась католическая Германия, хотя во главе её стоял Вильгельм, двоюродный брат царя Николая II. Началась континентальная религиозная война, которую потом Ленин и большевики назвали империалистической. Англия отсиживалась на островах, формально в союзе с Российской империей. США были за океаном. В Сараево на улице, на месте убийства эрцгерцога отображён отпечаток ног Гаврилы Принципа. Как - своеобразная достопримечательность. В Сараево мы группой посетили костёл, в котором были залы для католиков и  выделено помещение для молитв иудаистов. Недалеко высились башни мечети. То есть город был пёстрый во всех смыслах. Затем мы выехали в горы, в один из мусульманских районов с мечетью, расположенной на горе. Нам переводчица не рекомендовала заводить какие-либо беседы. На местном рынке продавались кустарные изделия (кувшины, чеканки-картины из листовой меди и др.)
    Из Боснии мы переехали в католическую Хорватию, в приморскую столицу республики, город Сплит. Остановились на сутки. Море было тёплое и даже женщины нашей группы рискнули принципиально окунуться. Затем посетили Дубровник, красивейший приморский городок с богатейшей историей от 7-го века (см. википедию). Название города происходит от славянского «Дубрава». При подъезде
 
192
к городу видишь почти сплошное полотно — картину из красных крыш одно- и двухэтажных домов самобытной архитектуры. В городе было множество магазинчиков. Я искал и нашёл теннисную ракетку фирмы «Адидас», очень удобную, хорошо уравновешенную для игры в большой теннис; резко снижается нагрука на локоть и кисть руки во время удара. На береговых причалах пришвартованы лодки разного калибра и предлагается рыба любого вида и на любой запрос.
    Из Дубровника вернулись в Белград. Оставалось у нас два дня в городе. Однажды мы вдвоём (так рекомендовали ходить везде во избежание любых провокаций от неизвестных лиц) зашли в магазин. Я спрашиваю какой-то товар по-русски. Мне отвечает продавщица по-сербски. Ещё вопрос. Ещё ответ. Всё было понятно. Рядом какая-то сербка спрашивает продавщицу: «А шо русске разуме сербске?». А я отвечаю: «Разуме, разуме». Действительно корни слов у нас фактически одни из старославянского. И есть ведь у нас слово «Разум». В Белграде выпускаются и продаются газеты на кириллице и латинице.
    В ходе поездки у нас образовались группки по интересам. И кто-то из нашей кампании предложил посетить клуб со стриптизом. Что негласно тогда не рекомендовалось. Хотя все мы, как советские служащие, были из открытых организаций, закрытой информации у нас не было. Мы с приятелем пошли в клуб после обеда. Для конспирации я начал разговор по-немецки: «Wir moechten heute Ihr Klub besuchen” («Мы хотели бы сегодня Ваш клуб посетить»).
   Местный сербский служащий задал по-немецки спецвопрос, на который сложно было быстро ответить. Я перешёл на русский, зная, что сербы в большинстве владеют нашим и вообще очень хорошо к русским относятся исторически. Серб назвал своё имя Никола и сказал, что зарезервирует нам места на шестерых любознательных. Надо только заплатить за бутылку виньяка от клуба по слегка завышенной цене и стоимость входного билета по их динарам будет уменьшена в два раза. Мы согласились сразу и расстались до вечера.
     Соблюдая некоторую конспирацию, наша кампания разделилась на пары, будто для вечерного моциона по Белграду. Перед началом представления мы встретились у клуба, вызвали Николу, рассчитались за вход и вошли в зал. Никола проводил нас в отдельный кабинет, на шесть персон. Посреди стола красовались бутылка виньяка и шесть бокалов. Осмотрел зал. Шесть первых столиков, размещённые около подсвеченной  снизу  площадки  для выступления
 
193
стриптизёрш, были заняты какими-то чёрноволосыми заказчиками в цивильных костюмах, видимо из мусульманского нефтяного мира. Описывать ход программы стриптиза смысла особого нет, сейчас такое примерно процветает, предполагаю, в каких-то ночных клубах. Назвать то представление можно порнухой по всем тем сексдви-жениям, которые демонстрировали стриптизёрши.
    По тому времени, а это 1973 год — мне хотелось узнать, чем это пичкают молодёжь в Югославии, в той славянской стране тогда с вековыми традициями, но с меркантильным уклоном. Хотя отношение к русским было очень хорошим в связи с недавней победой над фашизмом и избавлением православных сербского и черногорского  народов Югославии от геноцида. Уже тогда была видна лоскутность объединения народов Югославии, разделённых по религиозному признаку: православные сербы и черногорцы, католики — хорваты и словенцы, мусульмане — боснийцы и смешанная религия у македонцев. Никто в семьях не хотел отказываться от своей вековой религии.
    Из Белграда мы выехали в Румынию, во главе которой тогда находился Чаушеску. В Румынии ведущая религия — Православие. Но почему-то к русским отношение нехорошее. Не случайно Румыния воевала на стороне гитлеровской Германнии, которая тогда отдала румынам в управление Одессу. В Румынии мы остановились в городе Тимишоара, в котором проживало тогда много немцев и издавалась газета на немецком языке. У нас было полтора дня в городе и мы ходили по магазинам, растрачивая последнюю валюту. Я купил там две красивые вазы из китайского фарфора. Румыния торговала с КНР.
     Переезжаем румынскую границу и все безмерно рады оказаться в СССР. За границей  хорошо, а дома лучше.
     После загранпоездки моя работа в секторе координации шла своим чередом. В бытовом плане: летом играл в теннис, занимался домашними делами.
     Однажды в июле 1973 года зашёл для знакомства к учёному секретарю ВНИИторгмаша Криксунову Б. А. , кандидату технических наук, в то время пенсионеру. Он меня спросил, а какие у меня планы на будущее. Я ему откровенно рассказал, что плыву по течению. Летом, осенью играю в большой теннис, это моё хобби, стал кататься на горных лыжах. Криксунов выяснил, что я окончил МТИПП, инженер-механик по специальности и что работал 9 лет конструктором. Он предложил мне    поступать   в   аспирантуру    ВНИЭКИпродмаш —
 
194
Всесоюзный научно-исследовательский и экспериментально-конструкторский институт продовольственного машиностроения, на специальность «пищевые машины». Во ВНИИторгмаше не было своей аспирантуры ввиду отсутствия докторов наук и научного Совета. Я ответил, что позабыл все предметы по механике за эти годы, у меня была в институте узкая специализация — это машины для элеваторного хозяйства и мукомольного производства. И мне уже 36 лет, какая наука может быть для меня. Но Криксунов настаивал, что всё ещё впереди. В общем, он меня уговорил. Тем более, что на подготовку к экзаменам предоставляли две оплачиваемые недели. Я только попросил выяснить, как к этому отнесётся директор института. Через два дня Криксунов сообщил, что директор не возражает, тем более он сам готовит докторскую диссертацию.
    Я срочно взял в библиотеке справочник по математике авторов Бронштейн и Семендяев. Пришлось вспоминать формулы синус, косинус, тангенс и котангенс, математические функции, нормальный закон распределения и др. Из учебника по теории машин и механизмов — скорости, ускорения, типы механизмов, моменты инерции, коэффициенты трения качения и скольжения для видов материалов и др. Проштудировал издание «Пищевые машины», автоматизация процессов. В общем, срочно прошёлся по техническим предметам механического факультета МТИПП и конструкциям пищевых машин. Хорошо, что свежи в памяти свойства металлов и материалов по практике конструирования в НИИ вакуумной техники.
      В сентябре сдаю экзамены по специализации «пищевые машины» и меня принимают в аспирантуру ВНИЭКИпродмаш. В связи с изменением направленности моей работы пишу заявление о переводе в специализированный отдел по механизации технологий. 29 октября 1973 года меня назначают на должность заместителя заведующего отделом механизации  плодовощных баз и спецоборудования.
 
6.2. В отделе механизации плодоовощных баз и пищевых комбинатов, поиск направления в науке.
 
  Заведующим отделом механизации был Старостин Виктор Александрович, выпускник МТИПП одного года со мной, но по технологической специальности «мукомольно-элеваторное оборудование», то  есть  он  не  проходил  обучение  по машиностроительным
 
195
специальностям. Вообще-то в пищевом институте была своего рода иерархия по гонору умственного развития и знаний студентов одного курса-года поступления. «Высшим» классом считали себя будущие инженеры по автоматизации, следующие — инженеры-механики, затем технологи и затем экономисты. Потому что «инженеры-автоматчики» и инженеры-механики считали, что работу экономистов они всегда смогут освоить и выполнить, а экономисты и технологи — работу автоматизации и механизации — никогда без технических специальных знаний и уровня мышления. И в принципе это правильно.
   В структуре отдела была лаборатория машин по механизации плодоовощных баз, которой руководил кандидат технических наук Ландау (И. О. — не помню). Он защитил диссертацию по теме создания машины для резки кочанной капусты, в которой велась резка всего кочана вместе с кочерыгой и её прожилками при подаче в квасильную ёмкость. Экономический эффект был обоснован на использовании для квашения всего кочана с кочерыгой. Одни технологи считали это не главным по вкусовым качествам для покупателя, а другие — что нельзя в квашеную капусту допускать кочерыгу из-за её негативных  свойств и жёсткости.
     В отделе за кульманами работали инженеры-конструкторы разной квалификации. Отдел вёл создание поточных линий и отдельных машин для московских и городских плодоовощных баз. Как конструктору с многолетним опытом мне было легко работать с сотрудниками. Некоторые инженеры имели всестороннее технические образование и хобби. Инженер Кучинский прекрасно разбирался в часовых механизмах, ремонтировал часы сотрудникам за несколько минут. Он подрабатывал в выходные дни. Через два года  ушел из отдела и возглавил одну из часовых мастерских.
     Для аспирантуры ВНИЭКИпродмаш я выбрал тему «Исследование и создание конструкции для механизации товарной обработки клубней картофеля на плодоовощных базах». То есть, механизация после поступления товарной массы из сельского хозяйства. Тема вписывалась в тематику отдела. Для первого года обучения достаточно было выбрать тему будущей диссертации и составить план работы. Что я и сделал. В ноябре месяце я обратился к директору с просьбой освободить меня от должности председателя профкома в связи с новой специализацией, аспирантурой и удалённостью места работы  отдела  от основного здания и коллектива нститута. Директор
 
196
согласился, предложив остаться в новом составе профкома в качестве заместителя и для «плавной» передачи профсоюзной документации и опыта  новому председателю.
    С начала и середины 60-х годов в СССР в системе торговли, которую обслуживала отрасль торгового машиностроения, в качестве перспективного способа реализации товаров был принят метод самообслуживания. Мясо-молочные товары и плодоовощную продукцию планировали доставлять с оптовых баз в розничную торговлю в расфасованном виде в таре-упаковке. ВНИИторгмаш и конструкторские бюро заводов отрасли должны были создать автономные поточные линии для фасовки и упаковки картофеля, моркови, лука, яблок  в сетку, для фасовки квашеной капусты и солёных огурцов в пакеты и в термоусадочную плёнку. Линии планировали установить в производственных комплексах и на плодоовощных базах.
    Тогда в качестве обзорной я написал статью (в соавторстве с В.А. Старостиным) «К вопросу механизации производственных процессов в плодоовощной торговле», которая была опубликована в сборнике трудов ВНИИторгмаша № 20, 1974 год. Одновременно надо было представить научную статью о выборе параметров для одной из машин линии фасовки картофеля. Пришлось окунуться в математику, я стал изучать физико-математические параметры (свойства) клубней картофеля, что было необходимо для выбора калибрующих зазоров в машине. Тогда написал статью «Определение вероятности калибрования плодов по форме, аппроксимируемой формой эллипсоида вращения в машинах со щелевидным зазором». Статья была опубликована в сборнике трудов ВНИИторгмаш № 23, 1975 г.
     В институте решали некоторые довольно сложные проблемы. Приведу названия некоторых статей: «Механизм выдачи сдачи разменной монетой, работающий по команде  кассового аппарата», «Система управления комплексом автоматизированных складов», «Исследование основных элементов перфорирующего устройства автомата для продажи карточек «Спортлото», «Использование ЭВМ ЕС-1020 для механизации и автоматизации научного и инженерного труда». Таким образом, как пример, даже в те советские времена (1973-1975 г.г. во время моей работы в отделе механизации  ВНИИторгмаша) инженеры решали задачи высокой сложности. Какие проблемы разрабатывали конструкторы в НИИ и КБ других более сложных промышленных отраслей, читатель может себе представить.
 
197
      В отделе механизации по роду работы узнал о переводных публикациях по новой зарубежной технике для пищевой промышленности в журнале, который выпускал Всесоюзный институт научно-исследовательской технической информации (ВИНИТИ), который был расположен в районе метро Сокол. Приехал в ВИНИТИ и обратился в отдел информации для пищевой промышленности. Там я сообщил о знании немецкого языка и с просьбой о предоставлении оплачиваемых переводов. Редактор отдела информации для оборудования пищевого и торгового машиностроения предложила мне делать рефераты статей из журналов на немецком языке. Меня оформили как внештатного эксперта, выдали пятнадцать копий статей и предложили за две недели сдать напечатанные рефераты (краткие аннотации) по каждой статье. Я во время сделал эту работу. Поскольку каждая статья оценивалась (от объёма моей аннотации и объёма исходной статьи) в среднем по 3 рубля, я получил 45 рублей. Деньги переводились на  сберкнижку, которую я оформил и затем сообщил о номере счёта в бухгалтерию  ВИНИТИ. Таким образом, почти системно один-два раза в месяц получал заказ и сдавал во время рефераты. Вначале работа была очень напряжённой. Надо было освоить немецкую терминологию по профессии для ускорения понимания каждого текста, находить и читать базовую часть текста о новом агрегате или машине и формулировать текст реферата. В результате такой постоянной работы я был в курсе новой  технической информации.
    С 1974 года ВНИИторгмашу и отделу был поручен авторский надзор за реализацией постановлений Госкомитета по науке и технике СССР по вводу в эксплутацию поточных линий по выпуску пищевых полуфабрикатов для товарных сетей. Оборудование для этих линий было поставлено от предприятий пищевой промышленности СССР на специально построенный пищекомбинат в г. Алитус Литовской ССР. Возможно перевод в отдел механизации был связан с моим техническим образованием в МТИПП и конструкторской работой.
   Летом из ВНИИторгмаш в Алитус направлена группа для контроля монтажа оборудования линий, которую мне поручили возглавить.  В группу включили двух механиков. В Алитусе мы поселились в центральной уютной трёхэтажной гостинице. Утром горничные нас встречают «Лабас ритас!», днём «Лабас диена!», вечером «Лабас вакерос!». Говор мягкий. Я слышу славянские корни «ритас — утро», «диена — день»,    «вакерос — вечер»,   «Лабас» - означает «Добрый».
 
198
    Позднее из исторических документов узнаю, что у большинства литовских родов  генетическое родство со славянскими популяциями (поляки и русские). В 13-14 веках основной религией было православие, с конца 14 века  и позднее была внедрена католическая религия, образовано Польско-Литовское княжество. Роднила нас в советское время  песня «Листья жёлтые над городом кружаться...»
      В  гостинице жили также несколько молодых инженеров из ФРГ, которые  курировали  поставку  оборудования для домостроительного
комбината. Интересно, что молодые литовки, старались познакомиться с немцами, но с серьёзными намерениями. И действительно несколько немцев женились на литовках и вместе уехали тогда в ФРГ. Во время командировки я принципиально не контактировал с немецкими специалистами. Во избежание каких-либо претензий в будущем.
    В Алитусе нам по паспортам СССР выдали местные удостоверения, в которых фамилии были записаны на литовском языке (латинице) и к каждой фамилии кадровики добавили литовские окончания «us» или «as». Например, моя фамилия была записана и звучала «Kirienkous». Какая была цель такой интерпретации? Будущая ассимиляция?  
    На комбинате в огромном цеху стояли параллельно три поточных линии. Одна — для производства замороженных мясных бульонов, базой которой был пищевой котёл литров на триста для варки костей с недообрезами мяса. Недостатком конструкции оказалась закупорка выходного трубопровода пищевыми фрагментами от вывариваемых костей. Другая линия — для выпуска мясных полуфабрикатов, в основном, из фарша, базой которой была жаровня. К ней не было особых претензий. Третья линия — для производства полуфабрикатов гарнира, в которой была конусная ёмкость для зелёного горошка.  При первом опробывании ёмкости выяснилось, что горошек не высыпается на ленту линии, застопоривается в горловине из-за давления верхнего слоя. Известен эффект «зависания» сыпучей смеси в конусообразном отверстии даже увеличенного диаметра, почему-то не учтённый разработчиками. Этот дефект и другие были отмечены в протоколе испытаний, который я передавал сразу после командировки в директорат. Для последующей информации разработчикам в КБ, изготовителю и другим организациям-исполнителям.
     Во время этой летней командировки мы ходили иногда в выходные на пляж у реки Неман. Река при ширине всего двадцать метров имеет очень  быстрое течение, так что при заплыве  вперёд  на десять метров
 
199
возвращаешься на берег при хорошем кроле через метров пятьдесят от места старта. Погода резко изменчива. Часов в десять идёшь на пляж. Через двадцать минут солнце прячется за огромное облако. Идём обратно. У гостиницы солнце  выходит из-за тучи. Идём  опять  к пляжу. Через двадцать минут солнце заходит. Идём обратно. Солнце около гостиницы выходит из облаков. Такую смену погоды «солнце-облако — туча-солнце» наблюдалось постоянно.в течение часа.
    На пляж мы перестали ходить. Отсиживались в гостинице, играя в шахматы на интерес. Мой противник прилично играл для уровня любителя. Я с ним играл под «дурачка», ходил в дебюте пешками на одно поле, коней и слонов расставлял на свободные поля, вроде как в глухой защите, делал рокировку. Противник лез в атаку и в его позиции образовывались «бреши». Тогда я резко выводил свои фигуры на атакующие позиции, выигрывал «материал» или ставил «случайный» мат. Противник удивлялся, рассчитывался бокалом вина в буфете и пытался через пару часов взять реванш. Так он ничего и не понял в той игре в кошки-мышки. Вот такое развлечение со скуки.
     Напротив окон номера гостиницы находится костёл. По выходным наблюдали интересную картину. От загса, что находился рядом, процессия в составе жениха и невесты, за ними  парами, держась за руки, девушки и парни, несколько девочек и мальчишек лет по тринадцать, шли в ближний  костёл на венчание брачной пары. Я поинтересовался у местной литовской, что означает процессия. Она мне объяснила, что следом идут будущие жених и невеста. Прекрасная традиция. Нам в России она необходима для создания крепких духовно православных семей.
   Однажды, в пятницу,  мы вдвоём после работы в этой коман-дировке, часов в шесть вечера зашли перекусить в местный ресторан. Никого из посетителей не было. Нас очень неохотно посадили за столик и сразу подали заказ. К 19 часам стала собираться публика, почти все молодёжь. Быстро были заняты почти все столики. Появился оркестр. Заиграла лёгкая музыка, никакой свистопляски, как у нас. Через пару минут один молодой человек приглашает сидящую рядом девушку. Подходит, отодвигает её стул, девушка выходит, оба танцуют, беседуют. Закончился танец. Девушка берёт парня под руку, они возвращаются к столу. Молодой человек отодвигает стул девушки. Она подходит к месту, парень пододвигает её стул, девушка садится. Парень отодвигает свой стул, занимает место рядом. Всю эту
 
200
процедуру наблюдал с определённой завистью. Можно, конечно, говорить о чопорности прибалтов, но в такой благородной вежливости к своим подругам им не откажешь.
     Летом 1974 года произошёл в отделе необычный случай.
    Зав. лабораторией Ландау пишет заявление на очередной отпуск, который у него как у  кандидата технических наук, составляет 36 рабочих дней (расчёт с учётом субботы, на 6 недель). Старостин, как зав. отделом, возражает и предлагает Ландау сократить отпуск из-за выполнения работ. Ландау переписывает заявление на 24 рабочих дня и уходит в отпуск. В положенный рабочий день Ландау не появляется на работе. Старостин только что ушёл в отпуск и оставил руководство на меня, как заместителя. Я звоню Старостину и тот удивлён. Получаю номер телефона и звоню Ландау. Тот сообщает, что у него отпуск подписан на 36 рабочих дней и он выйдет через две недели. Старостин удивляется и говорит, что он подписывал только на 24 дня, просит заехать в отдел кадров и выяснить, что написано в заявлении.
    Я приезжаю (наш отдел работал на другой территории института) в отдел кадров и вижу в заявлении два фрагмента текста разной высоты.  Один — на 24 дня и другой ниже более убористым текстом: «прошу предоставить также отпуск на 12 рабочих дней». Подпись «согласен» Старостина стоит вверху заявления Ландау, и там же подпись директора «в отдел кадров», то есть на приказ об отпуске. Я сообщаю об этом Старостину. Он говорит, что это фальшь.
    В день выхода Ландау на работу Старостин приезжает и показывает ему то поданное заявление на отпуск. Ландау настаивает, что Старостин подписал ему 36 рабочих дней. Старостин опровергает.  Ландау упирается.
    Старостин не хочет быть в дураках, выезжает с нашей территории к директору И. П. Касаткину и показывет текст заявления. Директор вызывает Ландау, который настаивает на своём. Тогда директор  говорит, что придётся провести графическую экспертизу. Ландау понял, что его схватили за руку. Это скандал, потеря репутации, грозит увольнение по статье «за недоверие». На следующий день Ландау срочно подаёт заявление об уходе. Ему идут навстречу. И через месяц он уезжает в Израиль.
   Его друг, инженер Маурит из лаборатории сказал, что всё это от Ландау было непорядочно. Надо было покаяться у директора и перед Старостиным. И, возможно, продолжал бы работать.
 
201
    Во время следующей командировки в Алитус через два месяца наша группа участвовала в новых испытаниях поточных линий. Которые проходили  при явной незаинтересованности литовских руководителей. И опять работа закончилось составлением протокола об устранении обнаруженных недостатков и с некоторыми принципиальными требованиями литовской стороны. Местный ведущий инженер пригласил меня в другой цех комбината. Там была линия прессовки мясных изделий и их копчения. Дали мне образец копчёный попробовать. Такого я никогда не встречал. И инженер сообщил, что эта продукция идёт в правительство и в частную торговую сеть.  При приватном разговоре этот инженер мне сообщил, что как только будет оформлена приёмка линий, уляжется информ-компания в прессе, через два месяца будет заказано другое оборудование из ФРГ и наши линии будут демонтированы. Их народному хозяйству нужны были только построенные производственные здания. Чуть позднее я видел копию Постановления ЦК КПСС и Совета министров СССР о создании этих поточных линий в Литовской ССР, а также о строительстве для персонала комбината жилищного, бытовых и спортивного комплексов, подъездных путей к комбинату и что-то ещё. Кстати вся реализация проекта велась за счёт материалов из СССР, то есть из Советской России примерно на 90%. Но на этом тема приёма поточных линий ещё не заканчивается.
   В десятых числах декабря я один, как Представитель ВНИИторгмаша, был снова командирован в Алитус для участия в приёмных испытаниях. Были ещё два представителя от заводов-изготовителей машин, входивших в линии. После проведения испытаний с выявлением погрешностей в конструкциях машин, литовские представители отказались принимать оборудование и подписывать акт о приёмке к производству до устранения замечаний.  
   Примерно 20 декабря я возвращаюсь в Москву и сообщаю о ситуации. Однако в конце планового года уже были составлены акты ВНИИторгамаша о завершении работ. Акты имели четыре основных подписи. Акт подписали зав. техническим отделом Тараховский, зав. плановым отделом Сак-Шак и зав. экономическим отделом. Недоставало только подписи заведующего отделом механизации плодоовощных баз и спецобрудования. Старостин оказался в это время на больничном. Подписывать акт должен был я, как заместитель заведующего. Я  объяснил  Тараховскому и  Сак-Шаку, что  работа  не
 
202
выполнена ввиду отказа литовских представителей от приёма испытаний поточных линий и необходимости новой доработки конструкций. Но на меня нажимали в связи тем, что весь ВНИИторгмаш лишится годовой премии. Я отказался категорически. Меня вызвали к директору. Там я объяснил причины отказа. Директор всё понял и дал указание плановому отделу принять меры. А надо было предвидеть эту ситуацию (я предупреждал о позиции литовской стороны) и во время.  За полтора месяца до окончания квартала и календарного года надо было обратиться в Министерство с обоснованием переноса срока сдачи объектов.
   В общем, руководители отделов сумели в Министерстве и в Госкомитете по науке и технике СССР задним числом сдвинуть сроки и отложить приёмку поточных линий на целый год, то есть на конец 1975 года. Премии в институте за 1974 год все получили.
    Наступил и идёт 1975 год. Какие-то КБ и заводы-изготовители, надо полагать, ведут корректировку проекта и замену дефектных агрегатов в Алитус. Информации никакой не имеется. А сроки опять приближаются.
    В этот период я занимаюсь курированием конструкторских работ и текущей оргработой по согласованию планов финасирования работ в отделе и исследованиями по теме предполагаемой диссертации. На имеющейся линии фасовки картофеля была установлена калиброчоная машина, которая не смогла обеспечить диапазон довешивания упаковки в сетку до 3 кг с точностью по массе 60 г (это было по условиям техзадания на линию). При перевешивании дозы автомат срабатывал и сетка оказывалась бракованной. То есть порочной была сама постановка условий дозирования.
     На 1975 год моей темы по разработке конструкции новой калибровочной машины не было. Мне говорят хорошие знакомые, чтобы я не рассчитывал на Старостина, зачем ему такой, как я, будущий кандидат наук и конкурент на должность зав. отделом. Нужен я только как исполнитель по оргработе в отделе.
   Летом 1975 года одним из громких событий было сообщение о  полёте космических кораблей советского «Союза» и американского «Аполлон». Из информации по радио и телепрограммам сообщалось о стыковке кораблей 17 июля. Поскольку я тогда ещё занимался периодически филателией и узнал о выпуске почтовых марок об этом событии, то  поехал  на  Московский центральный почтамт  на первый
 
203
день гашения марок. Отстояв большую очередь, купил наборы марок и конвертов  «Союз-Аполлон» и получил гашение специальным штемпелем почтамта. На почтамте случайно  встретил заместителя директора ВНИИторгмаш, к.т.н. Ю. С. Костылёва, который недавно перешёл на работу в институт и приехал на гашение марок.
    Сообщалось о расстыковке  модулей 19 июля 1975 года, раздельном возврате кораблей на землю и о совместной деятельности с США в области освоения космического пространства. Это событие признавалось как технический прогресс после сообщения США о полёте на луну в 1969 году, высадке тогда американских астронавтов на луне, вылета лунного модуля с поверхности луны, стыковки с основным модулем типа Аполлон, вращающимся вокруг луны, и возврата на землю. Многие телезрители видели кино об этом полёте. В интернете имеется много статей, опровергающих технически информацию о высадке астронавтов США на Луне в 1969 году и позднее. В интернете можно увидеть совместный снимок уже на земле трёх американских астронавтов на фоне флага США и двух советских космонавтов на фоне флага СССР после полёта в июле 1975 года.
    Из политических событий лета 1975 года надо упомянуть (из википедии): «Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе[1] (англ. Final Act of the Conference on Security and Cooperation in Europe), также известный как Хельсинкский заключительный акт (англ. Helsinki Final Act), Хельсинкские соглашения (англ. Helsinki Accords) или Хельсинкская декларация (англ. Helsinki Declaration) — документ, подписанный главами 35 государств[2] в столице Финляндии Хельсинки 30 июля—1 августа 1975 года. Совещание было созвано (1973) по предложению социалистических государств — участников Варшавского договора».
     Важно отметить, что при обсуждении хельсинкских соглашений был целый ряд вопросов, по которым возникали острые противоречия, прежде всего, между СССР и США:
1. Право нерушимости границ. На этом отдельно настаивали страны соцлагеря и  представитель СССР. Тем самым они планировали официально и окончательно закрепить границы, которые сформировались в Европе после Второй Мировой войны.
2. Право народа на самоопределение. На этом настаивали Соединённые Штаты Америки. Без этого пункта они отказывались подписывать  соглашение.  Данный  пункт  был  нобходим  в качестве
 
204
ближайшей цели для объединения Германии. В дальнейшем право на самоопределение позволяло осуществлять любое вмешательство во внутри- и внешнеполитические процессы любого государства.
3. Принцип территориальной целостности. Хельсинский заключительный акт 1975 года окончательно регламентировал границы в Европе. В частности, были утверждены границы и тех стран, где имелись тенденции к сепаратизму. Это такие страны как Югославия, Великобритания, Франция, Испания, Италия, СССР. Таким образом создавались противоречия. С одной стороны границы фиксировались, но с другой стороны право народа на самоопределение позволяло в любой момент эти границы пересмотреть.
    «Первый раздел акта 1975 года по выстраиванию отношений между странами состоял из десяти пунктов:
1. Суверенное равенство. Данный раздел предполагал, что все страны равны между собой, все обладают суверенитетом и политической независимостью.
2. Неприменения силы или угрозы силы. Данный пункт хельсинкского акта интересен тем, что точная формулировка говорит о том, что страны будут воздерживаться от применения силы, а не совсем отказываются от неё.
3. Нерушимость границ.
4. Территориальная целостность государств. В акте указывалось, что граница любого государства является целостной и любое посягательство на нее запрещено. Также в акте осуждались любые попытки военной или другой оккупации.
5. Мирное урегулирование споров. Все государства обязаны любые споры урегулировать мирным путем. Если государства не могут мирно урегулировать споры между собой, то в этом им помогают другие страны, подписавшие хельсинский акт.
6. Невмешательство во внутренние дела. Здесь оговаривалось, что любые формы вмешательства во внутренние дела любого европейского государства запрещены.
7. Уважение прав человека и его свобод. В этом пункте закреплялись права и свободы каждого человека: на мышление, совесть, религию и убеждения.
8. Право народов распоряжаться своей судьбой. Каждый европейский народ имеет право определять внешний и внутренний политический статус. Другие страны на этот выбор влиять не имеет права.
 
205
9. Сотрудничество между государствами. Все европейские страны должны развивать сотрудничество исключительно в рамках соглашений ООН.
10. Строгое соблюдение норм международного права. Любые взаимоотношения между государствами должны осуществляться строго в рамках мирового правового поля (ст. 103 устава ООН).
     В этом разделе акта были прописаны меры по укреплению взаимного доверия в вопросах безопасности и разоружения. В частности оговаривалось, что все страны должны предупреждать друг друга о любых армейских учениях, а также о любых масштабных маневрах и передвижениях армии. Также именно в хельсинском заключительном акте было впервые прописано условие об обмене военными наблюдателями».
    Второй раздел акта
В данном разделе заключительного акта СБСЕ 1975 года описывались вопросы так или иначе касающиеся нескольких направлений:
•  Торговля. Страны поощряли развитие международной торговли, в частности за счет развития обоюдозаинтересованного маркетинга. Одновременно все страны взяли на себя обязательство своевременной и полной публикации любой экономической и коммерческой информации, прежде всего,  в области статистики.
•  Промышленность. Данный пункт интересен тем, что здесь впервые документально были прописаны направления развития промышленности, которые представляют общеевропейский (мировой) интерес. К таким направлениям относилась: обмен электроэнергией, разработка новых месторождений и источников энергии, развитие дорожной сети Европы.
…........................................................................................................................................   
    В тот период времени (с января 1975 года) я пишу научные теоретические статьи «Исследование взаимосвязи формы и массы клубней для процесса калибрования картофеля» и  «К вопросу выбора сепарирующих зазоров в калибровочных машинах поточно-механизированных линий».  Обе статьи были опубликованы позднее в сборнике трудов ВНИИторгмаш, № 25, 1977.  Тогда же я познакомился с кандидатом физико-математических наук Вадимом Евсеевым, который работал в отделе вычислительной техники и с которым мне было интересно общаться и консультироваться.
      Понимая,  что  опять   возникнет  «подстава»  по  командировке   в
 
206
Алитус, и ввиду невозможности реализации диссертабельной темы, принимаю для себя решение об уходе из ВНИИторгмаш. Из анализа технической литературы я уже был знаком с разработками ведущего института сельхозмашиностроения (ВИСХОМ) по загрузке катофелехранилищ и послеборочной обработке картофеля.
   В сентябре 1975 года еду в ВИСХОМ, встречаюсь с доктором техническим наук Н. Н. Колчиным, сообщаю об аспирантуре во ВНИЭКИпромаш, о невозможности реализации темы, показываю научные статьи, прошу принять меня в штат лаборатории и оставляю анкету в отделе кадров. Колчин через два дня сообщает о положительном решении и приёме на должность старшего научного сотрудника с окладом 180 руб.
    Я пишу заявление об увольнении. По порядку оформления документов моё заявление визирует новый председатель профкома. Иду за визой к секретарю партбюро Л. Н. Филимонову. Кстати, выпускнику МТИПП через два года после меня. Думаю, что он знал обо мне в институте по баскетболу и шахматам. Филимонов резко возражает с формулировкой, что я бросаю ответственную работу. Я настаиваю. Тогда Филимонов сообщает, что через два дня состоится заседание партбюро и меня исключат из КПСС за отказ от выполнения ответственного задания. Дело принимает серьёзный оборот.
    Подумав, еду в Тимирязевский райком КПСС г. Москвы, который курирует работу ВНИИторгмаш. Прошу встретиться с куратором института. Меня приглашают в кабинет инструктора райкома. Я обьясняю ситуацию. Что я на должности заместителя зав. отделом механизации, для выполнения всей тематики есть также заведующий отделом. Поступил в аспирантуту ВНИЭКИпродмаш, возможностей реализации темы диссертации не имеется. Хочу продолжить работу в научной сфере, а мне грозят исключением из КПСС. Куратор говорит, езжайте на работу, мы вопрос вашего увольнения рассмотрим и вам сообщит решение секретарь партбюро. На следующий день меня с утра вызывает Л. Н. Филимонов и говорит, ну зачем я обратился в райком, мы бы сами решили вопрос. Я заявляю, что вы же мне хотели испортить жизнь, поставить клеймо. При мне Филимонов молча подписывает заявление, которое я передаю в секретариат института, и на следующий день узнаю, что директор подписал увольнение.
   Я сообщаю Колчину об увольнении из ВНИИторгмаш. Через две недели приезжаю с трудовой книжкой в ВИСХОМ.
 
207
   перепечатка .с формата А5 файла для печати в типографию